Акунинская Россия: проект альтернативного государства

Культура
Москва, 26.08.2010
«Русский репортер» №33 (161)
В книгах Бориса Акунина, особенно в романах об Эрасте Фандорине, четко проступает утопический проект просвещенного и прогрессивного государства, в котором законы исполняются не из страха полицейского наказания, а из чувства справедливости и порядка, присущего его гражданам. Что должно быть в этой России то ли прошлого, то ли будущего и от чего ей необходимо избавиться?

Государство

«Монархии нужно перенести точку опоры с религиозности на разум. Чтоб народ исполнял волю власти не из богобоязненности, а потому что с этой волей согласен. Но если сейчас начнется вооруженный бунт, всему конец. И уж неважно, сумеет монархия залить восстание кровью или не сумеет. Джинн вырвется из бутылки, и трон все равно рухнет — не сейчас, так через несколько лет, при следующем сотрясении…»

(«Алмазная колесница»)

Власть

«…Народу совсем без власти нельзя, от этого он, народ, в забвение себя входит. Только власти должно быть немножко, самую малость, и чтоб не по бумажке правила, которую неизвестно кто и когда придумал, а по справедливости — чтоб всякий человек понимал, за что харю ваксят».

(«Любовник смерти»)

Суд

«Трудно представить себе существо более безобразное, чем этот судейский. Безобразие его поведения, манер, речи, гнусной физиономии было до того абсолютным, что в мою душу впервые закралось сомнение — возможно ли, чтобы и эта мразь внутри была столь же прекрасна, как прочие дети Божьи».

(«Декоратор»)

Армия

«Наш солдат хуже японского — уступает и выносливостью, и обученностью, и боевым духом. Русский офицер, положим, неплох, но японский-то просто велико­лепен. Ну а про генералов (не примите на свой счет, ваше превосходительство) и говорить нечего: наши жирны и б-безынициативны, японские поджары и нахраписты. Но… хоть сражения мы и проигрываем, в войне все-таки победим. <…> Мы неизмеримо сильнее японцев в главном: у нас экономическая мощь, человеческие и природные ресурсы».

(«Алмазная колесница»)

Полиция

«Вечная беда России. Все в ней перепутано. Добро защищают дураки и мерзавцы, злу служат мученики и г-герои».

(«Статский советник»)

Средний класс

«Хочет торговый человек лавку открыть — к примеру, портками плисовыми торговать. Вроде бы чего проще? Плати городскую подать пятнадцать целковых да торгуй. Ан нет! Околоточному дай, акцизному дай, врачу санитарному дай! И все мимо казны! А портки — им красная цена рупь с полтиной — уж по трешнице идут. Не Москва, а чистые жунгли».

(«Смерть Ахиллеса»)

Народ

«Фандорин в эффективность революций не верил, а к любым теориям, оперирующим понятиями “народ”, “нация” или “классы-массы”, испытывал необоримое отвращение. Это надо же додуматься — сгонять людей в кучи по тому или иному внешнему признаку! Низвести человека, который есть венец творения, образ Божий и целая вселенная, до социальной функции, до муравьишки в муравейнике!»

(«Нефритовые четки»)

Прогрессоры

«Эх, вот бы телефонный аппарат в пролетку, мимоходом примечталось Фандорину, да позвонить Караченцеву, чтоб выслал от жандармского управления пару колясок наперехват. Дурацкая и несвоевременная фантазия…»

(«Смерть Ахиллеса»)

Новости партнеров

«Русский репортер»
№33 (161) 26 августа 2010
Игорный бизнес
Содержание:
Фотография
От редактора
Вехи
Репортаж
Путешествие
Реклама