Дмитрий Медведев — санитар леса

Актуально
Москва, 02.09.2010
«Русский репортер» №34 (162)
Вырубка Химкинского леса на пике протестов общественности приостановлена решением президента. Что это было? Власти испугались народного гнева? Президент начал политическую кампанию, направленную против премьера, чье решение было отменено? Или в нашей стране наконец появляется реальная, содержательная политика?

Э

то нормально. И мы с Дмитрием Анатольевичем обсуждали этот вопрос. Повторю еще раз, это полностью соответствует логике и практике нашего поведения — так прокомментировал Владимир Путин поручение Дмитрия Медведева, в котором тот потребовал приос­тановить работы по строительству скоростной автодороги Мос­ква — Санкт-Петербург на участке Химкинского леса и провести дополнительные общественные слушания по этому вопросу.

Премьер вынужден был высказываться, во-первых, максимально осторожно и корректно, а во-вто­рых, в духе восстановления пошатнувшегося авторитета и целостности федеральной власти. Решение президента вступить в диалог с активистами — защитниками Химкинского леса выглядит правильным, но запоздалым. К этому времени уже прошли шумные акции протеста, скандалы и задержания, а, по подсчетам экологов, 27 из 144 га леса было вырублено. И ввиду как раз запоздалости решения оно, безусловно, уда­рило по авторитету правительства. Дмитрий Медведев, еще будучи вице-премьером при президенте Путине, на стадии проекта предлагал еще раз обсудить альтернативные маршруты. Но настоять на своей позиции смог только сейчас.

О приостановке строительства президент сообщил в продвинуто-демократичном формате — в видеоблоге, а следовательно, обратился в первую очередь к акти­ви­стам-экологам и сочувствующим гражданам. Так обозначились привычные «практика поведения» и «разделение властей» президента и премьера: Путин отвечает за разрешение конфликтов с «простым народом», как в Пикалево, Медведев — с недовольными в активном классе. В видеоролике президент на фоне зеленеющих деревьев заявил, что не видит «ничего страшного» в том, чтобы еще раз провести общественные дебаты по вопросу о целесообразности прокладки платной дороги из Петербурга в Москву именно через Химкинский лес.

Оборот «ничего страшного» лишь отчасти ретуширует скандальность события. Видеоблог президента появился около восьми часов вечера 26 августа. В Хабаровске, где в то время находился с рабочим визитом Владимир Путин, уже было раннее утро. Первые, вероятно, сонные комментарии пресс-секретаря премьера Дмитрия Пескова показали, что Путин был не в курсе решения президента. При этом днем все того же 26 августа с заявлением, задуманным, очевидно, как «артподготовка» президентской инициативы, выступила партия «Единая Россия». С учетом семичасовой разницы во времени к моменту, когда начали разворачиваться события, в Хабаровске был уже вечер, а значит, вероятно, аппарат президента консультировался с «Единой Россией» через голову лидера правящей партии, то есть Владимира Путина.

Но как раз участие партии власти и было попыткой уменьшить имиджевые риски для единства двух лидеров страны. Обращение «Единой России» было необходимо президенту для того, чтобы в своем заявлении сослаться на требования сначала партии власти, а потом уже активистов-общест­венников. Прямой диалог президента с обществом, отсылающий к традиционной схеме «хороший царь — плохие бояре», создавал бы совсем уж прямой конфликт по линии Медведев — Путин. Впрочем, этот маневр вряд ли вполне удался. И активисты, и присоединившиеся к ним оппозиционеры, естественно, расценили поступок президента как собственную победу, а не как проявление доброй воли властей к диалогу с обществом.

— Мы счастливы, но боимся, что тему могут «замылить», поэтому будем продолжать борьбу, следить за тем, чтобы не велись вырубки того участка леса, который уцелел. Я думаю, «Единая Россия» выступила с этой инициативой потому, что они просто испугались. Испугались гражданского общества, — заявила лидер Движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова.

Решить проблему Химкинского леса через прямой диалог вряд ли возможно: конфликт из экологи­ческо-администра­тив­ного уже перешел в стадию политических требований. Так, объединяющее активистов-общест­вен­ников движение «Экозащита» сразу после решения правительства, санкционировавшего вырубку Химкинского леса, обратилось к президенту с требованием ни много ни мало отставки премьера Путина. К тому же к мирным акциям протеста присоединились радикально оппозиционные группы, результатом чего, в частности, стал погром администрации Химок молодыми людьми, которые называли себя участниками движения «Антифа». Вечером 28 июля они забросали здание камнями и пустыми бутылками — в результате двое оказались под арестом по обвинению в хулиганстве.

Политические лозунги и противозаконные действия сделали диалог властей и активистов почти невозможным. Дмитрию Медведеву понадобилась большая смелость, чтобы решиться пойти навстречу протестующим, рискуя быть обвиненным в том, что он пошел на поводу у «погромщиков-шантажистов» и требований отставки Путина. Так что дело здесь не в страхе: риски президента, связанные с принятым им решением, больше, чем опасность очередной демонстрации. Чтобы смягчить их, влиятельный единоросс Вячеслав Володин заявил, что партия не готова «привлекать к обсуждению тех, кто дискредитировал себя в ходе конфликта, преступив закон». Так что опасения Евгении Чириковой и других активистов, что от дебатов о будущем Химкинского леса под тем или иным предлогом отстранят наиболее заинтересованных и энергичных, возможно, и небеспочвенны.

Евгения Чирикова (см. очерк «Идущая лесом», «РР» № 8 от 5 марта 2009 года), как и многие другие общественники, — разум­ные, деятельные люди, изначально далекие от политических спекуляций и огульной оппозиционной риторики. Их можно отнести к представителям реальной политики, растущей, по анг­лийскому выражению, «от корней травы», в нашем случае — «от пней леса». И таких движений в стране много, что подтвердила деятельная солидарность активной части общества, например, во время тушения летних пожаров.

Реальная низовая общественная активность могла бы стать союзницей перемен и модернизации политической жизни. Но в ситуации постоянного административного давления очень трудно удержаться в рамках конкретного полезного дела и не скатиться в политическую игру между
«согласными» и «несогласными». А стать «несогласными» легко, когда защитников леса избивают неизвестные бугаи, а химкинская мэрия где обманом, где используя административный ресурс собирает подписи «за дорогу через лес». «Вчера в Химках было какое-то собрание, и благодаря защитникам леса теперь пострадают невинные жители Вашутино, так как снесут 71 дом», — пересказывают напуганные жители.

Игра в оппозицию устраивает многих. «Единой России» удобнее иметь дело с малосодержательной оппозицией, поскольку она наглядно иллюстрирует тезис о безальтернативности партии власти. К тому же для правящей элиты малочисленные протестные акции — это спокойнее и проще, чем допустить к управлению и контролю разумных, активных, но, увы, абсолютно посторонних для «вертикали» людей. Ситуация выгодна и радикальной оппозиции: на фоне содержательной и деятельной политики ее лидеры смотрелись бы клоунами, а не героями на баррикадах. Так что стороны «конфликта» оправдывают существование друг друга, но делают политическую ситуацию в стране унылой и опасной.

И президенту, и активистам потребуются огромные усилия, чтобы остаться в рамках хорошего дела — выбора наилучшего решения проблемы Химкинского леса и действительно необходимой трассы Москва — Санкт-Петербург, — а не съехать в такую «политику». Президенту проще всего было бы просто зарабатывать репутацию демократа, давая интервью оппозиционным изданиям и сочувствуя недовольным. Но есть и другой путь, более сложный — попытаться выстроить политику нового типа, в которой возможен настоящий деятельный союз государства и активной части общества.

Очевидно, что Евгения Чирикова и ее соратники должны быть привлечены к общественным слушаниям по проблеме Химкинского леса. Понятен также и следующий, более сложный шаг. В самих Химках, причем не только в связи с лесом, сложилась взрывоопасная ситуация: в деле о жестоком избиении редактора «Химкинской правды» Михаила Бекетова по-прежнему много неясностей, не расследуются должным образом и другие нападения на журналистов и общественников. Глава администрации Химок Владимир Стрельченко имеет сейчас — заслуженно или нет — вполне одиозную репутацию. В частности, его имя упоминается в связи со скандалом вокруг торгового комплекса «Икея-Мега»: тогда бизнесмены обвинили местных чиновников в прямом вымогательстве. Торговля формальными и неформальными разрешениями на строительство и предпринимательскую деятельность — хлеб любого мэра, но не факт, что эту порочную сис­тему управления нужно беречь как зеницу ока.

Почему бы не попробовать вовлекать организованную общественность в местное управление для создания противовеса коррупции на уровне муниципалитета? Тем более что мэр Стрельченко — хороший кандидат на роль первой жертвы «эксперимента»: ситуацию в своем городе он довел до конфликта федерального значения. И если на отдельно взятом участке отработать механизмы участия общественности в муниципальном управлении и само­управлении, а впоследствии и в справедливых местных выборах, это будет уже настоящим, а не фиктивным результатом.

Иначе нам и дальше придется обсуждать абстрактные политические сюжеты, в которых есть некие «власть» и «оппозиция», а Дмит­рий Медведев ведет предвыборную кампанию теперь уже прямо в ущерб Владимиру Путину.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №34 (162) 2 сентября 2010
    Суды
    Содержание:
    Страх оправдания

    От редакции

    Фотография
    Вехи
    Путешествие
    Реклама