Как устроена элита России

Москва, 23.09.2010
«Русский репортер» №37 (165)
Когда выдающихся профессионалов просишь поговорить о делах общественных, то слышишь пессимистические оценки: сообщества раздроблены, к действительно авторитетным людям прислушиваются мало. Но одновременно, именно в последние два года, очевиден рост общественной активности и влияния профессиональных сообществ на дела страны. И то и другое не противоречит друг другу: Россия созрела для перемен

Кого мне уважать, если таких людей, как Болдырев и Калмыков, отправляют в отставку? Так и напишите! Уважаю я Шаманова, он — настоящий герой, боец и сын отечества, — горячился в разговоре с «РР» легендарный десантник, генерал-полковник Александр Чиндаров.

В армии идет реформа, сопровождающаяся уходом известных боевых генералов, в том числе воевавших во время победной грузино-осетинской кампании. Но не меньше в армейской среде и тех, кто искренне поддерживает реформу. «Теперь мы имеем совершенно другую армию, не то что год назад. Кто-то действия Сердюкова одобряет, кто-то нет, самое главное — что он делает, а не просто говорит», — считает военный эксперт Сергей Кортунов, и его мнение поддерживает определенная часть действующих военных: в нашей десятке тех и других примерно поровну.

Впрочем, не только армия, но и вся страна на протяжении двух десятилетий находится на разломе: мы все время делимся на «партии». И поэтому один из ключевых смыслов данного исследования «РР» — показать, что настоящую элиту России опасно делить на «своих» и «чужих», согласных и не согласных с реформами, партиями, властями и оппозициями. Люди, имеющие заслуги перед страной, нравится кому-то их мнение или нет, имеют право быть услышанными. Авторитетные противники так же важны для успеха любого предприятия, как и авторитетные союзники. Иначе любое дело будет окружено атмосферой беспринципного лизоблюдства и разложения.

Довольно часто принципиальное несогласие и знаковая отставка причислялись нашими собеседниками к самым главным поступкам двух последних лет: само наличие у людей принципов — символ определенного градуса общественного здоровья. Резкая критика судебной системы со стороны судей Конституционного суда и отставка Эллы Памфиловой с поста главы Комиссии по правам человека при президенте были признаны в нашем опросе одними из самых заметных поступков.

Вообще совмещение в одном исследовании вопроса о настоящих репутациях и вопроса о поступках и достижениях за последние два года — это риск (впрочем, любой настоящий вопрос «про правду» рискован). Ведь настоящие репутации — плод традиции, а не одного поступка.

— Честно говоря, для меня заметным событием в медицине является само существование Андрея Воробьева (директор Гематологического научного центра РАМН, организатор спасения людей в Чернобыле. — «РР»). У него есть потрясающая лекция про поездку Чехова на Сахалин, про лечение заключенных, про личность Антона Павловича как писателя и как врача, и эта лекция серьезно всколыхнула российское медицинское сообщество, — признается завотделом клинической психологии Научного центра психического здоровья РАМН Сергей Ениколопов.

Настоящие репутации — они такие: длительностью этической традиции «прямо от Чехова», если не раньше.

Сложнее всего с репутациями в тех профессиях, где есть разрыв традиции. Но интересно, что самая внутренне конфликтная и «склочная» корпорация из тех, которые мы исследовали, — это даже не предприниматели, которым всего два десятка лет из-за перерыва на советскую власть, и не военные, которые пережили мощнейший кризис и сейчас переживают перестройку, а деятели культуры. То есть у них есть безусловные «патриархи», как у медиков, учителей, ученых и военных. Но люди, обладающие безусловной моральной и профессиональной репутацией, такие как Юрий Норштейн или Алексей Герман-старший, давно не заявляли о себе — ни публичной декларацией позиции, ни новыми фильмами.

— Деятели искусства очень основательно дискредитировали себя за последние десять лет полнейшим конформизмом и приспособленчеством. Многие в профессиональном отношении — как, например, Никита Михалков. Все остальные как-то сдулись, как гражданские величины в первую очередь, — говорит музыкальный критик Артемий Троицкий.

— Влияют на политику из деятелей культуры полтора человека на всю Россию. При этом они решают свои личные вопросы. И это негативно отражается на культуре и общем гражданском климате в стране, — убежден режиссер-доку­мен­талист Виталий Манский.

Эта атмосфера в творческой среде похожа на поколенческий разрыв: молчание классиков в тот самый момент, когда новое поколение пытается найти способы говорить о современности без постылых уже иронии и «постмодернизма».

Отсюда и «политический» уклон десятки деятелей культуры: понятно, что Юрий Шевчук и рэпер Noize были оценены коллегами не столько за песни, сколько за общественную активность, а анархистско-художественная группа «Война» оказалась недалеко от первых десяти «авторитетов культуры», хотя их авторитетность — скандально-хулиганская.

Но это не единственное, что отмечено из достижений последнего времени. Главный тренд — это интерес к современности, к социальной реальности: к новому молодому кино, новой драме и документальному театру.

Еще один путь завоевания авторитета — прямая общественная активность. Так, репутация актрисы Чулпан Хаматовой и ее фонда «Подари жизнь» была поддержана в этом году прежде всего за позицию по острополитическому воп­росу — за борьбу вокруг закона об обращении лекарственных средств. Удалось предотвратить наиболее вредные решения, которые ставили под сомнение шансы на жизнь множества людей, в том числе детей. Похожую борьбу вел главный трансплантолог России Сергей Готье в связи с безумным государственным регулированием в этой сфере.

Но главное общественное событие последних двух лет — политическая, общественная и профессиональная активность, направленная на улучшение правоохранительной системы. Здесь сработала синергия — бизнеса, общественников, ряда депутатов и чиновников и инициатив президента.

Председатель некоммерческого партнерства «Бизнес Солидарность» Яна Яковлева считает одним из ключевых человеческих поступков принятую по инициативе Дмитрия Медведева поправку о запрете ареста предпринимателей.

— По поводу смягчения уголовного преследования предпринимателей инициатива была не чиновничества и даже не президента, а общества и бизнеса. Эта вещь давно напрашивалась, а в кризис перезрела — ровно тогда, когда прокуратура начала сажать предпринимателей за невыплату зарплат, что уже переполнило чашу терпения общества, — считает глава Всероссийской ассоциации приватизируемых и частных предприятий Григорий Томчин.

Однако мы понимаем, что без деятельности группы грамотных чиновников и активных депутатов это было бы невозможно. Огромной была и поддержка представителей других профессий. Например, журналист Ольга Романова была названа коллегами одной из самых авторитетных за серию публикаций «Бутырка-блог».

Среди профессионалов-общественников в этом году особо выделены люди, которые борются за справедливое и гуманное правосудие. Одно из больших достижений последних лет — создание сводной мобильной группы правозащитных организаций в Чечне в результате активности Игоря Каляпина, лидера Комитета против пыток.

— Игорь эту организацию основал на собственные деньги. Они редко выступают с общественными заявлениями, но они добиваются профессиональных расследований. Им удается добиваться удивительных вещей, — рассказывает право­защитница Татьяна Локшина.

Также отмечают наши собеседники активность Натальи Таубиной, которая, будучи правозащитницей, участвует в реформе МВД, как и многие профессиональные юристы и судьи.

Вообще, похоже, сейчас такое время, когда выдающиеся профессионалы ощутили необходимость взглянуть на свою страну целиком и оценить общественную позицию собственной профессиональной корпорации.

— В науке сложно локализовать какое-то конкретное достижение… Было сильное впечатление от нескольких докладов на конференциях. Показалось, что тот же Алексей Старобинский нащупывает что-то очень существенное в прояснении природы темной энергии. И общественные поступки — конечно, речь идет о поведении Отделения физики и астрономии РАН в истории с Петриком. Простите за идиотский пафос, но можно сказать, что они спасли честь академии. Персонально запомнился Владимир Захаров, — говорит физик Михаил Казанович.

По поводу нового закона о государственных учреждениях можно было услышать довольно внятные и разумные вопросы со стороны учительского сообщества.

— Это уже не новость, что в педагогической сфере обсуждается ЕГЭ. А сейчас еще в сфере образования будет знаковый закон, который коснется финансовой стороны и статуса учреждений. Учительство все-таки подчас демонстрирует готовность к серьезному обсуждению. Чиновники местами прислушиваются к мнению учителей. Но иногда введение новых законов назначается на лето. А сами знаете, что у педагогов это сезон отпусков, — сетует заместитель главного редактора «Учительской газеты» Ольга Максимович.

Даже в предпринимательском сообществе критерий авторитетности — далеко не только профессиональный успех.

— Если говорить о последних двух годах, я бы хотел отметить Рубена Варданяна. Надеюсь, его инициатива и умение объединить и бизнес-сообщество, и правительство в создании «Сколкова» через десять-пятнадцать лет будут вспоминаться с восторгом и с большим уважением, — считает предприниматель Ростислав Ордовский-Танаевский Бланко.

Вообще главная тенденция последних пары лет — рост интереса к общим делам и даже к общественному «активизму».

— Тенденция, которая очень ярко обнажилась в последнее время, — это желание заниматься добровольческой деятельностью. Это самое важное, что произошло за последнее время. Желание людей организоваться и пожертвовать своим временем и силами ради помощи другим в период пожаров означает, что в нашей стране есть потенциал. Это большое движение, и не заметить его нельзя, — уверена заместитель генерального директора Благотворительного фонда Владимира Потанина Наталья Самойленко.

Подтверждает эту тенденцию и исполнительный секретарь Российского форума доноров Наталья Каминарская:

— То, что люди стали искать, кому помочь, — это значит, что наши усилия всех этих лет не прошли впустую.

И в этой атмосфере постепенно начинает забываться корпоративное недоверие.

— Важное событие года — самоорганизация людей вокруг пожаров, то, что этим занялась также РПЦ. Это было приятно видеть. У нас много предрассудков, связанных с религиозными организациями, а тут очевидный успех взаимодействия, — рассказывает директор Российского представительства благотворительного фонда CAF Мария Черток.

Особенно приятно отметить некоторое уменьшение межпартийных дрязг и рост значения профессиональных репутаций среди журналистов. Главный редактор «Комсомольской правды» Владимир Сунгоркин, далекий от всякой оппозиционности, как только речь зашла об общественном влиянии профессии, сразу назвал оппозиционную «Новую газету»:

— Многие публикации «Новой» влияют на поведение следователей, прокуроров, силовиков. Именно при Медведеве начали влиять.

А редактор «Новой» Дмитрий Муратов говорит о том, что не нужно переходить грань между журналистской профессией, правозащитной деятельностью и политикой:

— Лично я боюсь, что замечательные профес­сионалы-журналисты могут начать собственную войну с лидерами некоторых кавказских республик. Во-первых, это просто опасно, во-вторых, эту тонкую грань лучше не переходить. Лучше оставаться в профессии.

Над проектом работали:

  • Валерия Акбутаева,
  • Ольга Андреева,
  • Павел Бурмистров,
  • Юлия Вишневецкая,
  • Евгений Гусятинский,
  • Саша Денисова,
  • Виктор Дятликович,
  • Антон Желнов,
  • Наталья Зайцева,
  • Дарья Золотухина,
  • Юлия Идлис,
  • Дмитрий Карцев,
  • Анна Лелер,
  • Константин Мильчин,
  • Людмила Наздрачева,
  • Игорь Найденов,
  • Анна Рудницкая,
  • Дмитрий Соколов-Митрич, 
  • Алексей Торгашев

У партнеров

    «Русский репортер»
    №37 (165) 23 сентября 2010
    Элита России
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Репортаж
    Путешествие
    Реклама