Три крупнейших кураторских проекта Ханса-Ульриха Обриста

14 октября 2010, 00:00

«Время почтальона» (Il Tempo del Postino), совместно с Филиппом Паррено (Манчестерский фестиваль — 2007, Арт-Базель — 2009)

Обычно произведения искусства неподвижно стоят или висят в галереях и музеях, а зритель переходит от одного объекта к другому. Во «Времени почтальона» обратная ситуация: зрители неподвижно сидят в зале, а на сцене сменяются представления, каждое из которых пуб­лика получает в свой «почтовый ящик», словно письмо от почтальона.

Каждому из пятнадцати художников кураторы выделили по пятнадцать минут времени, в итоге получился калейдоскоп из самых разных проектов, от перформансов и инсталляций до музыкальных шоу. Например, Карстен Хеллер предложил трем добровольцам прожить девять дней в специальных очках, в которых мир виден вверх тормашками. Герои, уже забывшие, как выглядит обычная реальность, впервые сняли очки на сцене, впав, естественно, в прострацию и транс. А Олафур Элиассон опустил на сцену зеркальный занавес, отражавший сидящих в зале: если кто-то кашлял или шаркал ногами, оркестр дублировал эти звуки, а потом и сам стал подавать сигналы публике, ожидая ответной реакции. Таким образом зрители потребляли самих себя в качестве объектов современного искусства.   

Utopia Station, совместно с Молли Несбит и Рикрит Тиравания (Венецианская биеннале, 2003)

Обрист расширил пространство биеннале, выставив работы художников знаменитых и совсем неизвестных (всего их было больше 150) не только в павильонах, но и на улицах, в доках, на набережной. Там же разместился своего рода сквот из жителей Утопии — демократичных художников, не претендующих на статус авторов и тем более звезд, и неотличимых от них зрителей. Кто-то раздавал какие-то листовки, кто-то залезал на деревья и провозглашал оттуда манифесты учрежденной им самим «Церкви страха»… Каждый делал что-то свое и не мешал остальным, помня о том, что свобода — это уважение свободы другого.

Идея была в том, чтобы выяснить, существует ли в современном мире реализованных утопий, где есть телевидение, интернет, мобильная связь и прочие блага цивилизации, место для человеческой и человечной утопии, для реального сообщества — открытого, свободного, не повязанного деньгами и конкуренцией. Утопия здесь — это не «светлое будущее», которые мы строим вместе, не покладая рук, а наше маленькое настоящее, которое каждый строит для себя сам как хочет. Не общее, а частное. Главное — не сходство, а различие. Этот антиглобалистский проект отвоевывает право на утопию у капитализма, мировых корпораций, медиа и арт-истеблишмента, чтобы вернуть его обычному человеку, способному создавать собственный, ни на что не похожий мир, не заботясь о совершенстве, успехе и выгоде.

Museum in Progress («Музей в развитии». Вена, с 1990 года по сей день)

Новаторский музей, выставляющий работы художников в немузейном пространстве — на фасадах зданий, стенах, билбордах, — но чаще всего в различных медиа: в газетах, журналах, на телевидении и в интернете. К примеру, музей предложил разным художникам, включая Сая Туом­бли, Джеффа Кунса и Мэтью Барни, превратить в арт-объект железный пожарный занавес Венской оперы.

Задача музея — максимально интегрировать искусство в повседневную жизнь. Он не направлен в вечность, а полностью сосредоточен на постоянно меняющейся современности. Такая гибкая форма — все экспозиции временные — позволяет ему быть независимым от рынка и соци­ально-политической конъюнктуры, от вкусов как массовой, так и элитарной публики. Один из самых знаменитых проектов музея — Cities on the Move («Города в движении»). Эта выставка, в которой приняли участие более семидесяти художников, была посвящена современному искусству Азии и кочевала по всему миру, от Нью-Йорка до Бордо, принимая в каждом новом городе новую форму.

Фото: AP (3); AFP/EAST NEWS (2); EPA; DANIELE DAINELLI/CONTRASTO/AGENCY.PHOTOGRAPHER.RU