Четвертая волна? Или все-таки третья?

10 февраля 2011, 00:00

От редакции

Фото: AP

В начале 90-х была популярна концепция «волн демократизации». Согласно ей то, что происходило тогда в Восточной Европе, было расценено как часть третьей в мировой истории «демократической волны», начавшейся несколько раньше в Латинской Америке.

Такого рода обобщения довольно легко поддаются критике: можно искать исключения из правила, спорить о количестве «волн», об их наличии вообще. Тем не менее, именно подобные концепции, включая и более признанную теорию экономических циклов, позволяют так сфокусироваться, чтобы увидеть не сегодняшний день, а обширную историческую панораму.

Применим этот оптический прием и к нынешним революционным событиям на Ближнем Востоке. Не хочется писать «мы видим типичную волну демократизации», поскольку, как уже было сказано, само наличие таких «волн» необщепризнанно. Но то, что мы видим, вполне может быть воспринято и описано именно в этих терминах. Вначале поднимается одна страна — Тунис, затем Египет, затем следует влияние этих событий на политическую ситуацию в Йемене и ряде других стран. И все это на фоне хора прогнозов, что, мол, все только начинается и прежним Восток уже не будет.

Одновременно обсуждается, конечно, насколько далеко распространятся подобные события по арабскому миру. Но почему только по нему? Если это действительно волна, то она, по вековому опыту, способна катиться через континенты.

Впрочем, и без всяких модных теорий наверняка многие в России, просто глядя в телевизор, задались вопросом: а что, если и у нас так же бабахнет? И на сто процентов об этом спрашивают себя люди не только в России, но и в странах, которые не принадлежат к клубу наиболее развитых в экономическом и политическом отношениях. Даже среди членов ЕС, надо полагать, найдутся некоторые со столь же любопытным на сей счет населением. В данном контексте принципиально неважно, с ожиданием ли (революции) связывается это любопытство или со страхом. А важно, насколько оно оправданно в принципе, например у нас, в России.

С точки зрения теории «волн» — не оправданно. И причина такого вывода довольно очевидна.

Режимы у нас и в Египте в 60-е годы имели довольно много общего: и там и там существовали диктатуры. Но третья «волна», пиком которой стала как раз перестройка в СССР, превратившаяся в настоящее «цунами демократизации», Египет не захватила. Там намного раньше произошла переориентация на Запад, которая в 70-е годы резко охладила отношения с СССР, но сколько-нибудь ощутимой демократизации не принесла. Примерно то же самое можно сказать о Тунисе — западно ориентированной недемократии.

Эти страны в их нынешнем виде представляют собой детища как раз второй «волны демократизации», когда происходили деколонизация (Тунис) и падение монархий и устранение внешнего влияния (Египет). Кто-то скажет: ну и какая же там после этой «волны» была демократия? Примерно такая же, как и везде после первой-второй «волн». Как заметил умнейший британский политолог Анатоль Ливен, если бы в XVII веке кто-то сказал той военно-феодальной олигархии, которая пришла к власти в результате Английской буржуазной революции, что она (олигархия) установила у себя в стране демократию, она бы искренне удивилась. Но только так все и начинается.

Так что похоже, что происходящее сегодня в Египте, Тунисе и других в чем-то подобных им странах представляет собой самое начало третьей «волны демократизации», которую они до сих пор не пережили.

А значит, к нам это не имеет никакого отношения.