На лыжах в бассейн

Спорт
Москва, 14.04.2011
«Русский репортер» №14 (192)
Дисциплины фристайла удивляют и завораживают. Сердца зрителей замирают, когда лыжник, высоко взлетев с трамплина, делает сальто и уносится в снежном вихре вниз по склону. Временами кажется, что до турниров доживают только самые удачливые. Так ли это, «РР» решил узнать у Дмитрия Кавунова, старшего тренера сборной России по самому головокружительному виду фристайла — лыжной акробатике

Фото: Оксана Юшко для «РР»

Наставник олимпийской чемпионки Лиллехаммера Лины Черязовой, принявший команду после Игр в Ванкувере, — человек дела, а не разговоров. На пресс-конфе­рен­­ции, посвященной этапу Кубка мира в Мос­кве, Дмитрий Кавунов отвечал односложно и, похоже, старался поскорее скрыться от надоедливых камер и репортеров. Зато на склоне отдувался за двоих: взял в руки лопату и принялся строить трамплин для соревнований, успевая еще и рассказывать о своей олимпийской дисциплине. Она не только самая зрелищная из всех дисциплин фристайла, но и наиболее «древняя» — соревнования по лыжному балету проводились еще в начале 20-х годов прошлого века. Правда, тогда это было, скорее, шоу: спортсмены под музыку спускались по пологому склону, сочетая прыжки и вращения с плавным скольжением вниз.

— У нас физически тяжелый спорт, — объясняет Кавунов. — Большую часть времени мы проводим с лопатами в руках.

Лучше расскажите, как разучивается трюк…

Подготовка занимает много времени. У нас есть определенная технологическая цепочка: сперва человек учится делать сальто на ковре, затем на батуте. Потом смотрим, насколько он умеет ездить на лыжах. Если все это в порядке, то ставим на воду. После того как элемент получается в воде, его переносят на снег.

Значит, вы прыгаете в бассейне?

Да. На таких же трамплинах, как те, что стоят зимой, только спортсмен прыгает в воду.

Это более травмоопасно, чем зимний ва­риант?

Я думаю, что шансы получить травму одинаковые, только сами травмы будут раз­ными. В основном, наверное, страдают колени, потому что на них идет самая большая нагрузка: при приземлении, если они неровно «приходят», связки растягиваются или рвутся.

А на подушку на склонах вы не прыгаете?

Нет. Может, в других сборных это практи­куется, но мы свою цепочку уже выстроили и довольны ею.

Каким вы видите место России в мировом фристайле?

В лыжной акробатике в будущем считаю его доминирующим. Россия должна быть одной из ведущих стран в этом виде спорта, потому что у нее все для этого есть. Могул у нас тоже на очень хорошем уровне: ребята занимают четвертые-пятые места на Кубках мира. Они очень близки к элите.

Кто же сейчас лидирует?

У нас, в акробатике, — канадцы и китайцы.

Можно ли говорить о какой-то русской школе, о некоем стиле катания и тренировок, которые отличаются от, допустим, американских?

Раньше, в Советском Союзе, когда мы начинали, об этом еще можно было говорить. А сейчас мы уже сравнялись, все передают друг другу свои знания.

Кстати, не стоит ли позаимствовать у тех же китайцев методики тренировок?

Да у нас проблемы не в технологиях, просто нам надо организовывать все получше! У нас сейчас, как во многих видах спорта, образовалась некая возрастная «дыра»: старые уже отвыступали, а новые еще не готовы. У нас нет проблем со знаниями, мы все знаем. Просто смена поколений. Мы не можем за два года подготовить смену: не тот это спорт. Теперь мы будем какое-то время отставать, а потом потихонечку выйдем на тот уровень, где должны быть.

Но ведь фристайл не очень массовый вид спорта, и зачастую командам подобных видов сложно получить все необходимое. Недостаток внимания — недостаток финансирования. У вас нет таких проблем?

Я думаю, это не вопрос финансирования. Это больше вопрос самого вида спорта. Фристайл такой многогранный, он сложный, потому что нужно и на лыжах уметь ездить, и быть акробатом. И все вот это вместе собрать. К тому же это такой «специальный» вид, куда не всякий пойдет. Например, футбол: в него можно всем играть, потом кто-то попал на высокий уровень, а кто-то не попал, но он все равно будет играть в футбол для себя. А фристайл — ты же не пойдешь просто так прыгать на лыжах на десять метров в высоту. Если ты уж пошел, то это спорт, это серьезно, это подготовка. Поэтому желающих в принципе немного, и всего всем хватает.

И в России все это есть?

Думаю, что да. В России масса возможностей, потому что сама Россия большая: большие людские ресурсы, много снега, школ. Причем, что важно, бесплатных школ! Я работал в Америке и Канаде десять лет и могу сказать, что там все это платно. А тут большинство школ бесплатные до сих пор. По начальному спорту, по акробатике, по фристайлу. Вот, например, к нам приезжали ребята из Уфы, из Ярославля — они не платят за школу фристайла. Я говорю не только об акробатике, но и о могуле.

Фристайл кажется очень дорогим видом спорта…

Во-первых, оборудование у школ может быть не самым лучшим, и его не очень много. А во-вторых, все-таки на начальном этапе дети сразу прыгать не начинают. Они просто катаются на лыжах, занимаются на дорожке, на батутах. Это все государственные спортивные школы.

Сколько человек в вашей сборной?

В этом году было шесть. К сожалению, одни мальчики. У нас есть две девочки, но им рано ездить на Кубки мира, у них еще пока не тот уровень. Они бы сами чувствовали себя там ущербно.

Многие, наверное, считают, что чем раньше они станут выступать на таком уровне, тем им проще будет потом...

Если ты готов, то да. Если у спортсмена есть программа достойного уровня, но нет опыта — тогда конечно. А тут приедут на мировое соревнование, во-первых, с очень легкой программой, а во-вторых, неготовыми. Один раз упадет, один раз встанет, потом опять три раза упадет… Им тренироваться нужно. На Кубках мира не учат программы, их там обкатывают.

А где тренируется сборная команда?

Старшая сборная зимой сидела в Штатах, потому что у нас в Канаде и Америке проводились этапы Кубка мира. А второй состав команды, пока мы были в Америке, два месяца тренировался в Финляндии.

А в России нельзя тренироваться? Нет условий?

Да, особенно на раннем этапе. Ведь мы начинаем тренироваться в ноябре, у нас уже должен быть снег, причем не просто где-нибудь, а на нашей базе. А такой у нас нет. Найти базу, допустим, в январе и в феврале уже легче, но это соревновательное время, нам надо выступать. Вот и выходит, что основному составу никак не получается в России тренироваться.

Когда будет готова Красная Поляна, вы туда переедете?

Когда будет — конечно. Мы же проводим Олимпиаду, почему бы не готовиться дома? Своя трасса — это очень много. К тому же, когда ты тренируешься на той же трассе, где пройдут соревнования, ты привыкаешь к погоде, к условиям, ко всем нюансам.

Фристайл на пальцах

Новости партнеров

«Русский репортер»
№14 (192) 14 апреля 2011
Налоги
Содержание:
Конверты возвращаются

Повышение налогов на зарплату (ставки ЕСН), вступившее в силу три с половиной месяца назад, уже принесло первые плоды. Правительство теперь точно не получит 800 млрд рублей дополнительных доходов. Зато массово возвращаются зарплаты в конвертах, а класс малых и средних предпринимателей снова становится «преступным», полностью зависимым от проверяющих и репрессивных органов. Это политический удар именно по среднему классу — крупный бизнес почти не пострадает, а бедные не станут богаче

Фотография
От редактора
Вехи
Репортаж
Путешествие
Реклама