Террор от скуки

Актуально
Москва, 08.09.2011
«Русский репортер» №35 (213)
15 сентября начнется процесс над подозреваемыми в организации взрыва в минском метро. При этом следствию так и не удалось найти в терактах не только идеологический подтекст, но и хоть какой-то мотив. Мы попытались разобраться, что двигало двумя парнями с рабочей окраины Витебска и виновны ли они вообще. У «РР» оказались документы следствия, которые заставляют усомниться в виновности одного из обвиняемых

Фото: Александр Васюкович для «РР»

«В ходе расследования установлено, что Коновалов Д. Г. группой лиц по предварительному сговору с Ковалевым В. Ю. в один из дней в период с октября по декабрь 2000 года… совершили взрыв в подъезде № 2 жилого дома по адресу…» (стилистика документа сохранена. — «РР»). В этой строке из постановления о передаче дела в суд нет опечатки: дата и место указаны верно. Просто следствие по делу о взрыве в минском метро так рьяно взялось за работу, что раскопало: Витебск или по крайней мере некоторые его районы безнаказанно терроризировали взрывами как минимум с 2000 года.

Взрывали в подъездах жилых домов, у железной дороги, газетных киосков. Всего одиннадцать эпизодов. А безнаказанно — потому что милиция ими почти не интересовалась. Потому и даты такие неопределенные: «в период с октября по декабрь», «с марта по декабрь», «в один из дней августа». Похоже, во многих случаях милиция даже протоколы о происшествиях не составляла — мол, «дети балуются».

Теперь эти взрывы — в обвинительном заключении против Дмитрия Коновалова и Влади­слава Ковалева. Они, по версии следствия, главные, если не единственные белорусские террористы. На них повесили взрывы и на автобусных остановках в Витебске в 2005-м, и на праздновании Дня независимости в Минске в 2008-м. Во всех этих случаях никто не погиб только чудом. Но число раненых с каждым разом увеличивалось.

Зачем они взрывали

Следствие долго искало мотивы этих преступлений. Направление указал лично Александр Лукашенко — допросить оппозиционных политиков: «Может, эти деятели от так называемой пятой колонны раскроют карты и укажут на тех, кто заказал [теракт]». Допросили, изучили, но связей с оппозицией не нашли.

Что показательнее всего, в тер­актах не нашли не только идеологического подтекста, но и какого-либо внятного мотива. В обвинительном заключении есть лишь скупая формулировка «из хулиганских побуждений», да и то применительно к ранним взрывам, когда обвиняемым было лет по четырнадцать — шестнадцать. Когда же речь заходит о первом серьезном теракте — взрыве 14 сентября 2005 года на автобусной остановке в Витебске, двое раненых, — следствие окончательно теряется и пишет: «С целью дестабилизации общественного порядка и устрашения населения». Та же формулировка рядом с обвинениями в последующих терактах — взрыв у летнего кафе в том же сентябре в том же Витебске (55 раненых); взрыв на праздновании Дня независимости в Минске (июль 2008 года, 59 пострадавших); взрыв в метро (15 погибших, 387 раненых). Но зачем витебскому токарю устрашать население своего горда и Минска, следствие так и не объясняет.

Белоруссия — моноэтническая страна, здесь нет межнациональных конфликтов. Правые радикальные группировки давно разгромлены или взяты под контроль КГБ, левацких отродясь не было. «Рыночный социализм» в экономике предполагал минимально приемлемый уровень жизни, но почти без шансов вырваться на новый уровень потребления. Казалось бы, в атмосфере, где нет конфликтов, эмоций, не может быть и терроризма. Но, похоже, белорусское политическое, идеологическое и экономическое болото породило новый вид терроризма — терроризм от скуки. Это становится очевиднее, если вы съездите в Витебск, до недавнего времени передовую этой тихой террористической войны.

Как они жили

Большинство взрывов произошло в витебском районе Марковщина. Восточная окраина города. Именно здесь в одной из хрущевок жил Дмитрий Коновалов, рядом — его «подельник» Влад Ковалев. До четвертого класса вместе учились, после школы какое-то время вместе работали на заводе тракторных запчастей.

На момент ареста Коновалов зарабатывал миллион белорусских рублей. По нынешнему «черному» курсу примерно 3300 российских. Многие в Витебске хотят получать больше, но мало у кого получается. Разве что пойти в милицию — там на первых порах платят около четырех тысяч. Ни Дмитрий, ни Влад не пошли.

Еще можно уехать в Минск за «большими деньгами». Влад Ковалев так и сделал. Торговал биодобавками, мечтал открыть интернет-кафе, но смог устроиться только электромонтером.

Из школьной характеристики после 11-го класса, датированной 2004 годом: «Юноша очень спокойный и застенчивый. С удовольст­вием будет выполнять поручения, которые ему интересны… Хорошая память, логическое мышление развито, интересный собеседник…» В пустующей сейчас комнате Влада в родительском доме на книжной полке стоят «Война мага» Перумова, «Человек боя» Головачева, «Люди, которые играют в игры» Эрика Берна, Кастанеда, учебники по русскому и рекламе. Видно человека с амбициями, но без неожиданностей.

Коновалов и вовсе никуда не поехал. Если тебе двадцать пять и ты работаешь на заводе чуть больше, чем за 100 долларов, вряд ли тебя можно назвать амбициозным человеком. На витебских окраинах таких десятки тысяч — без серьезных перспектив и надежд на то, что когда-нибудь их жизнь кардинально изменится. Наверное, когда человек понимает это, его злость ищет выход. Судя по всему, злость Дмитрия Коновалова нашла выход в его детском увлечении химией и взрывчаткой.

При этом ни своим поведением, ни чем-то другим Коновалов внимания к себе не привлекал.

— На заводе мало кто верит, что он метро взорвал, — говорит один из тех, кто работал с Дмитрием. — Обычный был парень. Работал хорошо. Матом даже не ругался.

— Простая семья, ничего плохого про них не скажешь, — твердят соседи Коноваловых.

Собственно, то, что детьми они баловались взрывпакетами, не отрицает даже мама Влада Ковалева. Ну, так на витебских окраинах это в порядке вещей. Те самые «хулиганские побуждения», о которых говорится в обвинительном заключении. Все от безделья и скуки. Просто, взрослея, от подобных «шалостей» отказываются. А Коновалов, судя по всему, не отказался и перешел ту грань, за которой детское хулиганство превратилось в терроризм. Так белорусская стабильность неожиданно породила жуткую аномалию. Приговор, казалось бы, предопределен.

Но есть в деле не до конца проясненные моменты. Ряд свидетельских показаний и документы следствия, попавшие в распоряжение «РР», заставляют по крайней мере усомниться в том, что один из обвиняемых — Влад Ковалев — причастен к взрыву в метро.

Сколько было бомбистов

О невиновности Влада сейчас прямо заявляет его мать. Она нашла для него адвоката. Искала долго: «На это дело сначала вообще никто не соглашался». Адвокат ее обнадежил, что если суд будет открытым, то шансы на оправдание или хотя бы небольшой срок (за те самые «детские» взрывы в подъездах, когда никто не пострадал) есть. К ним можно и нужно относиться осторожно, ведь Людмилу Ковалеву трудно назвать лицом незаинтересованным. Но очевидные нестыковки есть и в документах следствия.

В постановлении о передаче дела в суд одно из обвинений, предъявленных Ковалеву, — «укрывательство орудий и средств совершения тяжких и особо тяжких преступлений». В переводе на человеческий язык: следствие настаивает, что Влад забрал у Коновалова и спрятал у себя дома домкрат. Именно его используют для прессовки смеси, из которой получается взрывчатка на основе аммиачной селитры. Рецепт можно легко найти в интернете.

— Следователи упорно искали этот домкрат, — рассказывает «РР» друг Влада Сергей. — Расспрашивали, не просил ли Влад его у меня, не упоминал ли про него. У всех, кто хоть раз ему звонил, спрашивали про оценку по химии и домкрат.

Искали и нашли? Судя по постановлению о передаче дела в суд — да. Судя по протоколам обысков — нет. Обыски прошли в квартире Ковалевых в Витебске, на съемной квартире Влада в Минске и в доме в деревне, на родине Людмилы Ковалевой. Все протоколы обысков есть в распоряжении «РР» (их копии смот­рите на сайте «РР» rusrep.ru). Среди изъятого — несколько коробок с гвоздями, гайками и болтами (впрочем, такие есть, наверное, в каждом доме), мобильные телефоны, пейджер, страховое свидетельство и т. п. Но ни одного домкрата. В домике в деревне и вовсе «предметов, запрещенных к обороту, не обнаружено, ничего в ходе обыска не изымалось».

Откуда в итоге у следствия появился домкрат со следами взрывчатки, непонятно. Возможно, это произошло после повторного обыска в витебской квартире.

— Они тогда пришли в три часа ночи, посадили моего отчима в кресло и велели не вставать. Что они там делали, никто не знает, — рассказывает Татьяна, сестра Влада Ковалева.

Но что нового можно было найти в небольшой городской квартире после первого тщательного обыска? Вообще в ходе расследования всех терактов, а не только взрыва в метро, белорусское следствие давало много поводов усомниться в его компетентности.

— Вы знаете, что квартиру Коноваловых обыскивали еще в 2005 году, после взрыва на автобусной остановке? — говорит нам Сергей, друг Влада. — Мы с Владом шли тогда по улице, встретили Митю (Коновалова. — «РР»). А он говорит: «Представляете, у нас обыск был. Все перевернули в доме, даже плинтуса вскрывали». Дело в том, что та взрывчатка была начинена запчастями от механических часов. А отец Мити — часовой мастер, их тогда всех трясли. Да только в квартире ничего не нашли.

Когда после минского взрыва 2008 года в Белоруссии ввели поголовную дактилоскопию взрослого мужского населения (на взрывном устройстве остались отпечатки пальцев), Коновалов умудрился как-то ее избежать. В итоге отпечатки сверили лишь после его ареста в этом году. Они совпали, и в его виновности сомнений ни у кого нет. А вот о Ковалеве многие наши собеседники говорили скорее как о жертве обстоятельств: принял приглашение приехавшего в Минск Коновалова и выпил с ним как раз в тот момент, когда того уже вела милиция. Показательно, что в квартире в тот момент была и подруга Коновалова, — ее тоже арестовали, но в итоге отпустили, не предъявив никаких обвинений. Против Ковалева же, видимо, сыг­рала его «кредитная история» из хулиганского детства.

Витебск

У партнеров

    «Русский репортер»
    №35 (213) 8 сентября 2011
    Правящий класс
    Содержание:
    Реклама