Александр Коновалов: «Главная цель реформы уголовного права — адекватность наказания»

В этом году Министерство юстиции оказалось втянутым в бурную дискуссию вокруг третьего либерального пакета поправок в Уголовный кодекс. На этом фоне несправедливо незамеченными остались некоторые другие инициативы ведомства, прежде всего продолжающаяся реформа системы исполнения наказаний и расширение практики бесплатной юридической помощи

Иллюстрация: Павел Шевелев

Александр Коновалов — пример министра совсем не публичного, хотя и занимающегося едва ли не самыми знаковыми реформами последних лет. Пожалуй, перемены в системе исполнения наказаний — одно из немногих преобразований, которые удалось серьезно продвинуть во время президентства Медведева. И хотя, как это часто бывает, за их начало было заплачено жизнью — в данном случае юриста Сергея Магнитского, — можно сказать, что в прошлом году произошел слом многовековой тюремной традиции. Российская тюрьма становится чуть менее «адом на земле», в котором грешники мучаются за свои неискупаемые прегрешения, и чуть более — логичным продолжением правовой системы в традиционном европейском понимании.

— Я думаю, что главной целью поправок в УК является адекватность наказания, — объяснял в интервью «РР» Александр Коновалов. — Человек, который по-настоящему опасен для общества, должен получить по полной. И наоборот, зачем какого-то воришку сажать сразу на шесть лет, чтобы потом получить матерого рецидивиста?

Нам говорят: в стране разгул преступности, а это значит, что смягчать наказания нельзя. Но сделайте вы второй шаг в размышлениях — подумайте о том, что человек, который провел в местах лишения свободы хотя бы два года, становится в разы опаснее, чем он был до заключения. Он становится в разы опаснее, чем если бы провел эти два года не в тюрьме, а отбыл альтернативную меру наказания.

21 сентября во время правительственного часа в Государственной думе Александр Коновалов назвал цифру, которую все восприняли как саму собой разумеющуюся, хотя еще несколько лет назад она стала бы сенсацией. Министр сказал, что число сидельцев в российских тюрьмах и СИЗО снизилось до 650 тысяч человек. А ведь еще в начале этого года их было 819 тысяч, а в начале нулевых — почти миллион.

Снижение числа заключенных за счет тех, кто впервые нарушил закон или совершил преступление, за которое можно расплатиться с обществом, не садясь в тюрьму, — вот философия реформы Уголовного и Уго­ловно-про­цес­суального кодексов, которую курирует министр юстиции.

Коновалов любит вспоминать английское выражение, что «тюрьма — это очень дорогой способ сделать плохого человека еще хуже», и не стесняется давать жесткие оценки российской тюремной системе. «Это наследие отчасти ГУЛАГа, отчасти еще прежней каторжной системы времен Российской империи», — говорил он в интервью «РР».

Именно в попытках отказаться от наследия ГУЛАГа Минюст разработал серьезную реформу тюремной системы. Теперь основная роль отводится колониям-поселениям, а в немногочисленных тюрьмах должны содержаться только особо опасные преступники. Александр Коновалов рассказывал нам, что проекты таких колоний-поселений и новых тюрем продуманы до мелочей:

— Они должны быть обеспечены высокотехнологичным оборудованием — это видеонаблюдение, электронная блокировка перемещений по контуру учреждений и так далее. Для того чтобы охранять такие колонии, нужно будет меньше людей, чем сегодня, контактов между персоналом ИТК и заключенными станет меньше, там будет гораздо более легкий режим отбывания наказания. За счет этого можно и нужно сокращать персонал ФСИН.

Вот только проблема в том, что на реализацию этих планов нет денег. Здесь очевидна некая граница лоббистских способностей и аппаратного веса министра юстиции. Их хватает на то, чтобы отбивать нападки силовиков на либеральные поправки в УК, но недостаточно для выбивания в Минфине серьезного финансирования.

Старается Александр Коновалов реформировать и скандальную тюремную медицину. Так, в некоторых тюрьмах, например в Санкт-Петербурге, медиков вывели из-под управления руководства тюрьмы, и теперь они могут принимать решения о госпитализации заключенных самостоятельно. Хотя мечта полностью передать тюремную медицину под контроль Минздрава встречает пока сопротивление ведомства Голиковой.

При этом надо понимать, что Коновалов вынужден идти против общественного мнения, которое традиционно живет в парадигме «вор должен сидеть в тюрьме» и «сажать надо больше». В этом смысле сказанные еще в XIX веке слова маркиза де Кюстина, что именно правительство в России — паровоз либерализма, за которым подтягивается остальное общество, по-прежнему верны.

Тот же Минюст готовит закон о конфискации имущества коррупционеров. «Я убежден, что рано или поздно мы будем обсуждать необходимость конфискации in rem, когда отбирают имущество даже без уголовного процесса, если есть подозрение, что оно нажито незаконным путем, кому бы оно формально ни принадлежало — родственникам, друзьям, знакомым», — сказал по этому поводу Александр Коновалов. Революционная идея для России, где родственники некоторых чиновников — самые богатые люди в стране после олигархов.

И именно ведомство Коновалова в этом году разработало и внесло в Госдуму проект закона о бесплатной юридической помощи. Он заметно расширяет круг лиц, которые будут иметь на нее право. Закон уже принят в первом чтении.

Кроме того, вместе с Ассоциацией юристов России министерство пытается навести порядок в системе высшего юридического образования, проводя общественную аттестацию вузов. А еще в Минюсте сейчас разрабатывается закон, который серьезно реформирует систему адвокатуры и нотариата.

Все это указывает на то, что именно при Александре Коновалове Минюст усилил свой авторитет и влияние. Неудивительно, что, когда в этом году появились слухи о возможном переводе Коновалова на должность генпрокурора, многие в министерстве были откровенно расстроены и вздохнули с облегчением, когда это назначение не состоялось.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №38 (216) 29 сентября 2011
    Новый срок Путина
    Содержание:
    Снова на галеры

    Третий президентский срок — серьезный вызов Владимиру Путину. Эффект новизны уже давно не его союзник. Наоборот, Путину придется каким-то образом преодолевать усталость общества от двенадцати лет его пребывания у власти. «РР» выделил семь главных проблем, которые придется ему решить, чтобы его новое президентство пошло стране на пользу

    Фотография
    Вехи
    Самые авторитетные люди России
    Реклама