Мир неторопливых хищников и медленных жертв

Тренды
Москва, 20.10.2011
«Русский репортер» №41 (219)
Комментарий Валерия Голубева, старшего научного сотрудника Палеонтологического института РАН

Климат в наших районах, например на европейской территории, с середины пермского периода и до конца становился все более влажным и теплым. Почти вся Сибирь была покрыта каламитовой тайгой — растениями, внешне похожими на хвощи. Уже появились голосеменные, не наши елки-сосны, а нормальные, листовые, типа гинкго. Есть указания, что было много болот, и вообще это была такая озерно-болотная равнина.

Это время господства зверообразных рептилий — крупных животных, которые являются нашими предками. Они научились питаться наземными растениями, что не так-то легко, поскольку все самое вкусное находится внутри твердых оболочек. Оказалось, что самый легкий способ справиться с растительной пищей — не перерабатывать ее самим, а использовать симбионтов. Поселяешь бактерий у себя в желудке, они там за тебя все делают. Но бактериям требуется высокая температура, а если животное холоднокровное, то оно за ночь остывает. Оказалось, что проблему можно решить, просто став большим: не успеваешь остыть. И вот в перми появляются крупные растительноядные животные и те, кто ими питается, — хищные рептилии. Самое интересное, что эти формы образовали биоценоз, которому совершенно наплевать на всех насекомых и питающихся ими амфибий, которые были до них на суше. Они зависели только от растительности.

Вот с пермского периода и начинается наплевательское отношение у четвероногих к окружающей среде, когда они легко могут довести ее до полного кризиса, а потом просто перейти в другое место.

Это первые крупные животные на суше, и у них нет конкурентов. Черты их следующие: очень разнообразные челюсти и зубы, нет нормального слуха, поскольку нет ушей, и несовершенные конечности — бывшие плавники рыб.

Ноги зверообразных торчат в разные стороны, и вся нагрузка идет на мышцы, а не на скелет. И эти мышцы были просто огромные — у самых крупных из этих неуклюжих зверей, например, длина и ширина бедра были одинаковы. Почти квадратная нога. С такой конструкцией вы не можете быть слишком большим, предел — одна-две тонны.

И вот к чему такое положение приводит: мы видим, как сообщество зверообразных ящеров регулярно доводит само себя до кризисов. Растительноядные не могут стать очень большими, чтобы защитить себя размерами от хищников. Убежать они тоже не могут: хищник такой же скороходный — вы бегать не можете, ну, и он бегать не может. Только у вас еще и брюхо здоровое, поскольку там должны бактерии в громадном кишечнике жить, а ему не нужно такое брюхо.

Эффективных способов защиты от хищников нет, поэтому они элементарно могут всех съесть. И если к этому времени хищник не успел перестроиться на другую добычу, он тоже исчезает. В современных сообществах такое просто представить невозможно: очень много ограничивающих механизмов. А в пермское время мы регулярно это видим. И на освободившееся место приходит другая пара хищник — жертва.

Именно в один из таких кризисов в сообщество вклинились архозавры — предки динозавров, — у которых ноги были устроены прогрессивнее, они уже могли бегать. Некоторые архозавры вырастали до 10 тонн. Что такое двухтонная добыча, если ты сам можешь 10 тонн весить? Бесплатный кусок мяса, за ним и бегать не надо, он ходит медленно.

Когда пришло время пермского вымирания видов, сообщества зверообразных рептилий исчезли, и сразу после кризиса крупных животных мы вообще не видим. Потом появляются смешанные сообщества из выживших зверо­образных дицинодонтов и архозавров, а потом наступает время динозавров.

Пермский кризис полностью выбил крупных зверообразных. Остались мелкие, которые питались беспозвоночными и мелкими позвоночными тоже. И случилась занятная вещь: попытка сохранить теп­локровность, которая была у крупных животных, привела к теплокровности физиологической у мелких. Это произошло сразу после кризиса, в триасовом периоде. Появляются мелкие теплокровные животные, которые станут в свое время могильщиками тех самых динозавров, которым проиграли их предки.

Появилось много мелких растительноядных животных. И стали существовать две пищевые пирамиды: одна у динозавров (растение — растительноядное — хищник), а вторая у млекопитающих (растение — растительноядное млекопитающее — хищник, только маленький).

Довести динозавровое сообщество до развала млекопитающим удалось не сразу. Но решающую роль сыграл способ размножения: динозавры не защищали детенышей, и их просто съедали эти мелкие хищ­ники-млекопи­тающие.

Относительно причин пермского вымирания видов: я бы не стал связывать его с выбросами газа. Должен быть механизм, который одновременно подрубил водные и наземные экосистемы, причем водные сильнее. И у меня есть такое впечатление, что в период этих кризисов довольно резко падал уровень моря. И это одновременно сказалось и на морских видах, и на низинных районах, которые мы знаем. На суше сменилась растительность и сменились сообщества, которые зависели от этой растительности.

Материки в пермский период

Новости партнеров

    «Русский репортер»
    №41 (219) 20 октября 2011
    Полиция
    Содержание:
    Реклама