Гражданка Масленица

Актуально
Москва, 01.03.2012
«Русский репортер» №8 (237)
Самый веселый русский праздник постепенно теряет и форму, и содержание. От официальных гуляний в духе калинки-малинки многих уже подташнивает. Недовольных аккумулирует движение «Маслострой» — каждый год его активисты собственноручно возводят в подмосковном лесу многоэтажную снежную крепость, чтобы потом тысячи людей взяли ее приступом. Корреспондент «РР» побывала на очередной «альтернативной Масленице» и поняла, что одни и те же вещи воспринимаются совсем по-другому, если они не насаждаются «сверху», а рождаются «снизу»

Фото: Оксана Юшко для «РР»

Проблем с посещаемостью у маслостроевцев уже давно нет. Чтобы не испортить праздник, им даже приходится фильтровать аудиторию: каждый год снежный городок строится в новом месте, а информация со схемой проезда появляется в интернете лишь накануне.

— Это чтобы сюда не хлынул поток случайных людей, праздношатающихся, пьющих и не особенно понимающих, куда они попали, — объясняет мне тонкости организации Наталья Харпалева, одна из основателей движения. — С той же целью мы выбираем место километрах в трех-четырех от ближайшей железнодорожной платформы: случайный человек в такую даль не пойдет, а для неслучайного этот путь по лесной тропе только в радость.

Мои сомнения, найду ли я в лесу праздничную поляну, оказались наивными. В электричке было не протолкнуться от бодрых лыжников и толпы ряженых, распевающих народные песни и походную классику. На платформе высадилась огромная толпа желающих правильно встретить весну. Все четыре километра до места действия мы дружно прошагали гуськом, затылок в затылок.

На подходе к праздничной поляне в лесу появляются разноцветные палатки. У каждого костра — свои флаги и свои люди. Многие обосновались здесь аж за несколько дней до события, как фанаты накануне вручения «Оскара». Коммунисты, националисты, рыцари, экологи, рокеры, фольклористы, трезвые и не очень…

Попасть на поляну можно двумя путями: через главные ворота, где за вход взимаются куплеты и танцы, или в обход — там уже не миновать обстрела снежными снарядами. Расплатившись песней о бабусиных гусях, оказываюсь внутри.

— Вкусные конфеты красивым девушкам!

Передо мной вырастает босой дед в джинсовых шортах и колпаке скомороха.

— Сколько стоит?

— Нисколько. Разувайся.

— В смысле?

— Даю конфеты тем, кто со мной будет босиком ходить.

— Не, не пойдет.

— А ты как хотела? — Бородач, такой весенний вариант Деда Мороза, разочарованно отворачивается и уходит. Сзади на его толстовке надпись krutizna.ru. Не поспоришь.

Костяк маслостроевцев составляют члены клуба «Рождест­венка», который сформировался 25 лет назад из добровольных помощников — реставраторов Рождественского монастыря. А «Масляница» (именно так, через «я») родилась из идеи сделать общий праздник для всех постоянных участников летних выездных отрядов. Зимой им делать нечего, вот и решили себя чем-то занять. Сегодня альтернативная Масленица носит имя Михаила Бакшевского, который был главным строителем снежных крепостей.

— Знаете, организаторами мы себя стараемся не называть. Скорее мы устроители, — объясняет Наталья Харпалева. — Мы просто друг другу интересны, нам нравится работать на лесной поляне, ночевать у зимнего костра, играть в футбол на снегу. И еще есть ощущение, что делаешь что-то важное, честное, интересное, нужное не только тебе.

Стою в очереди в «блинную крепость» и увлеченно наблюдаю за традиционной русской забавой — лазанию по столбу. За те пять минут, пока мои соседи выбирали, хотят ли они блинчик с икрой или сгущенкой, как минимум два раздетых молодых человека успели без особого труда забраться на самый верх. Ловлю себя на мысли, что точно такой же аттракцион не раз наблюдала на официальных городских мероприятиях, но там почему-то он воспринимался совсем по-другому.

Постепенно на поляне нарастает напряжение, все чувствуют приближение кульминации — взятия снежной крепости. Войско Зимы, они же маслостроевцы, заточившие Масленицу в снежных стенах, занимают оборону, а недавние покорители столбов и бородатые мужики в касках — войско Весны — стягиваются со всех сторон, чтобы приготовиться к осаде. Бой начинается с обстрела снежками. Это только звучит безобидно. На самом деле снежков над поляной в какой-то момент становится больше, чем воздуха, снаряды с обеих сторон бьют метко, в толпе появляются первые «раненые» — люди, держащиеся руками за лица. Толпа в восторге.

— Вперед! За весну!

Голый по пояс воевода, обхаживающий себя банным веником, возвышается над схваткой, направляя самых отчаянных на приступ крепостных стен. По накалу страстей и риску для здоровья все это напоминает забег быков по улицам испанского города Памплоны в день святого Фермина. Войско Весны прет на крепость тремя накатами. Первая волна упирается головами в снежные стены, вторая залезает им на спины, а третья, взгромоздившись с разбегу на этот помост из человеческих тел, пытается выцепить воинов Зимы с крепостных стен, но под ударами противника катится вниз по головам соратников.

— Ломай! Ломай ее полностью! — смеются внизу.

— Даешь весну! Даешь весну! — несется с другой стороны.

В этом году у традиционного сценария битвы есть новшество. У войска Зимы появился союзник: сдерживать натиск противника ему помогает разозленный медведь, точнее, человек с искусст­венной головой медведя. Это добавляет действию политическую окраску и придает штурмующим решимости.

— Медведь, уходи! — весело скандирует  толпа.

Энергия политического про­теста помогает взять крепость всего за 10–15 минут — в былые годы приступ затягивался на час и более.

После победы ничто уже не отвлекает людей от традиционных масленичных развлечений. Человек двадцать мужиков, выстроившись коридорчиком, подбрасывают девушек в воздух, причем кто от этого получает большее удовольствие, непонятно. Вне конкуренции — «стенка на стенку»: на лицах участников восторг, побоище шумное, азартное, но беззлобное и бескровное.

— Здравствуйте, а вы откуда?

— Я из Франции.

За спиной француза девушка в сарафане и со связкой бубликов на шее яростно нарумянивает щеки его соотечественнице.

— Я здесь уже второй раз. Я живу и работаю в России, и мне мои русские друзья рассказали про вот эту Масленицу. Сходите в снежный лабиринт — он классный! О, посмотрите, какие смелые ребята! — показывает он мне на очередного покорителя столба.

— А вы сами не хотите попробовать?

— Пожалуй, нет: забыл надеть красивое белье, — отшучивается он.

С удивлением замечаю, что мой босой дедушка нашел единомышленников и теперь гуляет по поляне в компании двух милых девушек.

После обеда народ потянулся к станции.

— Я вот думаю, что Прохоров…

— А я буду за Жириновского голосовать, потому что…

— Да замолчите вы! Дайте воздухом лесным спокойно подышать!

Улыбаемся и дышим.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №8 (237) 1 марта 2012
    Честные выборы
    Содержание:
    Реклама