Она будет очень большая

Среда обитания
Москва, 01.03.2012
«Русский репортер» №8 (237)
В ближайшие годы российские и зарубежные градостроители будут биться со столицей РФ, как хемингуэевский старик с рыбой, которая, как известно, «была очень большая». На прошлой неделе завершился первый этап конкурса на разработку концепции столичной агломерации: 24 февраля были названы финалисты. Корреспондент «РР» пообщалась с экспертами, чтобы понять, каковы главные предпроектные идеи переобустройства Москвы и воплотимы ли они

Фото: Александр Гронский / Agency.Photographer.ru

Больше всего она похожа на замочную скважину. Или на рыбку. Некоторым мерещатся бадминтонный воланчик, фартук и галстук. Как бы то ни было, контуры нового мегаполиса выглядят странно с тех пор, как мэр столицы Собянин и губернатор Московской области Громов представили президенту план, согласно которому площадь мегаполиса увеличится в два с половиной раза в юго-западном направлении. Собственно, это и можно считать первой предпроектной и единственной на сегодняшний день проектной идеей. Главный минус ее в том, что она спущена сверху в качестве готового указания.

— Сам подход — это волевое решение, выдержанное вполне в советском вкусе. Москва увеличивается в два раза, какое счастье! — говорит архитектор Евгений Асс, профессор МАРХИ, основатель проектного бюро собственного имени, лауреат премии «Золотое сечение». — Да, объявлен конкурс на развитие московской агломерации, но одно из требований к участникам — уделить особое внимание юго-западному направлению. Хотя на самом деле, какое именно направление считать приоритетным, как раз и следовало выяснить в результате конкурса.

Тем не менее в этом решении можно проследить и определенную логику:

— Юго-западное направление было выбрано по понятным причинам, — объясняет Вячеслав Глазычев, директор Института продвижения инноваций Общественной палаты РФ и один из экспертов, работающих по заказу департамента экономического развития столицы над стратегией развития Москвы до 2025 года. — Там живет относительно мало людей, нет крупных городов-двухсоттысячников вроде Мытищ, почти нет земель Минобороны, которые сжирают огромную часть Подмосковья, и экологическая ситуация там приличная.

— Но почему вокруг столицы, грубо говоря, не провели циркулем окружность и не включили города-спутники в Большую Москву?

— Оно, конечно, было бы неплохо. Но на это нет денег. Есть лужковские льготы для москвичей. Не распространить их на людей, живущих на административно вовлекаемых территориях, невозможно. Распространить на всех — столичный бюджет не вынесет. Отменить льготы вообще — невыполнимо политически. Поэтому нарисовали такой «галстук», и мы будем рассматривать его скорее как экспериментальную площадку, на которой можно отработать вменяемые правила игры.

— И в чем заключается игра?

— Проект «Большая Москва» — шажок в сторону признания реальной ситуации: есть столица в пределах МКАД, а есть настоящая Москва, и она огромна. Во всем мире так: территория Большого Парижа — девять тысяч квадратных километров, Большого Нью-Йорка — семнадцать, Пекина и вовсе девятнадцать тысяч. Необходимо, чтобы агломерация развивалась комплексно, как единый организм. В этом смысле никакого велосипеда мы не изобретаем. Несколько лет назад Николя Саркози инициировал конкурс, на котором десять международных экспертных групп выдвинули концепции развития Иль-де-Франса, в центре которого находится Париж. Это не значит, что победитель получил все и будет реализован лишь его проект. Речь шла о конкурсе идей, которые дают возможность власти увидеть проблему разными глазами. Нечто похожее происходит сейчас и у нас.

Собственно, конкурс — это своего рода совместный «брейнсторминг», обмен предпроектными идеями. Некоторые из них «РР» обсудил со специалистами еще до оглашения десятки финалистов.

Идея № 1. Отказ от моноцентричности

— Почему, вместо того чтобы «рисовать галстук», нельзя было просто договориться с областью о совместном решении проблем? — спрашиваю я Глазычева.

— В странах с давней демократической традицией, где есть сильное местное самоуправление, проблемы агломераций действительно решают, договариваясь с властями окрестных городов и пригородов. Например, Ванкувер заключил с двадцатью четырьмя муниципалитетами договор о развитии дорог и зон отдыха, о единых проездных билетах, о зеленых коридорах для всякой живности. Но мы не Канада. Договариваться в России — раньше умрешь. И власть пошла на административное решение как привычное и понятное.

Большой Ванкувер (Metro Vancouver) — одна из самых успешно развивающихся агломераций, он трижды признавался наиболее благоприятным для проживания городом на Земле. Население собственно города составляет около 600 тысяч человек, а вместе с пригородами — свыше двух миллионов. Главная особенность Большого Ванкувера — предельная децентрализация, распределение полномочий между 24 муниципалитетами и избирательными округами.

Французский конкурс Le Grand Pari(s), на опыт которого мы опираемся, тоже показал, что наиболее перспективным большинству экспертов представляется полицентрическое развитие города, когда на территории агломерации появляется несколько локальных центров с театрами, музеями, офисами.

Надежда Нилина, дизайнер, архитектор и урбанист, около двадцати лет работавшая в США и Голландии, как и многие другие специалисты, убеждена, что для создания комфортной городской среды Москве необходима децентрализация хотя бы на уровне мелких районных сообществ:

— Например, в Нью-Йорке есть community organizations. Это именно сообщества жителей, а не чиновников. У таких сообществ много прав и обязанностей, в частности без их согласия практически невозможно получить разрешение на строительство зданий. Прелесть в том, что весь огромный Нью-Йорк разделен на такие сообщества, и это вполне реальные игроки. В некоторых районах эти сообщества состоят из молодежи. А в районе, например, Ист-Сайда туда входят пожилые богатые дамы.

Несмотря на то что «мы не Канада», идея возрождения городского самоуправления не кажется Вячеславу Глазычеву невоплотимой:

— Сейчас для этого может наступить благоприятный момент. В московскую агломерацию входят муниципалитеты городов вроде Троицка и Щербинки. Был принят специальный закон, согласно которому за ними остаются их права, притом что в самой Москве у муниципалитетов прав почти нет. Возник шанс вернуться к обсуждению закона об основах местного самоуправления и шаг за шагом восстановить рациональную систему муниципальной власти. Сейчас отчуждение москвичей от собственного города колоссальное.

Смысл идеи

Переключение с «вертикали» на «горизонталь», с формального выполнения указаний на личную вовлеченность жителей в процесс изменений.

Реализуемость идеи

Возможно, но не в ближайшем будущем.

Главный «затык»

Политический: неготовность власти передоверять решения органам местного самоуправления.

Идея № 2. «Очеловечивание» промзон

Тут практически полный консенсус: и эксперты, и власти в самое ближайшее время готовы расстаться с большинством промзон.

— В Москве они занимают примерно треть территории, — говорит архитектурный критик Григорий Ревзин. — Подобное соотношение было характерно для европейских городов до Второй мировой войны. В современном мегаполисе такое представить невозможно, их давно пора застраивать.

Неприкосновенными, по мнению Вяче­слава Глазычева, должны остаться лишь несколько объектов: например, предприятия авиа­ци­онно-космического комплекса («Их надо оставить обязательно, это часть национальной системы безопасности») или Капотня («Да, странно, что на территории столицы находится нефтеперерабатывающий завод, но это ключевой налогоплательщик Москвы»).

Но вот в том, что касается практической пользы от освоения промзон, мнения участников брейнсторминга расходятся. Так, Григорий Ревзин считает, что, когда на месте бывших цехов и складов начнут воздвигать дома, сам план расширения столицы потеряет смысл:

— Строительство на промышленных территориях бесконечно выигрывает по сравнению со строительством в области.

Вячеслав Глазычев возражает:

— Жилье, построенное на промтерриториях, всегда будет обходиться дорого. Несколько лет назад я был консультантом у компании, занимавшейся строительством жилого комплекса позади метро «Фрунзенская». Это десять гектаров бывшего завода «Каучук». Чтобы построить там что-то, надо было вывезти три с половиной метра грунта. Вы представляете, сколько это стоило? А я считаю, что нам позарез нужен, как и во всем мире, большой объем арендного жилья, например, для молодых семей, которым рано впрягаться в ипотеку. Такое недорогое жилье лучше всего строить на новых территориях.

Смысл идеи

Освоение внутригородских территорий, экологическая целесообразность.

Реализуемость идеи

Возможно в ближайшее время.

Главный «затык»

Отсутствует.

Идея № 3. Районы «на помосте»

Такую идею продвигает, к примеру, Надежда Нилина, урбанист с богатым опытом работы на Западе. Ориентироваться она предлагает на парижский проект Paris Rive Gauche:

— Еще в 80-х годах территория на левом берегу Сены в районе вокзала Аустерлиц представляла собой мрачное индустриальное пространство вдоль железнодорожной ветки. А лет 15 назад ветку забрали в тоннель, притом что сама дорога сохранилась. А на помосте над дорогой строятся жилье, магазины, школы, предусмотрены десять гектаров парков и скверов, где высадят две тысячи деревьев. Это реально дорогой проект. Но все же он экономически целесообразен. Потому что недвижимость вблизи общественно привлекательных территорий всегда стоит дорого. Ее владельцы платят большие налоги, которые поступают в казну и потом идут на содержание, в частности тех же территорий.

Смысл идеи

Расширение «вверх», эстетическая и экологическая целесообразность.

Реализуемость идеи

Возможно.

Главный «затык»

Финансовый.

Идея № 4. Вывод транзита из Москвы и партизация центра

По словам Григория Ревзина, меньше чем через два года в столице произойдет транспортный коллапс:

— Это когда вечерняя пробка не рассасывается за ночь, и потом к ней добавляется утренняя. Водители покидают свои автомобили и идут домой. Именно это в свое время произошло в Париже, и там машины растаскивали шесть дней. Подсчитано: для того чтобы в Москве наступил подобный транспортный коллапс, необходимо еще 500 тысяч машин. Сейчас их число увеличивается на 300 тысяч в год.

Корень транспортной проблемы, по мнению Глазычева, не только в увеличении числа частных автомобилей, но и в том, что Москва в последние двадцать лет превратилась в транзитный грузовой терминал. Любой холодильник из Китая сначала везут в Москву, а потом уже в Краснодар или Архангельск.

— Надо увести транзит. Я считаю, что вынос нужно делать вообще за рамки Московской области — на юг Тверской, на север Калужской. Для этого нужно не только строительство дорог, но и политические решения. Придется делать нормальные обводные дороги — скоростные, эффективные. Выносить таможенные терминалы. Это дорого и сложно. Здесь как раз и поможет конкурс с участием мировых профессионалов — важен их незатертый местными условиями взгляд.

Что до мировых профессионалов, канадский инженер Роджер Бейли, главный идеолог и автор «ванкуверского чуда», полагает, что Москву может спасти от коллапса проверенный на Западе способ:

— Разгрузить центр, сделав въезд в него платным. Так сделали, например, в Лондоне.

Правительство Москвы еще при Лужкове разработало Концепцию развития пассажирского транспорта в 2011–2013 годах, предполагавшую, в частности, «введение платы за въезд личного транспорта в центр города». Собянин, придя к власти, дал понять, что лондонский опыт не слишком его вдохновляет. «В Москве везде пробки. Весь город сделаем платным?» — пошутил как-то мэр.

Смысл идеи

Борьба с пробками.

Реализуемость идеи

Возможно.

Главный «затык»

Политический.

Идея № 5. Перенос за пределы Москвы офисов для 800 тысяч чиновников

Идея, безусловно, красивая, но, по всеобщему мнению, утопическая. («Нереально, даже Хрущеву это не удалось». — Глазычев.) Говорить о ней принято с мечтательной инто­нацией. Именно так это делает Юрий Гри­горян, один из финалистов конкурса на разработку концепции новой Москвы, руководитель архитектурного бюро «Проект Меганом»:

— Конечно, было бы неплохо провести этакую физическую перетряску, проветривание. Если люди покинут свои засохшие старые кабинеты, пересядут в просторные, чистые офисы, спроектированные по новому стандарту, с широкими окнами и видом на лес, — тогда, может быть, действительно меньше будет коррупции. С другой стороны, если всерьез говорить о децентрализации, почему бы не перевести все правительственные учреждения куда-нибудь в Тулу или в Пермь? Хотя, скорее всего, это слишком радикально. И я боюсь, что они потом снова переберутся назад.

Смысл идеи

Борьба с пробками, борьба с чиновниками, борьба с коррупцией.

Реализуемость идеи

Скорее всего, невозможно.

Главный «затык»

Психологический и физический: чиновники никуда не поедут.

Идея № 6. Создание деловых центров международного класса с привязкой к аэропорту

Такой вариант куда более реалистичен, считает Вячеслав Глазычев. К деловым центрам, если их правильно сформировать, подтянутся и заинтересованные государственные организации.

— «Москва-Сити» — это девятнадцатый век. Город небоскребов — такое уже не носят в приличных местах. Нужна человечная, разумная, удобно устроенная среда. Но ее можно создать только на свободных территориях. К тому же по современным стандартам бизнес-центры должны располагаться на расстоянии не более пятнадцати минут езды от международного аэропорта.

— Но в Москве три аэропорта.

— Да, у нас есть дуга: Шереметьево, Внуково, Домодедово. Следовательно, одна из проб­лем, которые должны обсуждаться в рамках концепции «Большая Москва», — где именно строить деловой центр. Тут и фантазия нужна, и расчеты. Если в Подмосковье будет создан подобный деловой центр, министерства сами организуют там свои дочерние структуры.

Смысл идеи

Борьба с пробками, «модернизация» бизнеса, взаимодействие бизнеса и чиновников.

Реализуемость идеи

Возможно.

Главный «затык»

Нет.

Идея № 7. Зеленый пояс вокруг Москвы

Пока что экологическая обстановка в новообретенной юго-западной части московского «воланчика» довольно благоприятная. Кругом дачные поселки, колхозные поля, деревеньки с названиями вроде Евсеево и Кувекино. Главное — ничего не испортить и не превратить Кувекино в очередные каменные джунгли. Однако одним лишь юго-западным направлением ограничиться невозможно. По мнению финалиста конкурса Юрия Григоряна, работать с Подмосковьем следует комплексно:

— Стоит очертить большой круг вокруг Мос­квы и на расстоянии двадцати километров от города запретить всякое строительство — пусть там будет зеленый пояс. У нас законом запрещено вырубать леса, зато можно застраивать поля, и вся подмосковная урбанизация заключается в том, что на них воздвигают коттеджи или многоэтажки. Но я бы предложил в этой двадцатикилометровой зоне запретить строительство и на полях. Лет за пятнадцать они зарастут лесом, появится полноценная зона отдыха, белки туда придут, можно будет кемпинги построить. А за сорок километров от Москвы — там, пожалуйста, стройте. Только соедините с Москвой скоростным транспортом, чтобы за полчаса можно было из центра добраться до города-спутника.

Смысл идеи

Экологический — оздоровление города.

Реализуемость идеи

Сомнительно.

Главный «затык»

Экономический: подмосковная недвижимость слишком дорого стоит, упущенная выгода для администрации и бизнеса несопоставима с выгодой экологической.

Идея № 8. Парки на месте промзон и сносимых зданий, отделенные шумо- и газозащитным барьером

Недавно произошло событие неожиданное и довольно приятное: по инициативе пре­мьер-министра на месте гостиницы «Россия» (территория примерно в 13 гектаров) решено разбить парк или сад.

— Сразу возникает вопрос: как разъединить этот парк и набережную с ее транспортным потоком? — размышляет Вячеслав Глазычев. — Мне кажется, наиболее разумно отсечь его своего рода толстой стеной, которая состояла бы из построенных сплошной линией мастерских, магазинчиков, студий. Они выпол­няли бы роль шумо- и газозащитного барьера и одновременно становились бы центром притяжения для людей.

Теоретически ничто не мешает организовать и на территориях промзон не элитные жилищные комплексы, а зеленые районы, как это сделали в Ванкувере. А отделить их от шумного города можно как раз по той технологии, которую описал Глазычев.

Смысл идеи

Экологическая целесообразность, увеличение числа рекреационных зон, решение. проблемы досуга и дружественной городской среды.

Реализуемость идеи

Возможно.

Главный «затык»

Общественно-политический: в нынешней моноцентричной ситуации осуществить эту идею в каждом конкретном случае можно только административным решением.

Идея № 9. Добывать энергию из г…на

— Под городом — разветвленные канализационные стоки, эту энергию можно перерабатывать в тепло и отапливать ею дома, — фантазирует ванкуверский гений Роджер Бейли.

В Ванкувере его фантазии уже стали реальностью. Именно благодаря ему на месте промзон в городе появились зеленые районы. Отопление производится при помощи солнечной энергии и тепла из канализационных стоков, в туалетах дождевая вода. Экостроительство стоило городу около $1,5 млрд, зато зеленые районы тратят вдвое меньше энергии, чем обычные.

Побывав в Москве, Бейли признался «РР», что, по его ощущениям, у города появился уникальный шанс на зеленое строительство: на волне большемосковского прожектерства самые эксцентричные идеи можно сейчас продвинуть и воплотить в жизнь.

Смысл идеи

Экологическая целесообразность, экономия энергии.

Реализуемость идеи

Пока невозможно.

Главный «затык»

Технологический.

Идея № 10. Формирование соседских сообществ за счет проектирования «публичных пространств»

Практически каждый участник брейнсторминга упомянул о необходимости создания дружественной городской среды — очевидно, что это актуальная тема, однако конкретики у отечественных экспертов было довольно мало.

Работая над текстом «Живущие вместе» («РР» № 3 от 26 января 2012 года), мы пришли к пониманию, что соседские сообщества в России крайне неразвиты и эмоционально ассоциированы со стукаческим советским прошлым.

Тем не менее Роджер Бейли предлагает решать проблему отчужденности примерно теми же средствами, какие он и его сподвижники применили в Ванкувере. А именно за счет создания соседских пространств, располагающих к совместному досугу. Это могут быть крыши домов, оборудованные под грядки для цветов и морковки, внутренние дворики с беседками для совместных посиделок и бассейнами, досуговые центры.

Смысл идеи

Психологический комфорт жителей, решение проблемы досуга, борьба с ксенофобией.

Реализуемость идеи

Возможно.

Главный «затык»

Психологический, административный — отсутствие местного самоуправления (см. идею № 1). 

Возможные решения проблем Московской агломерации

У партнеров

    «Русский репортер»
    №8 (237) 1 марта 2012
    Честные выборы
    Содержание:
    Реклама