История без миллиона

Сцена
Москва, 28.06.2012
«Русский репортер» №25 (254)

— В России нет своего кинематографического рынка, мы являемся евроазиатским филиалом голливудского рынка, — сетовал в интервью «РР» продюсер Дмитрий Куликов. Из такой позиции логически должны следовать меры по защите внутреннего рынка и поддержке своей культуры, примерно такие, какие действовали и отчасти продолжают действовать во Франции.

Но хотя, вероятно, это и имеет смысл, на самом голливудском рынке дело идет к краху. Голливуд стал жертвой той же глобализации, что и те национальные кинематографы, которые он победил. На фоне пузыря растущих бюджетов окупаются только редкие удачные блокбастеры, а их в год появляются единицы. Сама же голливудская индустрия в подавляющем большинстве случаев работает в убыток, как и почти все иное национальное кино. А в самих блокбастерах уже почти нет ничего специфически американского — только совершенное до гениальности развлечение, которое даже более привлекательно своим мифом-сказкой в трущобах Рио, Мумбаи или Москвы, чем в самих США.

Однако было бы глупым снобизмом утверждать, что это — деградация кино. Напротив, это в некотором роде возвращение к истокам жанра, к балагану на базарной площади. Даже если пузырь лопнет, а бюджеты сдуются, сама ниша останется. Блокбастеры любят все, даже те, кто презрительно называет их киношным фастфудом, «легкоусвояемым дополнением к попкорну». На этом рынке-базаре вполне можно весело играть, как это делают Бекмамбетов, вставляя в своего комиксообразного «Линкольна» Раскольникова с топором, или авторы наших отечественных комедий, — почему бы не посмеяться?

Но на этом рынке-базаре точно нельзя сделать две вещи. Во-первых, вместе с попкорном продавать национальную идеологию, даже если она упакована в «похожую на голливудскую» упаковку. Во-вторых, вместе с попкорном продавать фестивальное «кино не для всех», даже если оно получается вполне понятным. Ни то ни другое не вмещается в глобальный жанр и не конкурентно по бюджету.

Прогрессивная кинематографическая общественность ругает государство, лично Путина и даже почему-то Русскую православную церковь — за то, что деньги на кино тратятся неправильно, что дают их самым большим продюсерским компаниям и «на патриотизм», а не «на искусство». Но это не совсем верно. Минкульт всегда выдавал какие-то деньги на фестивальное кино, в том числе и вполне «антисоветское». Проблема в том, что тратить много денег на вещи, которые все равно никто не увидит, не менее странно, чем принудительно и с господдержкой демонстрировать фильмы, снятые не для зрителей, а для узкого круга критиков.

Между «патриотизмом» и «искусством» нет идейного противоречия в том случае, если это означает всего лишь хорошо рассказанную киноисторию по-русски — для нас и про нас. Даже несмотря на разрушение «большого нарратива», «клиповое сознание», спрос на легкий, но дорогой аттракцион, у человека, пока он остается человеком, останется и потребность слушать и рассказывать истории. Когда мы начинали делать «Русский репортер», нам тоже все говорили, что нельзя публиковать такие большие тексты — современному человеку, мол, нужны маленькие заметочки-клипы. Но именно пойдя «против тренда», мы выиграли, сделав популярный журнал. Клипы клипами, но и прочитать хорошо рассказанную историю нормальному человеку тоже иногда хочется.

То, что мировое кино, несмотря на почти полную победу блокбастеров-сказок, осознало свою тоску по простой человеческой истории, очевидно. «Артист», получивший «Оскара» в этом году, имел потрясающий прокат во Франции и вполне приличный по всему миру. Это очень французское кино, но не про «патриотизм» и не про Францию. Это и очень американское кино, но не фастфуд. Это очень умное кино, но для зрителя, для всех. Так бывает.

Российскому кино пора перестать быть вторичным, мучительно переживая свой постоянный кризис. То есть не пытаться все время сделать американский блокбастер или выиграть на фестивале, смиряясь с отсутствием зрителя. Настоящее патриотическое кино, оно же искусство, — это просто хорошо рассказанная история по-русски, которую не стыдно показать ни по «Первому каналу», ни в Каннах, ни в тусовочном киноклубе, ни на переносном экране в деревне. Это и должен быть единственный критерий для защиты своего рынка.

Минус: пока мало способов дойти до зрителя. (Может быть, спонсировать надо не столько создание чего-то, сколько рекламу, прокат и телепоказ уже удавшихся фильмов, то есть связку между автором и зрителем?) Плюс: рассказывать киноистории становится технически все проще и дешевле, даже проще и дешевле, чем в фильме «Перемотка» (там герои уморительно переснимали на коленке разные блокбастеры). По мере пресыщения «глобальными сказками» в дополнение к спросу на развлечения в торговых центрах будет возникать и массовый спрос на кино про нашу жизнь.

Это обязательно произойдет. Уже происходит.

У партнеров

    Реклама