Мир любит войну

Актуально
Москва, 21.02.2013
«Русский репортер» №7 (285)
World Press Photo — один из самых престижных международных конкурсов фотожурналистики. Его лауреатами не раз становились наши фотографы, а снимки, представленные в разных номинациях, дают впечатляющую картину современного мира. Впрочем, по мнению лауреата WPPh-1991 Виктории Ивлевой, это картина не столько того мира, в котором мы реально живем, сколько того, в котором мы жить боимся

Фото: Paul Hansen/Dagens Nyheter

— Невероятных прорывов я не увидела. Хотя, конечно, снимок, который стал пресс-фотографией года, очень экспрессивный. Вид совершенно апокалиптический. Цвет очень соответствует внутреннему настрою: близко к монохрому, фотография как остекленевшая. Такое ощущение, что дети в каких-то стеклянных гробах лежат, хотя я знаю, что они в саванах. Почти каждый год побеждают картинки с какими-то ужасами, и все они, к сожалению, друг на друга похожи. А здесь из-за уходящей вдаль композиции и исключительного переднего плана фотография незабываемая.

Если говорить об общих итогах конкурса, я опять вижу ужасы и убийства. Но зачастую фотографии — если ты не видишь подписи — ничего собой не представляют. Об этом бесконечно говорят, и все-таки эта ситуация каждый год повторяется. Ведь это World Press Photo, а не World Press Подпись! 

Больше всего мне нравится фотография Little Surviver («Маленький выживший». — «РР»), которая взяла первый приз в номинации «Портреты»: здесь не нужно ничего объяснять, я вижу страдающего ребенка, вижу трагедию. Здесь нет констатации факта, а есть глубина проникновения. Дальше из подписи мы узнаем детали: у родителей были финансовые проблемы, и они выпрыгнули из окна вместе с ребенком, ребенок выжил.

В остальном же чаще побеждает просто констатация — как, например, в серии портретов черных людей с разными уродствами на лице. Вроде как для искусства нет ничего запретного, но мне кажется, какая-то грань переходится. Люди, которые смотрят на тех, кто перешел эту грань, часто боятся, что, если они скажут: «Знаешь, братец, ты зашел туда, куда заходить не нужно», им ответят: «Вы отстали от жизни, вы идиоты». Возможно, во мне сидит ханжа. Но мне кажется, тут не хватает какого-то нравственного смысла.

России в конкурсе почти нет: мы победили только в «Спорте». Если говорить о том, что WPPh отражает мировой интерес, то видно, что мир интересуют сюжеты про уродства, про несчастья, про военные конфликты, про замученных женщин. Я без скепсиса это говорю — сейчас большая волна идет на тему прав женщин в разных странах. А Россия никого не интересует. Мы не интересуем ту жизнь, а та жизнь не интересует нас: я не знаю наших фотографов, которые снимали бы в Иране, Афганистане, Африке. У меня ощущение, что жизнь, которую отражает WPPh, существует отдельно от нас. 

У партнеров

    Реклама