Всеобщий папа

Спорт
Москва, 30.05.2013
«Русский репортер» №21 (299)
Училище олимпийского резерва им. А. Я. Гомельского — детище Александра Гомельского, сына знаменитого баскетбольного тренера, — не похоже на другие. Юные баскетболистки из этой школы не раз становились чемпионками России, а недавно добились очередной триумфальной победы — выиграли в Восточно-Европейской баскетболь­ной лиге. В чем секрет этого чуда?

Фото: Валерий Наседкин/PhotoXPress

Успехи или неудачи российских олимпийцев принято считать заслугой их нынешних тренеров. На самом деле история побед в спорте высших достижений гораздо сложнее. Сборные команды — это лишь верхушка айсберга, в основании которого лежит система спортивного воспитания в многочисленных детско-юношеских школах.

Но разбросанные по всей России школы олимпийского резерва часто находятся в удручающе запущенном состоянии. Отсутствие профессиональных тренеров, маленькие зарплаты, обветшавшие залы, нехватка медикаментов и просто денег — именно это снижает результаты россиян на рейтинговых соревнованиях.

Училище им. А. Я. Гомельского — одно из счастливых исключений. Всего за 6 лет существования УОР его юные баскетболистки пять раз становились победителями первенств России, обладателями Кубка европейских чемпионов, обладателями кубка Гомельского, неоднократными чемпионами Москвы. Именно в эту школу отдала своих детей олимпийская чемпионка по баскетболу Елена Баранова. Сан Саныч Гомельский создал здесь особую атмосферу. Большой опыт в бизнесе помог ему стать одним из лучших спортивных менеджеров страны.

Что самое главное в работе с детьми? И как можно предугадать, вырастет ли из девочки чемпионка?

Самое важное — то, что у нас в стране не умеют и не понимают, — это необходимость привить вкус победы. Людей нужно делать чемпионами с самого начала. Если в детстве ее не научили, как выигрывать в самых экстремальных ситуациях, она в 20 лет не станет чемпионкой. У нее этого нет, она тряпка. Людей надо к этому готовить. У нас тренировочный процесс более экстремальный. Против нас часто судят, мы постоянно играем впятером против семи. Но наши девочки привыкли: бьют — все равно забей. Это самое главное, что сейчас, в этом возрасте, можно сделать. Не будет этого — ничего не получится.

Вы поэтому пригласили в свою школу профессиональных тренеров из Сербии? Мы все уже привыкли, что российские профессиональные клубы готовят в основном иностранные специалисты. Но теперь иностранные тренеры начали появляться и в детских спортивных школах. Чем же так хороши сербы? Они реально лучше наших?

Я приглашаю их за свои деньги, потому что хочу выигрывать, хочу растить спортсменов. Я перепробовал порядка десяти российских тренеров: принимал — выгонял. Когда развалилась Югославия, они, в отличие от России, сохранили свою тренерскую школу. Это не как у нас при РГУФК: «курсы повышения квалификации» как курсы кройки и шитья. Там, даже если ты дурак и четыре года просто сидел, конспектировал и проводил практические занятия, то ты будешь тренером как минимум на троечку. Если бы я не был уверен, что нанятые на работу к нам иностранцы отличаются от имевшихся в то время в нашем распоряжении россиян, то никогда бы не пригласил сербов.

 В России хватает хороших детских тренеров. Разница лишь в том, что, когда мы приглашаем иностранца, мы, да и он сам, понимаем, что это делается для достижения результатов. Не будет результатов — не будет и рабочего места. С российскими по-другому.

На нашем собственном опыте могу с уверенностью сказать, что, к сожалению, реальной оценки качества своих знаний и самокритики у наших на порядок меньше, да и трудовое законодательство наши все отлично выучили. Нельзя уволить тренера детской спортшколы за поражения его команды. Незаконно. Отсюда часто и отношение к своим обязанностям.

Неужели сербы всерьез готовы растить будущих соперников своей сборной?

Будут и уже готовят. Они же не навсегда приехали в Россию, а жизнь не заканчивается сегодняшним днем. И дальнейшая карьера любого из них зависит от того, что он умеет показать сегодня. Ведь за красивые глаза никто работу не предложит.

Легко ли вам с таким подходом находить общий язык с коллегами по цеху?

Не могу сказать, чтобы меня любили. Но мне уже некуда деваться: я пригласил огромное количество людей, они выигрывают, надеются на меня, все от меня зависят. Меня отсюда или выгонят за мой характер, или вперед ногами вынесут. Другого пути нет.

 Мои менеджерские навыки складывались в течение жизни. Я жил в США, где начинал свой бизнес с нуля. Не пройдя эту школу, не было бы смысла заниматься менеджментом. Потом, у меня был стимул: чтобы в баскетболе по-прежнему звучала фамилия Гомельский. Мой папа — единственный человек, которому я обязан в жизни, кроме самого себя.

Это был действительно «всеобщий папа», который помог огромному количеству людей устроиться в жизни. Это и спортсмены, и семья, все зависели от него. Я всегда его сравнивал с вожаком. Знаете, в стае горилл есть всегда вождь «серебряная спина», который всех защитит, но никого вперед себя не пустит. Так оно и было.

В молодости я никогда не занимался баскетболом, потому что знал, что никогда не буду первым. Этот человек всегда будет тянуть на себя одеяло, и он это заслужил, вопросов нет. А кода он умер, я, как нормальный сын, не только памятник поставил на Ваганьковском кладбище, но и организовал турнир памяти Гомельского в ЦСКА: пришел к Лужкову, уговорил выделить средства.

Вы долго жили в Америке. Можете объяснить, почему в России не получается повторить их систему подготовки в детско-юношеском спорте?

В США студенческий баскетбол — это кузница кадров для профессионального баскетбола. Там нет детских спортивных школ, нет СДЮШОРов. У них все начинается со школьного спорта. Моя дочь заканчивала Brunswick High School. Они каждый день занимались спортом по часу. Там было две тысячи учеников, несколько видов спорта. При школе был бассейн, стадион для американского футбола, зал с двумя полноценными баскетбольными паркетами — лучше, чем у меня здесь. А на две тысячи старшеклассников всегда находятся несколько человек, которые хотят заниматься баскетболом. У них команда, они играют сначала на первенство графства, потом — штата, потом — Америки.

Число людей, которые в США занимаются баскетболом, включая профессионалов, студентов и школьников, приближается к 20 миллионам. У нас это невозможно. У нас студенты-спортсмены — это те, кто из детской спортивной школы никуда не попал, но не хотят пиво пить, а хотят побегать, попотеть. Пользы от них для большого спорта нет. Сколько бы они ни пытались это делать, ничего не будет. Представляете, сколько раз еще при Александре Яковлевиче пытались сделать студенческий баскетбол? Но так ничего и не получилось, и никогда не получится.

Тогда что нам остается?

Работать с тем, что есть. Я неоднократно говорил, что во времена СССР, когда наш женский баскетбол был лучшим в мире, в стране было несколько спортивных интернатов в разных регионах, и это были источники пополнения сборных команд, активно конкурирующие между собой. К сожалению, эта отлаженная система прекратила свое существование, и финансирование в регионах сегодня намного хуже, чем в Москве.

У меня есть мечта: чтобы наша олимпийская сборная наконец обыграла Америку. И эта будущая победа зависит от того, сколько и какого качества мы сейчас вырастим молодых игроков, способных не бояться и сражаться с американками на равных. Чтобы побеждать, нельзя принимать за удачное выступление вторые, третьи и другие места. Меня отец приучил к максимализму во всем. Для него существовало только одно приемлемое место — первое! А все, что ниже, уже неудача.

Новости партнеров

Реклама