Шары для джентльменов

20 июня 2013, 00:00

800 часов трансляций, только лузы и цветные шары — в этом году снукер обогнал теннис и захватил лидирующие позиции на телеканале Eurosport. Обычно, прежде чем какой-то вид спорта начнут показывать по телевизору, он должен стать популярным, обзавестись своими звездами и болельщиками. В случае со снукером все получилось наоборот. Если бы канал не начал крутить трансляции из Британии, в России до сих пор мало кто знал бы об этой разновидности бильярда

Фото: Warren Little/Getty Images/Fotobank

— Сойдемся, как О’Салливан с Картером! — перекидываются шутливыми репликами любители снукера в одном из московских бильярдных клубов. Игра идет под телетрансляцию профессионального матча из английского Шеффилда. В ожидании своей очереди помериться не только умением управлять битком, но и аналитическим умом участники российского турнира болеют за любимых игроков и пытаются им подражать: по-джентльменски извиняются друг перед другом за промахи, испортившие ситуацию на столе, спокойно и вежливо реагируют на неожиданные победы. На фоне играющих в том же клубе любителей пула и русского бильярда снукеристы выглядят как шахматисты — они молчаливы и собранны.

Игроки в русский бильярд и снукеристы вообще не всегда понимают друг друга: сказывается разница в стилях мышления, востребованных той и другой игрой.

— Мы все росли на русском бильярде и, когда впервые увидели снукер, подумали, что это какая-то несолидная игра. Шары маленькие, как горошины, лузы большие — забить несложно, — говорит комментатор телеканала Eurosport Владимир Синицын. — И только когда попробовали поиграть, поняли, как тяжело этими шарами управлять и что забить в лузу — далеко не главное. Главное — поставить сопернику задачу и решить ту, которую предлагает тебе он. Это борьба интеллектов.

— Если снукер — это шахматы, то русский бильярд — это шашки, — считает директор направления «Снукер» Федерации бильярдного спорта России Сергей Рябинин. — Известный русский бильярдист Юрий Соснин, который показал мне, что такое снукер, говорил, что вообще не хочет играть в русский бильярд, ему просто стало неинтересно.

Сергей Рябинин приехал в Москву из Тюмени. Именно этот город сейчас считается неофициальной столицей российского снукера. В ближайшее время должен быть решен вопрос о проведении в Тюмени крупного рейтингового чемпионата по снукеру. В случае одобрения заявки в марте 2014 года к нам приедут 32 звезды мирового снукера. Однако участие российских спортсменов в этом чемпионате вряд ли возможно: попробовать свои силы в игре им пока практически негде. Даже в Москве подходящие столы можно найти от силы в пятнадцати клубах. Несколько лучше обстоят дела в Петербурге.

Профессионального снукера в России нет и, очевидно, еще долго не будет. Его развитию не в последнюю очередь мешает существование русского бильярда.

— Думаю, было бы проще приехать куда-нибудь в Венгрию, где нет национального бильярда, и развивать снукер там, чем делать что-то в этом направлении у нас, — говорит Сергей Рябинин. — В России деньги выделяются только на русский бильярд.

И все-таки перспективы у снукера в нашей стране есть: даже при почти нулевом финансировании россиянам удалось добиться неплохих результатов на международных любительских соревнованиях. В первый же год существования направления «Снукер» в Федерации бильярдного спорта России две российские спортсменки — Анна Мажирина и Ольга Журавлева — стали серебряными призерами чемпионата мира среди непрофессионалов. Обе до этого успешно играли в русский бильярд.

Правда, с чемпионами спорить нам пока рано. Даже у переучившихся профессиональных «пулистов» и «русистов» серьезных спортивных достижений в снукере пока нет. На официальных турнирах никому из наших игроков до сих пор не удалось сделать непрерывную серию попаданий в лузу на 100 очков — так называемый сенчури-брейк. Максимальные отечественные серии не превышают 90 очков.

— Переучивание не выход, и у нас это наконец-то начали понимать, — говорит Владимир Синицын. — Здесь все как в любом профессиональном спорте: надо начинать в 6–7 лет, заниматься по правильным методикам под руководством грамотных тренеров, и лет через десять можно добиться каких-то результатов. Сложно представить гимнаста, который начал заниматься в 15 лет, а в 17 стал чемпионом Европы. Так и в снукере. А навыки игры в другие вида бильярда не выручают. В снукере иные движения, иная стойка, но что самое главное — совсем иное мышление.

Танцуем от менталитета

— Пул — это воплощение американской мечты: игра с жесткой конкуренцией при равенстве возможностей и благоприятных в целом условиях — шары небольшие, лузы немаленькие. В русском бильярде соперники поставлены в неудобные условия: лузы узкие, шары огромные. Главное — это хорошенько ударить и забить, а удовольствие от удачного удара почти физическое, ведь ты переборол эти тяжелые условия и доказал, что ты — мужик. Снукер — игра джентльменская. Каждый игрок преследует свои интересы, но соперники уважают друг друга. Вся соль в том, как игрок выйдет из неудобного положения, как он отреагирует на задачу, поставленную соперником. Координатор московского клуба любителей снукера Moscow Snooker Club Антон Бармин прав, когда говорит, что между видом бильярда и национальным характером жителей той страны, где он наиболее популярен, есть взаимосвязь. Русские снукеристы не всегда ведут себя так, как того требует культура джентльменской игры. На одном из любительских чемпионатов Европы у нашего игрока упал в лузу случайный шар. Он очень громко радовался этому, хотя очко и не было его заслугой. Организаторы турнира смотрели на него как на дикаря, — рассказывает Владимир Синицын.

В России уже появились первые школы снукера, где культуре и технике юных спортсменов обучают профессиональные тренеры, прошедшие курсы в Великобритании. Но по всей стране в таких школах пока занимаются не больше тридцати детей. Для сравнения: на родине снукера их тридцать тысяч. В некоторых британских школах дети тренируются с трех лет — за специальными столами без ножек.

Сергей Рябинин считает, что в России профессиональный снукер раньше чем лет через десять не появится. Сейчас на развитие этого вида спорта выделяется около 10% бюджета Федерации бильярдного спорта России. Для реализации рассчитанного на пять лет плана подготовки профессиональных спортсменов этих денег недостаточно. Чтобы у нас появился по-настоящему сильный игрок, необходимо отправлять спортсменов на обучение в Великобританию, считает Антон Бармин. Однако не исключен и вариант создания тренерской базы в пределах государственных границ.

— После Универсиады в Казани и Олимпиады в Сочи останутся спортивные объекты, которые можно и нужно будет использовать. А местные власти проявляют интерес к снукеру, — говорит Владимир Синицын.

Приток материальных средств со стороны государства возможен и в случае, если снукер когда-нибудь получит статус олимпийского спорта.

— Борьба за это идет уже 20 лет, — поясняет Синицын. — У снукера очень хорошая заявка в Олимпийский комитет. Этот вид спорта предельно демократичен: в него могут играть люди разного возраста, разной комплекции, даже люди с дефектами зрения или слуха. Он распространен примерно в 90 странах мира и очень популярен. Игра профессионалов захватывает не меньше, чем хороший кинофильм: в ней есть место и юмору, и настоящей драме.