От сортира до библиотеки

Григорий Тарасевич
24 октября 2013, 00:00

«Русский репортер» завершил проект «Минск-24», над которым работал вместе с Институтом журналистки Белорусского государственного университета. 24 часа мы передавали новости о том, как живет столица Белоруссии. Героями наших заметок становились не только медийные персоны, но и самые обычные граждане. Результаты нашей работы можно увидеть на сайте 24.rusrep.ru

Фото: Никита Зимин

«А слабо “Русскому репортеру” показать 24 часа реальной жизни Минска? С бомжами, пенсионерами, собирающими бутылки по помойкам, учителями и врачами?..»

«Это все по заказу лысого, сто процентов (имеется в виду президент Республики Беларусь Александр Лукашенко. — “РР”). Ему рейтинг в России понадобился…»

Так реагировали на наш проект некоторые представители белорусской общественности. Как обычно, нас заподозрили в том, что мы продались властям, оппозиции, белорусским националистам и русским империалистам. Кажется, мы обманули сразу все ожидания.

Формат тотальной журналистики подразумевает, что в течение суток транслируются новости из самых разных точек города. И в этом потоке равны: академики и бомжи, оппозиционеры и модельеры, врачи и милиционеры. Кто-то скажет: мелко плаваете. Мол, зачем писать, о чем думает дворник? Но ведь он имеет такое же право на мнение, как президент или активист оппозиции.

Впервые мы опробовали формат «24» в Новосибирске (ноябрь 2011 года), второй раз это произошло в Казани, следующий — в Екатеринбурге, потом был «Нано-24» в 18 городах России и последний в Уфе. Сейчас Минск.

Над проектом работали почти 200 молодых журналистов-добровольцев. Часть из них приехала из различных городов России (от Калининграда до Владивостока в прямом смысле слова).  Другие — наши белорусские коллеги, в основном студенты журфака. Честно говоря, разобраться, кто местный, а кто приезжий,  было практически нереально. Уж больно мы похожи и внешне, и по языку, и менталитетом.

Мы люди честные и не станем говорить, будто поняли, что происходит в этой стране. Авторитарный режим Лукашенко? Вроде бы есть. Европейская страна? Кажется, да. Социальное государство? Отчасти. Реинкарнация СССР? Скорее нет, чем да.