Удар по воротам

Актуально
Москва, 20.03.2014
«Русский репортер» №11 (339)
На прошлой неделе во владимирские Золотые ворота, архитектурный шедевр ХII века, врезался очередной лихач-водитель. Это спровоцировало общегородскую дискуссию, в ходе которой выяснилось, что к шедевру у жителей масса претензий. Дошло до коллективных требований переставить Золотые ворота в другое место. Корреспондент «РР» отправился во Владимиро-Суздальскую Русь, чтобы узнать, за что можно так невзлюбить свое культурное достояние

Фото: Светлана Боброва/ИТАР-ТАСС

Пятница, вечер, час пик. Сердце исторического Владимира, площадь вокруг Золотых ворот, оккупировала нереально вежливая пробка. Она как разновекторный муравейник. Из двух автобусов высыпали туристы и облепили смотровую площадку, Музей хрусталя, площадь и сами ворота. В третий автобус туристы садятся. Между ними, огибая ворота справа и слева, в противоположных направлениях по-корно плетутся потоки машин. Тормозят по первому порыву пешеходов. Идиллия.

— Однажды, увидев это, тогдашний мэр Москвы Лужков возмутился: «Я бы в столице такого не допустил. Город не музей». — Мы со Светланой Мельниковой, генеральным директором Владимиро-Суздальского музея-заповедника, пробираемся к арке Золотых ворот как раз через те самые потоки смиренных машин. — А я парировала: «Так у нас тут и не Москва. Мы живем историей и культурным туризмом».

У логичных рассуждений Мельниковой зримый изъян. Мы встали как раз напротив него. Угол белокаменных ворот справа от арки заметно выделяется свежепокрашенной белизной — это сюда вчера врезалась пришедшая в негодность иномарка 22-летнего Андрея Сазонова.

— Я ехал мимо, — рассказывает свидетель Илья Речкин, — смотрю: «Хендай» носом врубился в ворота. Из машины с матерком вывалили девчонки-подростки. Стоят под подсветкой, курят. «Ржу-нимагу!» — орут. Видят, что на них смотрят. Дурдом, а им по кайфу.

От удара из ворот вылетели пара-тройка кирпичей кладки ХII века, задеты дубовая дверь и металлические крюки, но они устояли. Музей-заповедник ущерб от аварии оценил в десять тысяч рублей. Реставраторы за ночь вернули воротам прежний вид.

— Судиться? — на вопрос, будет ли музей подавать иск в суд, Светлана Мельникова реагирует снисходительно. — Так мы ведь как живем, так и ездим. Все со всеми договариваются. Как сегодня говорят, в досудебном порядке. Я, конечно, подготовила иск. Но что такое десять тысяч рублей? На судебные издержки больше уйдет. У нас только адвокатские услуги обходятся минимум в восемь тысяч. А такие дела, как правило, к середине процесса разваливаются.

Светлана знает, о чем говорит. Чуть больше полугода назад 17-летний пьяный Владислав Разумков на родительском внедорожнике тоже в компании девушек «пометил» Золотые ворота — на спор пронесся сквозь арку памятника. Пострадал не только памятник архитектуры, но и простой смертный.

— Меня на моей машине этот внедорожник чуть ли не в стену вмуровал, — вспоминает таксист Фарасад Исмаилов. — Я два месяца пролежал в больнице. Селезенку отрезали, почка справа отказала. Нужна операция.

Тем не менее дело, как признает Дмитрий Докторов, заместитель прокурора города Владимира, разваливается. Точнее, Разумков наказан годом и шестью месяцами лишения сво-боды условно. А уж какие договоренности будут достигнуты между виновным и потерпевшим, как говорится, «останется за рамками следствия». Но то, что Исмаилов уже отказался подписывать иск о причинении вреда историческому памятнику, красноречиво говорит о том, что договоренности все-таки достигнуты.

— «Кто ж его посадит? Это ж памятник!» Припоминаете? — с грустью цитирует «Джентльменов удачи» Светлана Мельникова. — Это про нас сегодняшних. Пострадавших от аварий лечить надо, им надо возмещать ущерб. Но наши люди не хотят понимать, что памятники тоже болеют. И еще неизвестно, что их больше ранит и изнашивает: время или вот такое людское к ним равнодушие?

Светлана придирчиво осматривает обновленную кладку, трогает руками. От иска Разумкову музей тоже отказался: сумма судебных издержек окажется больше материального ущерба, который легче возместить все из тех же музейных средств.

— Это уже далеко не первая наша заплатка. — Директор отходит в сторону и присматривается к качеству ремонта. — Ее и не видно, если не всматриваться. После первого дождя все сольется с кладкой. Не такое переживали.

Проноситься под аркой, где вообще-то проезд закрыт, не единственная местная традиция, связанная с памятником архитектуры. Есть еще молодожены. До недавнего времени им очень нравилось разбивать здесь бутылку шампанского — на счастье. Разумеется, разбивали о кладку арки. Вмятин накопилось столько, что реставраторы забили тревогу: белый пористый известняк стен начал крошиться. Музей через мэрию Владимира добился официального запрета на распитие шампанского у Золотых ворот.

— Совсем сдурели, что ли?! — возмутились местные обитатели социальных сетей. — Что, других проблем в городе нет, что ли? Наиважнейшая — ворота?!

Чуть позже автолюбители через Росавтодор пытались продвинуть идею переноса ворот в другое место, чтобы «разгрузить федеральную трассу и избавить Владимир от регулярных пробок».

— Да эти ворота вообще давно пора разобрать на кирпичи, — считает водитель с пятилетним стажем 24-летний Александр Половинкин. — Тогда будет прямое движение. И аварий на развороте будет меньше, и ездить станет удобнее.

По данным социологических замеров мэрии Владимира, идею переноса Золотых ворот чуть в сторону от дороги разделяют до трети горожан, как правило, от 16 до 27 лет.

— Поколение пепси, — разводит руками Александр Бологов, автор компромиссного предложения закрыть Золотые ворота от лихачей и аварий створами.

Бологов в своем микроблоге выложил набросок того, как может выглядеть памятник, если на него повесить решетку золотых створок. Сначала над ним иронизировали как над интернет-скоморохом. Потом завязалась дискуссия: когда-то ворота были настоящими, а не декоративными, значит, у них были закрывающиеся створы? Как они закрывались и в каком месте рядом с ними стояла пушка, по старинным чертежам и архивным материалам придумал и частично восстановил другой художник — Андрей Андреев.

— Проект с «воротинами в воротах» смотрела губернатор Владимирской области Светлана Орлова, — говорит Андреев. — Она им загорелась, хочет вынести вопрос на обсуждение сначала экспертов, чтобы оценить выгоду от туристического аттракциона с закрывающимися и открывающимися воротами, а потом на городской референдум.

Светлана Мельникова о проектах художников знает, но относится к ним скептически.

— Смотрите, — показывает она на две ленты объездных дорог вокруг Золотых ворот, — если их оградить створами, дорога станет еще уже и аварийнее. Если створы воткнуть внутрь арки, это тоже спорное решение. С XIV века ворота стоят открытыми. Никто не знает, как и чем они затворялись. Зачем додумывать и закрывать арку, которая открывает вид на город? И потом, если возвращать «все как было», то, например, церкви Покрова на Нерли надо надеть шлем. Снять купол и надеть шлем. Так было раньше. Кому это надо?

Мы поднимаемся на смотровую площадку возле Золотых ворот. Солнце слепит, отраженное куполами городских храмов.

— Не надо изобретать велосипед. — Светлана, будто в первый раз, любуется видом холмистого Владимира. — Думаю, Золотые ворота вот так, через аварии, стучатся к нашей исторической памяти. Вокруг таких архитектурных сокровищ во всем мире создают пешеходные зоны. Я думаю, Золотые ворота молча просят о том же…

Новости партнеров

«Русский репортер»
№11 (339) 20 марта 2014
Украина
Содержание:
Крым. Точка. RU

Еще недавно херсонский поселок Красный Чабан был плодоносной землей — землей дынь, арбузов и мирного репчатого лука. Нынче же здесь в моде хаки и калашниковы. А легендарные Турецкий вал и Перекоп поблизости, вчера соединявшие полуостров Крым с континентальной Украиной, сегодня возвращаются к своему первоначальному смыслу — отторжения, баррикады, стены. Новой Берлинской, Украинской, Крымской. Отсюда до позиций российских войск на крымской стороне один выстрел из снайперской винтовки, говорят местные жители. В их обиход уже вошла такая мера длины, как прицельная дальность стрелкового оружия

Реклама