Апокалипсис позавчера

Актуально
Москва, 15.05.2014
«Русский репортер» №18 (346)
В конкурсе «Евровидение» победил австриец Томас Нойвирт, выступающий под сценическим псевдонимом Кончита Вурст. В российских медиа его персонаж окрестили «бородатой женщиной». Для одних его победа стала символом «загнивания Запада», для других — лакмусовой бумажкой для выявления агрессивных поборников традиционных гендерных ролей. Участницы от России, сестры Толмачевы, заняли седьмое место

Фото: Jonathan Nackstrand /AFP/East News

«Победил мужик с бородой при макияже». «Жаль, что мы разрешили защищать им какие-то там свои права. Нет у них прав! Они больные». «Он все-таки драг-квин, а не трансгендер и не транссексуал». «Показуха! В Австрии трансфобия все еще остается большой проблемой».

Впервые реакция на «Евровидении» стала более ярким шоу, чем сам конкурс. Его обсуждение в студии телеканала «Россия 1» напоминало русскую свадьбу, где вместо «Горько!» кричат «Россия!». При этом шпильки по поводу «бородатой Европы» здесь отпускались так же часто, как похвалы сестрам Маше и Насте Толмачевым, олицетворяющим свет и чистоту. Фразы в духе «Европа пусть остается со своей бородой, символом обреченности, апокалипсиса и одиночества» произносились раз в полминуты. На следующий день после конкурса интернет был переполнен статусами тщательно побрившихся мужчин и анекдотами типа: «Сбрей ты уже бороду, а то ходишь как баба».

При этом никто как будто не заметил, что даже российские телезрители дали Кончите Вурст высокую оценку: по результатам телеголосования она на третьем месте. Еще одним важным итогом «Евровидения-2014» стало то, что многие люди впервые разобрались, чем трансгендеры и транссексуалы отличаются от драг-артистов. Кончита Вурст — как раз драг-квин, то есть мужчина, который переодевается в женщину с целью развлечь публику (при этом в жизни его идентичность остается мужской). В этом отношении Томас Нойвирт — коллега Верки Сердючки, «Новых русских бабок» и всех участников группы Queen в клипе I Want to Break Free. Этим же он отличается от Даны Интернешнл, которая победила в «Евровидении» от Израиля в 1997 году: она как раз транссексуал — человек, изменивший пол.

Само по себе переодевание мужчины в женщину для поп-музыки не новость. Но Кончита Вурст отличается от всех остальных тем, что не является комическим артистом и носит бороду не как мужской, а как женский аксессуар. Ее густая, мягкая и шелковистая щетина подчеркивает женственную остроту подбородка. «Да встало у них на Вурст, вот они и испугались», — комментируют люди в интернете. Подобные комментарии близки к истине, потому что импульс посмеяться над Кончитой Вурст сталкивается с пониманием, что она действительно красива. Причем красива в образе, выходящем за рамки гендерной бинарности, то есть не как женщина и не как мужчина.

Но стоит ли пугаться этого хранителям гендерных норм? Фредди Меркьюри снимался в драг-клипах еще в середине 1980-х, однако воз и ныне там: много ли на улице усатых женщин и накрашенных мужчин? Зато одна из самых популярных процедур у любого косметолога — эпиляция усов у женщин, а мужчин, которые не экономят на парикмахере, надо еще поискать. Традиционные ценности и унификация не собираются сдавать позиции. И символом этого на нынешнем «Евровидении» как раз и стали сестры Толмачевы. «Скажите, чем они отличаются друг от друга? Как определить, Настя это или Маша?» — спросили в телеэфире бабушку близнецов. «Чем они отличаются? В принципе, ничем. Они совершенно одинаковые!» — ответила бабушка.

Быть одинаковыми и ничем не выделяться уже давно стало главным принципом «Евровидения». В этом году было особенно заметно, что фестиваль превратился в какое-то шоу повторений. Французы почти один в один бесстыдно скопировали хит бельгийского артиста Stromae; швейцарец попытался повторить успех победителя «Евровидения-2009» Александра Рыбака, выступая со скрипкой и в жилетке. В музыкальном отношении вся пятерка победителей — это вторичные номера с использованием заезженных приемов соблазнения публики: от кантри (Голландия, второе место) до дабстепа (Армения, четвертое место). Относительную свежесть темы можно отметить только у венгерского артиста Каллай-Сондерса, который в своей песне поднял тему домашнего насилия над детьми (пятое место). Но и эту композицию невозможно отличить от множества других, представленных на конкурсе.

И самое главное: ничто не изменит эту ситуацию вечного поп-клонирования. Ни красивая женщина с бородой, ни семнадцатилетние сестры Толмачевы не остановят поток «обреченности, апокалипсиса и одиночества», каким является поп-культура формата «Евровидения». Вопрос, зачем вообще нужен этот формат, в очередной раз отложен на неопределенный срок.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №18 (346) 15 мая 2014
    Украина
    Содержание:
    Фотография
    Вехи
    Реклама