Фильмы

28 августа 2014, 00:00

Зимняя спячка

Нури Бильге Джейлан

Мнение

Зимний сад

Когда-то Нури Бильге Джейлан, самый известный на Западе турецкий режиссер, признавался в любви к кино Тарковского — но при этом не скрывал иронии по отношению к монументальной русской духовности. Не осилив «Сталкера», герой его автобиографического «Отчуждения» переключался на порно.

Сейчас, заматерев, Джейлан не изменил своему интересу к русской культуре: его новый фильм, не так давно победивший в Каннах, — это посвящение Чехову, каким он видится читателям переводов Антона Павловича. Другие русские классики тоже присутствуют: например, в какой-то момент в камине начинают жечь пачки евро.

О чем, собственно, Чехов? Глупость сражается с безволием, а побеждает в этой войне пошлость, как-то так. Но Джейлан, загоняющий своих героев — а вместе с ними и зрителей — в ловушку тягучей безысходности, паралича воли, пустопорожних разговоров и эмоциональных заморозков, подменяет дурной вкус обычной скукой. Не страшной русской тоской, а именно скукой современного турецкого «помещика», находящегося в ссоре с родными, соседями, нищебродами-арендаторами, с самим собой, наконец.

Зимний анатолийский пейзаж, одновременно воздушный и хтонический, убаюкивает и расхолаживает. Три часа мелочного зудения — что может быть хуже? В российской кинокритике одно время был популярен такой финал: «И что с этим делать, непонятно».

Так вот, медленный каннский победитель — метафора этого «непонятно». Всю жизнь подкрадывавшийся ближе и ближе к своим встревоженным героям, примеряя роль то одного, то другого европейского режиссера, Джейлан словно уперся в бессмысленную пустоту человеческой натуры. И, ошарашенный, спустился прямо в зрительный зал со всем своим хирургическим инвентарем. Во времена постмодернизма был признан мертвым автор, сейчас автор снова жив, но, кажется, умер герой — и мы остались наедине с режиссером. Три часа во власти последователя Тарковского и Антониони — это штука пострашнее «Фауста» Сокурова.

Василий Корецкий, кинообозреватель «РР»

Женщина во дворе

Пьер Сальвадори

Что русскому смерть, то европейцу ромком: сюжет фильма Сальвадори несколько напоминает коммунальную трагедию Юрия Быкова «Дурак». Но трещина в несущей стене дома тут служит лишь поводом для приятного знакомства. В нашем случае сорокалетнего дяди со вторым подбородком и героини Катрин Денев, немного депрессивной старушки Матильды. Вместе им будет если не хорошо, то, во всяком случае, не так тревожно.

Избави нас от лукавого

Скотт Дерриксон

Очень серьезная и оттого довольно смешная история борьбы нью-йоркского полицейского с самим чертом, основанная на якобы реальных событиях. Для того чтобы разобраться с участившимися случаями одержимости, полицейский сержант Ральф Сарчи берет себе в напарники священника-кастильца. Вместе они будут изгонять зло из девочек, старушек, квартир, супружеских кроватей и десантника, подцепившего пару легионов демонов в Ираке.

Волки

Дэвид Хейтер

Пришел с тренировки, свалился как убитый, проснулся, а вокруг шерсть и трупы. Примерно так закончилось детство Кайдена, перспективного капитана футбольной команды, вдруг обнаружившего, что он вервольф. Вскочив на мотоцикл, Кайден едет куда глаза глядят и находит  убежище в городке Вольф-Крик, словно списанном с сериала «Настоящая кровь»: тут что ни забулдыга, то человек-волк. Правда поблизости ходят и люди-охотники.

Виктор

Филиппе Мартинес

Жерар Депардье (в роли французского гангстера Виктора) приезжает в Москву и ведет себя ну ровно так, как ведет себя Жерар Депарьдье: вкусно ест и сладко пьет, одиноко выходит на Красную площадь, заходит на балет в Большой, бузит. А все потому, что русские убили сына Виктора и теперь он готов не только строить коварные планы, разгуливая по Кремлю, но и доехать аж до Чечни.