Цифровая орда

Репортаж
Москва, 25.09.2014
«Русский репортер» №37 (365)
Последние десять лет тут и там, как грибы после дождя, в России появляются всевозможные технопарки и бизнес-инкубаторы, хай-тек-кластеры и акселераторы. Федеральные и местные чиновники щеголяют новомодной терминологией, уверяя в пришествии скорого инновационного будущего. А обыватель тем временем пожимает плечами: ну, подумаешь, очередной распил… Корреспондент «РР» побывал в самом успешном технопарке страны и разобрался, что творится в его прозрачных стенах

Фото: Даниил Ильченко

Оцифрованное бледно-зеленое хаки лесостепи и темные кляксы рек и озер… Довольно унылое зрелище. И только разноцветные «фишки», нанизанные на белые нити дорог, оживляют снимок территории Республики Татарстан из космоса. Мы сидим в колл-центре региональной системы экстренных служб «ГЛОНАСС + 112» перед огромной «плазмой». Руководитель департамента геоинформатики и мониторинга Георгий Цой увеличивает масштаб изображения. Курчавые облака проносятся за пределы экрана, нитки дорог превращаются в ленты. Георгий клацает мышкой на ползущий по ленте кружок и поясняет:

— Это школьный автобус. Днем и ночью в режиме реального времени его местоположение и скорость отслеживает спутниковая система. В тот момент, когда автобус нарушает маршрут или превышает максимально допустимые 60 км/ч, в кабине срабатывает специальное устройство со встроенной телефонией. По громкой связи раздается голос оператора службы «112» и начинается разъяснительная беседа: «Отчего да почему, снизьте скорость, пожалуйста». Возможна и обратная ситуация, когда водитель нажимает «тревожную кнопку» и моментально связывается с оператором. Три года назад к системе были подключены все школьные автобусы республики. Число аварий с тех пор снизилось с 28 до одного-двух случаев в год.

Пара щелчков по клавиатуре — и жилые кварталы Казани видны с высоты птичьего полета. Концентрация красных, синих, зеленых «фишек» на дорогах увеличивается.

— Мы видим передвижение бригад экстренных служб: МВД, Минздрав, МЧС, — продолжает Георгий. — Хроническая головная боль всех муниципалитетов мира — наладить эффективное межведомственное взаимодействие, дабы максимально быстро отреагировать на ЧС. Мы решаем эту задачу следующим образом.

На экран извергается поток чрезвычайных сообщений: «сердечный приступ, стало плохо, теряет сознание», «ДТП, разлив топлива, есть пострадавший», «семейная драка», «горит дом»… Каждый файл хранит детальные описания происшествия, координаты и данные ликвидаторов ЧС.

— Как видно, у нас никто не заполняет журнал вызовов от руки, теряя при этом уйму времени. Оператор службы «ГЛОНАСС + 112» один раз создает электронную карточку происшествия, понимает, какие ведомства необходимо задействовать, и рассылает им сообщение в один клик. А система подсказывает ближайшие к месту трагических событий бригады. Итог: ликвидация ЧС в Казани начинается в среднем на пять-семь минут раньше, нежели в других мегаполисах страны.

Еще много всего жизнеутверждающего может рассказать Георгий. Например, о том, как система осуществляет тотальный контроль за передвижением служебных авто чиновников, ведя пунктуальный расчет расхода топлива, сохраняя историю маршрутов. И как отучившиеся ездить «налево» за казенный счет татарстанские госдеятели стали экономнее в расходовании горюче-смазочных материалов на десяток млн руб. ежегодно.

Но гораздо приятнее геоинформатику Цою рассуждать о грядущих переменах. Совсем скоро система научится сопровождать перевозку опасных грузов, к ней подключат весь коммунальный автотранспорт республики. Еще чуть погодя «ГЛОНАСС + 112» выйдет на федеральный простор и окружит своей неусыпной спутниковой заботой всю территорию России.

И мне это уже не кажется прожектерством для выбивания бюджетных средств. За последние пять лет Татарстан стал главным IT-полигоном страны. Цифровые решения и сервисы, повышающие качество жизни млн россиян, придуманы и разработаны именно здесь. А точнее, по адресу: город Казань, улица Петербургская, дом 52, технопарк в сфере высоких технологий «ИТ-парк».

Полезное чтиво

Футуристическая кубообразная пятиэтажка технопарка из стекла и металла выглядит особенно вызывающе в окружении памятников архитектуры XVIII века.

— Мы открылись 23 октября 2009 года, — рассказывает главный пиарщик IT-парка Рустем Юнусов. — Проект стоил 2,9 млрд руб.: 1,6 млрд были отпущены из регионального бюджета, остальное выделил бюджет федеральный. Помню, все очень переживали: «Ну построили мы стеклянную коробку, подвели интернет, что дальше?» Но переживали недолго — уже к концу 2010 года у нас не было свободных офисных мест. В том же году мы вышли на самоокупаемость. А суммарные отчисления в виде налоговых средств от наших резидентов за все время существования IT-парка таковы, что этим летом мы планируем окупить затраты на строительство — те самые 2,9 млрд руб. В принципе это супербыстро. Создание и развитие технопарков — это всегда longinvest со сроком окупаемости 10–15 лет. Мы уложились в четыре с половиной года.

Еще совсем недавно, в 2008 году, ничем выдающимся Республика Татарстан в сфере IT-технологий не располагала. Ее доля в валовом региональном продукте (ВРП) составляла 1,8%. За последние несколько лет регион выбился в абсолютные IT-лидеры с 3,19%-ной долей ИКТ и, судя по всему, это только начало.

— Ох, с чего же начались все эти айтишные страсти-мордасти?.. — Рустем морщит лоб. Прежде чем возглавить пресс-центр казанского технопарка в свои 27 лет, он успел побывать главредом единственной на всем Поволжье англоязычной газеты и руководил пиар-службой горной Олимпийской деревни в Сочи.

— Помню, президент республики Минниханов, будучи еще премьер-министром, восторгался книгой президента Сингапура Ли Куан Ю «Из “третьего мира” — в первый». Настоятельно рекомендовал к прочтению, лично раздал экземпляры всему аппарату правительства…

— Началось все немножко по-другому, — поправляет его директор IT-парка Антон Грачев, мирно поливающий фикус на подоконнике своего кабинета. Разноцветные воздушные шары парят под потолком, на креслах поблескивают остатки конфетти. Вчера Грачев отпраздновал свое тридцатилетие.

— Виновник всему был Герман Греф, — устанавливает историческую справедливость директор. — Именно он посоветовал Рустаму Нургалиевичу съездить в Сингапур и познакомил его с Куан Ю. В том же 2008 году сингапурская сторона пригласила к себе весь татарстанский топ госслужащих на курсы повышения квалификации, причем совершенно бесплатно. У многих после поездки реально поменялся мозг. Люди действительно прониклись идеей развития хай-тек-индустрии. Ну и книга, конечно, помогла, — Грачев кивает в сторону полки, где примостился увесистый кирпичик «Из “третьего мира” — в первый» на английском языке.

— Это инструкция, как за 40 лет крохотный песчаный островок с нищим многонациональным населением превратить в государство, лидирующее во всех мировых рейтингах, посвященных качеству жизни. Правильная книга, будоражит откровенно.

Выпускник Казанского государственного финансово-экономического института, после окончания аспирантуры Грачев руководил казначейством одного из крупнейших банков республики, а затем удачно окунулся в частный бизнес. Тут-то казанского яппи и заприметили «наверху».

— До сих пор сам не вполне осознаю, почему я согласился. Работать пришлось гораздо больше, получать в разы меньше. Зато перспектив и драйва — хоть отбавляй! IT развивается семимильными шагами, в России непочатый рынок, потенциал роста огромен. Рабочий темп задает сам Рустам Минниханов — фантастический трудоголик!

— Да, я в курсе, что у вас тут авторитарный режим.

— Мне не хочется спорить, какой у нас «режим», — главное, что он эффективный. Силком здесь никого не заставляют работать. Но если ты все-таки в системе, ты должен понимать — поставленные задачи будут выполнены обязательно. С тобой, без тебя — уже другой вопрос, но цель будет достигнута. Если ты не справляешься, тебя просто заменят.

Директор долго рассуждает о сверхцелях и миссии IT-парка. Звучат мудреные слова: «кластер», «экосистема», «центр кристаллизации»… Короче, государственные умы из местного Министерства информатизации и связи решили в ближайшие 5–10 лет увеличить долю ИКТ в экономике республики до нестыдного мирового уровня — 7%.

— Пару лет назад мы провели очень показательное мероприятие. На очередную коллегию Минсвязи пригласили, с одной стороны, представителей вузов, готовящих IT-специалистов, а с другой — крупнейших игроков отрасли. Обычно коллегия проходила в этаком скучном режиме: кто-то презентует доклады, остальные, позевывая, слушают, потом похлопают друг другу и разойдутся. На этот раз спор разыгрался нешуточный. «Мы выпускаем 300 программистов в год, — говорил профессор ведущего казанского вуза в адрес предпринимателей. — А вы говорите, что специалистов нет!». «А знаете ли вы, что, по статистике, из 300 ваших выпускников в индустрии способны работать в лучшем случае 50, — отвечают айтишные бизнесмены. — И это при условии, что всех их еще необходимо доучивать конкретным практическим навыкам. Они летают в облаках теории».

— В общем, скорость развития IT-отрасли такова, что теоретики не поспевают осмысливать происходящие в ней перемены, — подытоживает Грачев. — Именно поэтому в ведущих мировых вузах все, что связано с ИКТ, преподают в основном успешные практики. У нас, к сожалению, тенденция обратная, и в итоге большинство специалистов выпускаются в никуда. Понятно, что с этим надо что-то срочно делать. Мы составили дорожную карту. В Казанском федеральном университете был открыт IT-факультет. А на базе Казанского электротехникума связи мы запустили IT-колледж. Ну и один из любимейших наших проектов — IT-лицей для ребят с седьмого класса. Двести школьников углубленно изучают математику, программирование и робототехнику на трех языках: русском, татарском, английском.

— IT-детсада только не хватает, — вставляю я.

 — А что вы улыбаетесь? Мы активно работаем в этом направлении.

Антон Грачев возвращается к уходу за кабинетным растением.

— Наверное, атмосфера у нас здесь особенная. Вот и фикус мой растет рекордными темпами!

Прозрачно и автоматизировано

На самом деле никаких особенных секретов в атмосфере казанского IT-парка нет.

— IT-сфера — она глобальная, интернациональная. Большинству наших резидентов принципиально не важно, откуда вести свой бизнес: из Москвы, Сан-Франциско или Гоа. Не хочешь, чтобы умные люди уезжали, — обеспечь им комфортные условия для работы, — объясняет Рустем.

Свободно разгуливать по пятому этажу могут лишь избранные. Люди в бахилах и лабораторных халатах, чьи отпечатки пальцев хранятся в базе данных сканирующих замков на белых массивных дверях. Под самой крышей IT-парка находится его «электронный мозг» — Центр обработки данных (ЦОД), или дата-центр. Тысячу кв. м занимают массивные стойки, напичканные серверами и слотами памяти. Под мерный гул кондиционеров, помигивая индикаторами сигналов, они обеспечивают резидентов IT-парка вычислительными мощностями и хранилищем данных. Часть функционала ЦОДа сдается в аренду внешним компаниям. Именно отсюда управляются роботы сборочного конвейера КамАЗа, цеха которого находятся за 230 км — в Набережных Челнах.

Четыре нижних этажа заняты офисными помещениями класса «А» с арендной платой в полтора-два раза ниже рыночной, переговорной комнатой с видео-конфернец-связью, пресс-центром, банком, почтой, столовой, рестораном… И потоками света, дробящимися в стеклянных потолке и стенах, как в оранжерее ботанического сада. Встречаются здесь компании, которые действительно демонстрируют фикусообразные темпы роста.

Например, «БАРС Груп». Из небольшого разработчика бухгалтерского софта на 20 млн руб. в год в середине 2000-х она превратилась в уважаемого вендора с выручкой 1 млрд 350 млн руб. «БАРС Груп» стабильно входит в число самых динамично развивающихся IT-компаний России.

— Мы, пожалуй, самая диверсифицированная компания из крупнейших отечественных производителей ПО, — рассказывает заместитель гендиректора тридцатилетний Руслан Сагдуллин. — Работаем практически со всеми отраслями государственного и коммерческого секторов: здравоохранение, ЖКХ, сельское хозяйство, финансы… Главный принцип везде один и тот же — автоматизировать отрасль, сделать ее прозрачной для контроля и управления. Допустим, вы руководите крупной стройкой. Представьте, что с помощью планшета или даже смартфона вы сможете отслеживать весь процесс: этапы строительства, финансовые потоки, закупочную деятельность и т. д. Понятно, что такие возможности заметно снижают вероятность всевозможных злоупотреблений. По крайней мере, если судить по опыту тех 10 тыс. строительных компаний, которые используют решение «БАРС.Стройкомплекс».

— Или другой, более жизненный пример — разработанную и внедренную нами в Татарстане систему «Электронный детский сад», — продолжает Руслан. — Каждый малыш республики, прежде чем пойти в детский сад, должен быть зарегистрирован на региональном портале госуслуг и попасть в электронную очередь. В итоге сама очередь сократилась на несколько тысяч позиций, заметно увеличилась ее подвижность. Благодаря единой и прозрачной базе данных исчезли дублирующие заявки, появился четкий механизм принятия решений. Двоих своих детей я именно так в детсад и записал.

Новобранцы

Угол холла бизнес-инкубатора занимает матово-белая стена, испещренная маркером. Нобелевские лауреаты, президенты, высокие чиновники и выдающиеся IT-бизнесмены, посетившие IT-парк, оставляют здесь пожелания будущим хай-тек-предпринимателям.

«Не ожидал, что мне тоже разрешат тут что-нибудь написать. Пришлось стать министром связи России) Успехов!» — читаем одну из реплик с подписью «Николай Никифоров».

Николай Никифоров в Татарстане — личность легендарная, образец для подражания, кумир молодежи, почти Цукерберг. Историю о том, как президент республики взял к себе в команду молодого и очень талантливого программиста, настоящего гика, и вопреки мощному сопротивлению своего окружения доверил ему кресло министра связи, знают все. Программисту-гику на тот момент исполнилось всего 28 лет. Молодой человек пошел на повышение и занял пост министра федерального. Поговаривают, что идеи эти вполне масштабируются на всю страну, и поэтому его «забрали» в столицу. С появлением на политгоризонте Никифорова у руководителей татарстанских госпредприятий хорошим тоном стало иметь в своем штате «молодых гениев».

Руководитель бизнес-инкубатора Ярослав Швецов — один из них. По образованию юрист-международник, по призванию IT-полиглот, свободно владеющий семью языками программирования, он трудился в сфере визуальной айдентики — возглавлял одно из лучших в России дизайн-бюро Knock Knock. После ряда успешных проектов совместно с крупной местной телекоммуникационной компанией Ярославу предложили «активировать предпринимательское сознание молодежи» — такова миссия бизнес-инкубатора.

— Знаю-знаю, звучит слишком пафосно, можно сформулировать попроще: не дать умереть хорошим идеям, — смущается Швецов.

Он стоит в окружении «новобранцев» — обуреваемых IT-идеями «на миллион» и презревших участь «корпоративных рабов». «Новобранцы» переглядываются между собой — дотянуть до финиша по статистике сможет лишь каждая вторая команда стартаперов. Процент «выживаемости» в бизнес-инкубаторе составляет 50%. Они слушают свой первый инструктаж.

— Мы ждем от вас самоотдачу 24 часа в сутки семь дней в неделю, — вещает Ярослав. — За год вырасти из стартапа в компанию, которая сможет как минимум существовать самостоятельно, а в идеале получить инвестиции — это адский труд. Но не расстраивайтесь, мы вам будем помогать.

Швецов рассказывает про «крутых дядек из Калифорнии» и «серьезных теток из Сколково», которые «приедут и будут обучать вас» стартаповедению, бизнес-моделированию, методологии изобретательности, искусству презентации…

— Тренинги и мастер-классы, за которые обычные люди выкладывают по четыре тысячи баксов, для вас практически бесплатны — за счет Республики Татарстан. Это нужно понимать и относиться к этому с благодарностью. Шесть тысяч руб. в месяц, которые вы платите за услуги инкубирования, — согласитесь, сумма символическая.

— За каждой командой будет закреплен свой проект-менеджер, он же куратор, который будет вести вас на протяжении всех этапов роста, — наставляет Ярослав. — Мы вообще за любую движуху в рамках российского законодательства и здравого смысла. Никто не запрещает нам собраться пятничным вечером и посмотреть фильм или, скажем, сыграть в шляпу. Но если кто-то думает, что ближайший год просидит в рабочем боксе, как в ракушке, — он ошибается.

— А кураторы тоже 24 часа и семь дней в неделю для консультаций доступны? — кто-то с ехидной интонацией перебивает монолог Ярослава.

— Хороший вопрос, смешной, уважаю. Отвечаю: нет. Куратора нужно уважать, любить и лелеять. Потому что таких, как вы, у него еще будет человек пять. Я, например, ухожу домой обычно в два часа ночи. Раньше не получается.

Софт всему голова

В офисе компании «Автодория» на видном месте в красивой рамке висит «Сертификат №1 на право размеще- ния в бизнес-инкубаторе…». Пару лет назад команда, состоящая из казанских инженера, программиста и физика, стала первой группой стартаперов, подвергшейся массированному и всестороннему инкубированию. Вылупившееся в итоге всех стараний ноу-хау сейчас висит на сотнях и тысячах придорожных столбов страны.

— Да… вот он, наш первый промышленный образец, — гендиректор Антон Куховаренко издает ностальгирующий вздох. Двухметровый парень с застенчивой улыбкой и интеллигентным взглядом выпускника физфака КГУ нежно гладит металлическую крышку угловатого прибора, напоминающего скворечник. Внутри «скворечника» живут видеокамера высокого разрешения, инфракрасный прожектор, 3G-модем, приемник ГЛОНАСС и еще куча всякой электронной живности.

— Что обычно делает водитель-лихач, приближаясь к камере-регистратору, висящей над дорогой? — озадачивает Куховаренко. — Он заранее притормаживает, как ни в чем не бывало проезжает датчик и вновь безнаказанно превышает скорость. При наличии системы «Автодория» эти ухищрения становятся бессмысленными. Идея в том, чтобы измерять не мгновенную скорость автомобиля, а ее среднюю величину. Для этого на протяженном участке пути мы устанавливаем наши приборы, от двух и более. Сначала машину фиксирует регистратор номер один, он распознает номер автомобиля, с помощью ГЛОНАСС определяет точное время и координаты фиксации. Аналогичные действия выполняет регистратор номер два. Зная разницу времени проезда мимо датчиков и расстояния между ними, можно легко посчитать среднюю скорость автомобиля. В итоге контроль скорости осуществляется на всем пути следования между приборами — избежать штрафа нарушителю практически невозможно. И постепенно у водителей вырабатывается модель поведения «лучше нигде не нарушать».

Идея контроля средней скорости не нова. Похожие системы появились в Англии еще в 1999 году. С тех пор на дорогах Туманного Альбиона смертность снизилась на 77%. В отечественных ДТП ежегодно погибает около 28 тыс. человек, причем в 44% случаев превышение скорости — основная причина трагедии.

— Полномасштабный запуск системы «Автодории» в Татарстане осуществлен с начала года. «Инновации спасают жизнь» — наш слоган появился не просто так. По итогам первого квартала регион стал чуть ли не единственным в России, где наметилась позитивная динамика снижения ДТП. На 51% сократилась смертность на дорогах, оборудованных системой «Автодория». В прошлом году на данных участках в ДТП погибли 43 человека, в этом году до пункта назначения не доехал 21 человек. То есть можно сказать, что мы спасли 22 человеческие жизни! На нас обратили внимание — сейчас мы внедряем нашу систему в 11 субъектах РФ. Например, в Самарской области на участке, оборудованном приборами «Автодория», за три месяца тестовой эксплуатации количество нарушений в день упало с 1400 до 200. А всего лишь три года назад нам только ленивый не говорил, что ничего у вас, ребята, не получится…

За время «инкубации» команде «Автодории» удалось найти инвестиции в размере 15 млн руб. Инвестор ликует — в 2014 году сумма заказов на приборы «Автодория» уже превысила 100 млн руб.

— Контроль за соблюдением ПДД — это ведь только начало, мы движемся к построению глобальной интеллектуальной транспортной системы, — грезит Куховаренко. — Нас интересует буквально каждый автомобиль, попавший в поле зрения регистратора. Обрабатывая этот огромный массив данных в едином вычислительном центре, мы получаем интегральные характеристики автопотока: его плотность и скорость. А значит, получаем возможность моделировать и прогнозировать ситуацию на дорогах. Подключаем к этому «умные» светофоры и знаки — и переходим в совершенно новую парадигму управления трафиком…

— На каждом углу в Казани уже камеры висят! Я замучился оплачивать штрафы! Каждый месяц тысячи три как минимум улетает! — остро реагирует на успехи своих однокашников по бизнес-инкубатору Виктор Осетров. У невысокого и мегаэнергичного 26-летнего Осетрова освоить модель поведения «лучше нигде не нарушать» пока что не очень получается. Зато ему удалось выиграть престижный конкурс молодежных инновационных проектов в сфере телекоммуникаций.

Осетров сидит за ноутбуком под арочными сводами в своем уютном офисе. На мониторе открыта страничка «ВКонтакте». Он отвечает на поздравления с победой от одной, судя по аватарке, весьма симпатичной брюнетки. Именно — отвечает, совершенно не используя при этом клавиатуру.

— Привет точка Очень приятно запятая что следишь за нашими успехами… — и загадочным образом в поле сообщения его голос превращается в текст. В этом волшебстве и состоит проект распознавания речи RealSpeaker, которым руководит Осетров. Он командует: «Отправить!» — и сексапильная брюнетка получает надиктованную весточку.

— Еще во время учебы в Марийском госуниверситете я заинтересовался, каким образом глухие люди развивают в себе навык чтения по губам и почему бы не научить этому машину, — вспоминает Виктор. — Примерно так родилась идея «РеалСпикера». Команду я создал из своих повально увлеченных программированием друзей. Йошкар-Олу тех времен недаром называли столицей интернет-мошенничества.

Распознавание речи — одна из самых интригующих и сложных задач искусственного интеллекта, над которой бьются крупнейшие корпорации мира. «Гугл» и «Яндекс» уже предлагают своим пользователям надиктовать искомые слова в строке search.

— Решения существуют, но, откровенно говоря, работают они так себе, — признается Осетров. — Мы изобрели технологию, повышающую эффективность программ распознавания речи в среднем на 20–30%. Это позволяет достичь рекордного качества расшифровки, доступного на сегодняшний день простым смертным. Фишка в том, что помимо аудиообработки мы используем видеоданные говорящего. С помощью обыкновенной веб-камеры наше приложение одновременно с определением частоты голоса анализирует движение губ пользователя — ту самую заветную артикуляцию. В итоге можно диктовать хоть в шумном баре, хоть на улице. Запускаешь «РеалСпикер», открываешь любой текстовый редактор — и вперед, делай текст на семи доступных языках.

Партнерские соглашения с Samsung, LG и Toyota, приглашение на лучшие стартап-тусовки планеты, стремительно увеличивающийся пул пользователей, состоящий в основном из журналистов, блогеров, учителей и писателей… — всего этого могло и не быть, прими Виктор Осетров приглашение продолжить обучение в аспирантуре известного московского вуза.

— Еще в Университете Йошкар-Олы мною заинтересовались профессора из Москвы и предлагали писать кандидатскую, но мне посчастливилось пройти отбор в бизнес-инкубатор. Помню, как впервые приехал сюда и сразу почувствовал, что нахожусь на своем месте. Заряженная, драйвовая атмосфера, где люди не бравируют словами, а реально заняты делом. Бывает, заработаешься, выходишь из IT-парка поздно ночью, смотришь, а машина министра еще на месте. Работает министр. Приятно.

Министр-гик

— Есть у меня официальный кабинет в министерстве возле Казанского кремля — с кожаными креслами, испанской мебелью, где все помпезно и мощно. Но мне больше нравится здесь, в IT-парке. Часто меня прямо в коридорах останавливают резиденты, советуются, а бывает, критикуют, — министр информатизации и связи Татарстана Роман Шайхутдинов принимает меня в своем ничем не примечательном офисе.

У Шайхутдинова воспаленные, невыспавшиеся глаза. Но это не мешает ему с поразительной ловкостью «жонглировать» четырьмя гаджетами одновременно. Успеть ответить на телефонный звонок, пока еще трезвонит второй айфон, затем что-то быстро напечатать на планшете и усесться за десктоп, чтобы через три минуты вновь отвлечься на подмигнувший iPad. С тех пор как в 2009 году в республике был подписан указ о полном переходе к электронному документообороту, местным чиновникам ничего другого не остается, как прибегать к такому трюкачеству.

— Интерфейс очень юзерфрендли, — министр со стартаперским энтузиазмом демонстрирует систему электронного документооборота на своем планшете. — Внешне напоминает обычную бумагу, с гербом, печатью, но только в формате pdf. Видно, кто инициатор, а кто адресат сообщения, с кем и в какой момент документ согласован, на ком процесс принятия решений затормозился. Можно оставлять голосовые сообщения, вносить правки… Все документы имеют свой уникальный номер, визируются цифровыми подписями и передаются по специально защищенному каналу. В общем, если раньше на принятие межведомственных решений уходило от трех и более дней, то сейчас — 30–40 минут. Во время московских командировок довольно грустно наблюдать, как в некоторых министерствах все еще бродят по этажам медлительные тетушки, толкающие впереди себя тележки, нагруженные кипами служебных документов.

Насаждая цифровую грамотность в чиновничьей среде, руководство республики особо не церемонится: увольнение за неспособность освоить новейшие технологии коммуникаций — обычное дело. Мотивировать оставшиеся слои населения использовать государственные услуги в электронном виде — от оплаты коммунальных услуг и всевозможных пошлин до подачи заявления в загс и ремонта провалившегося во дворе асфальта (всего 185 позиций!) — оказалось задачей нетривиальной.

— Какая часть населения самая продвинутая? Правильно — школьники. Значит, нужно заручиться их поддержкой. С этой целью каждый год мы проводим республиканский конкурс «IT-чемпион». Идея такова. Пусть отдельно взятый школьник помогает своим родным и близким осваивать возможности портала госуслуг. Взамен за каждую транзакцию школьник может получать баллы, которые копятся в его личном кабинете. Те, кто накопил больше всех баллов, становятся победителями. На торжественной церемонии награждения им вручают дорогие призы — планшеты, ноутбуки. Их приглашают на ТВ, о них снимают и пишут репортажи, они становятся маленькими героями республики. И что вы думаете? Конкурс пользуется неимоверным успехом. А число активных пользователей Портала гос. услуг за два года возросло с 325 тыс. до 1 млн 100 тыс. человек.

Роман Шайхутдинов отвлекается на очередной телефонный звонок, потом решительно усаживается за ноутбук.

— Подготовлен очередной отчет Медведеву о прогрессе строительства Иннополиса. Нужно еще раз перечитать перед отправкой.

Иннополис в перспективе — «город-сказка, город-мечта» российских айтишников. Расположенный на берегу крупнейшего водохранилища реки Волги, в 30 минутах езды от Казани и трех часах от Москвы, он призван приютить весь цвет ИКТ страны — 150 тыс. человек. В сердце города — окруженный особой экономической зоной IT-университет, совместный проект с американским Carnegie Mellon University — мировым лидером в области computer science. Рядом учебно-исследовательские корпуса и технопарки. Далее — тонущие в зелени парков разноцветные таунхаусы и модерновые многоэтажки, за ними школы, детские сады, гостиницы, стадионы, зоопарк, гольф-клубы, горнолыжные комплексы… Окончание строительства первого пускового комплекса намечено на ближайшую зиму. Это первый город, заложенный в новой истории России.

— Неплохое начало? — улыбается министр и снова погружает свои невыспавшиеся глаза в монитор ноутбука. Я еще помню те времена, когда всех чиновников в России считали бездельниками. Давно это было.

Новости партнеров

Реклама