Вовнушки

Среда обитания
Москва, 30.10.2014
«Русский репортер» №42 (370)
Боевые башни Ингушетии

Мой дом — моя крепость

Башенная архитектура встречается по всему Северному Кавказу, однако наиболее распространена она в Ингушетии. Даже само название ингушей — галгаи — означает «люди башен». Считается, что самый первый дом-крепость построили женщины — вернее, указали место, где его возводить. Женщины поливали овечьим молоком землю — там, где оно не впитывалось, и заложили краеугольный камень. Со временем иметь дом-башню, устремленный в небо, стало делом чести каждой горской семьи, или, как говорят в Ингушетии, тейпа. На собирание камней отводилось семь лет, само же строительство не должно было превышать 365 дней. Если мастера не укладывались в срок, род считался слабым, и он должен был уйти из  этих мест.

В Ингушетии сохранилось немало жилых, полубоевых и боевых башенных комплексов, самые ранние из которых датируются X веком. Их можно видеть в селениях Эрзи и Таргим, Эгикал и Джейрах. Однако признанной вершиной ингушского каменного зодчества — в прямом смысле слова — считается родовой замок Оздоевых Вовнушки, который находится в одноименном селе. Его суровая красота никого не оставляет равнодушным. Даже европейские туристы, которых трудно удивить «застывшей музыкой», поражаются — как за один год можно было создать этот шедевр, возвышающийся над долиной реки Гулай-хи вот уже более пяти веков.  

К нашему очагу!

Название «Вовнушки» (с ударением на первый слог) можно перевести как «место боевых (а точнее, оборонительных) башен». Всего башен три: две «сросшиеся» — на одной стороне ущелья и третья — на другой. Расположенные у тропы, по которой торговые караваны выходили на перевалы Большого Кавказского хребта, Вовнушки служили не только жильем и крепостью для клана Оздоевых, но и убежищем для купцов, которые спасались от грабителей. В дни войны между башнями, через ущелье, протягивали стометровый веревочный мост: в случае осады старики, женщины и дети перебирались в наиболее защищенную башню. Рассказывают, что одна женщина когда-то перетащила в люльках тридцать младенцев, пробежав несколько раз по канату, который остался от подожженного врагами моста.

Сами башни были устроены просто и рационально. Первый этаж, без окон и дверей, служил лабазом; входная дверь располагалась значительно выше, на втором этаже, что лишало врагов возможности применить таран. Все верхние этажи были жилыми, включая венчающий, «соколиный», который в лихую годину также выполнял роль наблюдательного пункта и огневой точки. Наиболее обжитым оставался второй этаж: именно здесь находился братский котел, подвешенный на массивной цепи, — главная святыня рода. Если враг оказывался в башне и прикасался к котлу, этого человека не трогали. А случалось, что и прощали. Таков был неписаный горский закон.

Фото: Александр Перевозов/Geo Photo;  Николай Титов/PhotoXPress; wikipedia.org;  Александр Поляков/РИА Новости

  • XV  век предположительное время постройки комплекса.
  • 26 м высота самой высокой башни.
  • 75×55 см размер окон, которые также служили бойницами.
  • 2008  год Вовнушки попали в шорт-лист конкурсного проекта «Семь чудес России».

У партнеров

    «Русский репортер»
    №42 (370) 30 октября 2014
    100 людей современной России
    Содержание:
    Год действий

    Где теперь разговоры о том, что «мы втянулись в новый застой»? Да, признаки воссоздания многих реалий советского времени действительно налицо. Но частичная реставрация после революции — дело совершенно обыкновенное и неплохое. Смотря что реставрируется, конечно. Застой не застой, но некоторая стабильность прежних лет, пусть и обсмеянная частью высокомерной элиты, была встречена простыми россиянами с радостью и благодарностью. Теми, чей хлеб обильнее в годы спокойствия, а не в периоды турбулентности. Как это обычно, хотя и не всегда, бывает у нас, журналистов, и у политиков с политтехнологами

    Реклама