Фильмы

Афиша
Москва, 25.06.2015
«Русский репортер» №15 (391)

Мнение

Без идеи

Только что на главном фестивале российского кино «Кинотавр» были показаны два фильма о том, как переживает кризис идей простой русский человек. Об этом рассказывают «Пионеры-герои» (на фото), исповедальный фильм Натальи Кудряшовой. Всеобщий постмодерн, остановившееся, лишенное исторического течения время видится ее героям, приехавшим на штурм Москвы провинциалам, временем единственно существовавшим. А вечные экзистенциальные проблемы вроде конфликта между обломовыми и штольцами воспринимаются ими как личная трагедия. Неокрепшее сознание журналисток газеты «Известия» и сотрудниц Останкино, конечно, не может вынести такого груза.

Что делать, если все, что ты делаешь, — мелко, суетно и неважно? Вот проблема вселенского масштаба. Кого ненавидеть, чтобы перестать ненавидеть себя? Герои обращаются за ответами к буколическим детским воспоминаниям, к миру, где добро и зло разделяла государственная граница. И не найдя в сегодняшнем дне ничего подобного, обращаются к практикам прошлого (например, к религии), еще не зная, что и те уже когда-то перестали давать внятные ответы на этот вопросы.

Куда изобретательней оказываются молодые то ли дачники, то ли художники из группировки «Тряпичный союз», действующие в одноименном фильме Михаила Местецкого. Имеющие своими вольными прототипами левых интеллектуалов из группы «Радек», они похожи и на «Войну», и на Pussy Riot, и на героев фильма Фассбиндера «Третье поколение» одновременно. Задумав осуществить ряд художественных манипуляций (статья 214 УК РФ) с одной из московских достопримечательностей, подмосковные бунтари без причины подробно и последовательно профанируют не только саму идею «прямого действия», но и вообще все идеологемы, какие только есть под рукой у современного юноши. Очевидно лишенный сверхидеи, показавшийся многим критикам недооформленным, фильм Местецкого является самой наглядной демонстрацией того, что никакая досказанность и оформленность в наше время невозможны. Любой финал, эпилог, выход окажутся началом другой истории: в худшем случае — скверным старым анекдотом. Как быть, когда ничего нельзя поделать? На это режиссер отвечает прямым текстом, вложенным в уста одного из персонажей: тем более надо что-то делать!

Василий Корецкий, кинообозреватель «РР»

Оно

Дэвид Роберт Митчелл

Главный хоррор года, одновременно жуткий и человечный, прямо как в 1970-е. Неясное и многоликое проклятие передается половым путем и преследует своих жертв, принимая любой облик. Оно идет со скоростью пешехода, от него можно убежать, но невозможно скрыться — однажды ковыляющая смерть покажется у тебя на пороге.

Прошлый фильм Митчела, «Миф об американской вечеринке», был посвящен трудностям овладения подростками собственной сексуальностью. Новый — ужасам самой сексуальности.

Вдали от обезумевшей толпы

Томас Винтерберг

Прилежная, но не лишенная остроумия экранизация романа Томаса Харди, кажется, создана с единственной целью — досадить всем феминисткам мира. История красивой и самостоятельной женщины-фермера, которая любила, да вышла не за того, выглядит у Винтерберга ироничной иллюстрацией опасностей женского вольнодумия. Гордая девушка по имени Батшеба Эвердин хотела быть как мужчины, говорить как мужчины и принимать решения как мужчины. Но в итоге она находит счастье в том, чтобы быть девочкой и ни о чем не думать.

Третий лишний 2

Сет Макфарлейн

Продолжение непристойного романа втроем. В первой части речь шла о треугольнике героев Милы Кунис, Марка Уолберга и говорящего мишки Теда — похабника, бабника и алкоголика. Девушка требовала от парня бросить Теда и жить наконец своей жизнью. Их отношения все-таки разладились, и теперь герой Уолберга может беспрепятственно продолжать играться со своим мишуткой. Тем более что сейчас тот оказался в действительно непростой ситуации — власти отказываются признавать его право на отцовство. Но казус тут юридический, а не биологический, и Уолберг с медведем проводят долгие часы в суде, борясь за равные права для всех жителей Штатов, независимо от пола, ориентации и материала, из которого они сшиты.

Терминатор: Генезис

Алан Тейлор

Перезагрузка первого «Терминатора» 1984 года. Кайл Риз, посланный из будущего охранять Сару Коннор, попадает в ту версию прошлого, в котором одновременно орудуют уже несколько моделей Терминатора, старый Шварценеггер стреляет в молодого, а Сара Коннор выглядит как актриса Эмилия Кларк.

У партнеров

    Реклама