Театр: Эволюция Гамлета

21 января 2016, 00:00

Текст про «Гамлета», которого Женя Беркович, ученица Кирилла Серебренникова, поставила в Свердловской драме, можно было бы начать с рассказа про остроумное и точное решения превратить в игровое пространство фойе

Елена Смородинова,
корреспондент отдела культуры «РР»

В пятницу вечером два десятка людей сидят в московских Боярских палатах и под чай и плюшки на полном серьезе пытаются понять что-то про людей из далекого 1968 года, снятых братьями Мэйзлс на черно-белую пленку.

Несколькими днями ранее — полсотни (если не больше) людей под те же плюшки и чай пытались найти ответы на еще более экзотические вопросы вроде того, почему сегодня появляются немые «Три сестры», каким может быть Гамлет и для кого театральные критики пишут.

Монументально-советское, с балконом наверху и портретами на стенах, оно будет разделено на несколько зон, где герои могут существовать синхронно. Справа – старый компьютер, слева – нары, вызывающие ассоциации со спектаклем «Клаустрофобия» знаменитого уральца Николая Коляды, по центру – «пионерские» матрасы, где-то в углу – телевизор, бубнящий сериалами.

За всем этим Эльсинором зрители будут наблюдать сверху, выглядывая поверх и через решетки балконных перилл -  те, кто знает, как ставить «Гамлета» (играть в футбол, лечить людей – нужное подчеркнуть) в соответствующем их знаниям положению.

Продолжить стоило комплиментом актерскому ансамблю, мужественно превращающему энергию сопротивления (а в зале непременно окажутся те, каким должен быть «Гамлет»)
в какую-то другую энергию, заставляющую зрителей сначала вздыхать, а потом – подключаться к происходящему. И уже принимать – исступленно-безнадежно мажущую аккорды «Нирваны» Офелию, Клавдия в лиловой рубахе из-под пиджака (правда, не малинового), медитирующего Полония, хипстеров Розенкранца и Гильденстерна. И Гамлета – красавца-брюнета и с длиннющими ресницами, в котором откровенный эротизм сочетается с тотальной беззащитностью.

И если по-гамбургскому, то начинать надо было, конечно, с этого самого Гамлета, который, выходя, на прямой контакт со зрителем выясняет, что весь зал не помнит, а что там за этим самым «Быть или не быть». Этот Гамлет, как и полагает мода, старается быть циничным и рассудительным – настолько, что советуя Офелии отправиться в монастырь, не забудет о презервативах, но оказывается практически ребенком, попытавшимся решить с детским (или все-таки взрослым?) пистолетиком в руках – так быть или не быть? Но рассказ об этом Гамлете, который носит конверсы, который может даже пальнуть из пистолетика, а потом удивиться, что пистолетик был заряжен, так и норовит скатиться к политике и пессимизму. А все из-за того, что на ум приходит другой Гамлет – тот, которым болело время. У того Гамлета была гитара, а его голос оказывался сильнее застойного морока. У сегодняшнего Гамлета в арсенале только глаза с длиннющими ресницами. Остается только смотреть сверху на то, как в финале эти глаза закроют, и надеяться, что окружающий Эльсинор рассосется как-нибудь сам.

«Гамлет»
Екатеринбург, Свердловский академический театр Драмы

 zzzzzzzzzzzz1.jpg

«Театральная бессонница. Чайка»

Москва, Электротеатр «Станиславский»
Режиссер Юрий Муравицкий, Юрий Квятковский, Кирилл Вытоптов
23 января

 zzzzzzzzzzzz2.jpg

Три режиссера разных школ, но одного поколения, ставят каждый свою «Чайку», которую будут играть с одиннадцати вечера и до утра. Четыре акта разбиты на три спектакля, демонстрирующих разные версии событий и разную стилистику. Фэшн-аттракцион от Муравицкого, где реплики Чехова примеряются, как платье, музыкальный бар Вытоптова, где герои Чехова встречают своих сегодняшних двойников и актерские импровизации под руководством Квятковского. Одна из главных фишек идеи – многоликий (в прямом смысле слова) Костя Треплев, которого играют сами режиссеры. Показав свою работу, режиссер переходит в соседнюю уже в качестве актера – исполнителя роли Треплева.

«Бунтари»

Москва, МХТ им. А.П. Чехова
Режиссер Александр Молочников
4 февраля 

 zzzzzzzzzzzz3.jpg

Пока трепетные посетительницы кинотеатров любуются Александром Молочниковым на фоне нормандских пейзажей в «Холодном фронте», театралы спешат за билетами на «Бунтарей», вторую режиссерскую работу актера, громко заявившего о себе дебютным спектаклем «19.14». На историю о первой мировой, разыгранную в духе кабаре, спустя год после премьеры непросто добыть билет. В новой работе Молочников продолжает размышлять на исторические темы, пытаясь уловить и разгадать дух русского бунтарства. Декабристы и народовольцы, Пестель и Пушкин, русский рок и панк – все смешается в рок-спектакле на Малой сцене МХТ.

«Шавасана»

Москва, Центр им. В.С. Мейерхольда;
Режиссер Виктор Рыжаков
29 января, 4 февраля

 zzzzzzzzzzzz4.jpg

В фокусе внимания Саши Денисовой, экс-корреспондента «РР» и шеф-драматурга ЦИМа, - события 25 августа 1968 года, когда восемь диссидентов вышли на Красную площадь против ввода войск в Чехословакию, и поколение нулевых, взрослевшее под новости о взрывах и терактах. Собравшись на съемной московской квартире, компания молодых людей обсуждает бессмысленность художественных жестов на лобном месте и надоевшие митинги, а кроме того пьет, любит и ищет смысл жизни с помощью йоги. Способны ли эти люди на большой поступок? Это и пытается понять Саша Денисова, миксуя историчность и вымысел, поданные с помощью вербатимов и шуток из ситкомов.

«Три сестры»

Cанкт-Петербург, Александринский театр
Режиссер Андрий Жолдак
4, 5 февраля

 zzzzzzzzzzzz5.jpg

Cпектакли Андрия Жолдака часто похожи на продуманную провокацию, поэтому когда в СМИ появилась цитата худрука Александринки, Валерия Фокина с надеждой на то, что чеховские «Три сестры» в спектакле украинского режиссера все же останутся, сильно никто не удивился. Каким будет результат соединения драматургии Чехова, режиссуры Жолдака и возможностей одной из самых технически продвинутых площадок, можно только гадать. Одно ясно – как минимум это будут неожиданные «Три сестры».