Формула красоты

Красота
Москва, 26.05.2016
«Русский репортер» №12 (414)
«РР» в рамках проекта «Самая красивая женщина России» поговорил с множеством экспертов по красоте и просто умными людьми, стремясь понять, что говорит сформировавшийся идеал красоты о нашем обществе. Как выясняется, общество по-прежнему любит характер и стремится жить в большой истории

— Идеал красоты в современной России выглядит точно так же, как в других странах, где есть интернет, — утверждает стилист Паша Павлов, работающий со звездами российского шоу-бизнеса. — И этот идеал нельзя определить однозначно по нескольким причинам. Во-первых, представления о красоте стали сменяться настолько часто, что к моменту публикации статьи мои слова уже будут неактуальными. Во-вторых, общество разделилось на еще большее количество групп. В третьих, идеал красоты сегодня — это акт вандализма над внешностью. Причем неосознанного. Но в этом мы видим «прекрасное». Социальные сети, как вы знаете, пропитаны сейчас этими образами. Моя профессия заставляет меня относиться к затрагиваемой нами теме довольно отстраненно. Есть только тренды, но искренности в них уже нет, потому нет и красоты. Мы работаем на индустрию, она работает на нас… Завтра мы придумаем новые идеалы.

— Можете назвать трех самых красивых женщин, с которыми вы работали?

— Три самые красивые женщины? Ни одна не приходит на ум! Честно. Прости, что запорол тебе материал. Но эти женщины — продукт моей индустрии. Как я могу ими восхищаться?

Однако идея нашего исследования была как раз в том, чтобы, не соглашаясь с нормами и стандартами модной и развлекательной индустрии, увидеть некие общие приметы нашего времени и нашей культуры, определяющие выбор красавиц. Многим это казалось безнадежным делом: красота — вещь неуловимая и очень индивидуальная с одной стороны, и очень глобальная и стандартизированная — с другой.

— Красота в обыденности и есть, и нет, — говорит писатель Виктор Ерофеев. — Ее можно обнаружить и в обыденности, но сама по себе она, конечно, выделяется на общем фоне. Обыденность — это движение повседневности, в то время как красота — это остановка, и созерцание, вдохновение… Разумеется, понятие красоты субъективно. Для объективной красоты так до сих пор и не найдено определения. В отличие от уродства.

Но все же есть и нечто объективное в восприятии красоты в нашем времени и нашей стране. Тот факт, что и эксперты, и интернет-пользователи, и респонденты часто называют Наталью Поклонскую самой красивой, не случаен — в этом есть что-то, что говорит о нас и о современной действительности.

В опросе Исследовательского центра портала SuperJob.Ru чаще всего называли Агнию Дитковските, и она поистине прекрасна. Но есть нюансы в социологии. Поклонскую называют все — иногда даже только ее, как пишет в анкете женщина, 52-летний ведущий специалист из Гатчины: «Смогла выбрать только одну». Агния Дитковските, как и Чулпан Хаматова, нравится чуть больше женщинам и людям старше 24 лет. Молодые люди примерно вдвое чаще выбирают фигуристок Юлию Липницкую (24 процента мужчин младше 24 лет против 11 процентов мужчин старше 45 лет) и Аделину Сотникову.

С другой стороны, есть и образы красоты, которые нравятся всем вне зависимости от возраста и пола.

И что это говорит о родине и нашем времени?

Стандарт

— Помню, одна девочка, очень красивая, еще в девяностых годах пришла ко мне на прием рыдая, — рассказывает известный пластический хирург Алексей Гварамия. — Спрашиваю ее: в чем дело? Отвечает: «Я видела свою подругу, выглядит потрясающе, а у нее трое детей!» Я ее начал уверять, что и она хорошо выглядит. А она: «Нет, вы понимаете, мне же нужны яхты и самолеты!» Это патология.

То, что пластический хирург называет патологией, — это попытка конвертировать собственную индивидуальность, а в потенциале и уникальную личность в товар. Но именно к этому обычно и подталкивает массовый индустриальный канон красоты.

— Классическое модельное лицо по сути своей достаточно блеклое — на нем можно нарисовать что угодно. Хочешь — будет японка, хочешь — скулы добавишь, и так далее. Это лицо как холст, — рассказывает стилист Екатерина Бернар.

Профессионалы часто используют образ чистого холста как идеальной модели:

— С одной стороны, все любят нейтральные «бэби-фейс»: они очень пластичны, и их можно легко трансформировать под свою историю, — говорит фэшн-стилист Оксана Маркина. — Такая светленькая с чувственным ртом, с большими глазами аккуратная куколка. Нанеси любой мэйкап — и сделаешь хоть королеву Японии, хоть конкистадора… А есть девушки с фактурой, хоть тебе и сложнее работать с ними, но они очень яркие.

Тем не менее в моде есть своя история, и она постоянно оглядывается назад, фиксируя приметы времени:

— Сейчас у нас в моде семидесятые, только они немного переработаны, — считает визажист Ирина Браш. — Что касается меня, я люблю «воздушных» девушек: либо русоволосых, либо блондинок. С синими или голубыми прозрачными глазами, с естественными или, может быть, немножко пухлыми губами.

Одно время пухлые губы стали просто каким-то коллективным безумием:

— Знаете, «силиконовое движение» — это же ужасно! — восклицает стилист, один из создателей салона Alto Senso Артем Станев. — Губы, скулы, пластика!.. Я считаю, это просто катастрофа наших дней. Вы спросили про идеал в моем понимании. Если это за пределами натуральности, это уже неприемлемо. Даже если красят волосы, покрашены должны быть натуральным цветом. Естественность, понимаете? Девственная естественность, непринужденность привлекает мужчину в женщине. Это и есть изюминка, а когда начинают изобретать что-то лишнее, это уже отталкивает. Сейчас, к счастью, уже отошли от того, что было раньше — когда все хотели чего-то помпезного и дорогого. Сейчас в моде простота. 

Естественность

— Для меня одним из самых ярких впечатлений была работа с Клаудией Шиффер, — вспоминает известный российский стилист и парикмахер Александр Тодчук. — Глядя на фотографии, я мог сказать, что она симпатичная, куколка-девочка. Но когда увидел ее в реальности, мне показалось, что она само совершенство! В ней все идеально: волосы, кожа, движения… Еще мне запомнилась Инес Састре. Когда я приехал делать ей макияж и прическу, у меня было ощущение, что любая пудра, тональный крем или краска просто испортит ее красоту. Она умытая была настолько красива, что глаз оторвать невозможно. А из русских это была Агния Дитковските. Она именно интересная, ее яркую индивидуальность изменить практически невозможно.

Почти все профессионалы моды заявляют: тренд изменился, сейчас ценится естественность. Это почти так же революционно, как на рубеже XVIII и XIX веков, когда дворянки начали носить простые платья без корсетов, отказались от париков и стали сами воспитывать детей.

— Раньше визажистам всегда объясняли: есть такие-то типы лиц, но мы все приводим к овалу, — говорит визажист Ирина Браш. — А теперь, посмотрите, больше не перекраиваются лица. Они остаются естественными — сейчас главное в женщине то, что подчеркивают макияжем: ее индивидуальность.

Со стилистами соглашаются и простые молодые люди. Так, 20-летняя продавщица из Воронежа пишет в опросной анкете: «Что естественно, то бесценно (о красоте от природы)».

— Многие говорят про естественность, и не только в моде, — говорит фотограф Соня Петрова. — Людям хочется, наконец, смотреть на то, что природой создано. Бывает, смотришь на девушку, а она или с наращенными ресницами, или с огромными ногтями, и чувствуешь просто нутром, что все это не ее, понимаете? Это словно пустота или подражание другим образам.

Кстати, часто в России говорят о некоторой этнической пограничности и необычности образа красавиц, что, видимо, свойственно многонациональным, имперским народам. Недаром столь многим нравится некоторая «русскость» и одновременно «прибалтийскость» Агнии Дитковските, а восемь лет назад в аналогичном исследовании нам говорили о некоторой «татарскости» Алины Кабаевой.

— Если разобраться, самые красивые девушки — обычно дети разных наций, — говорит Андрей Супранович, журналист, участник «Что? Где? Когда?» — Вот Фрида: Индия-Португалия. Фриде я даже письмо писал, первый и последний раз в своей жизни… Это было в две тысячи восьмом, мне было двадцать два года.

— Что это было за письмо?

— Я посмотрел фильм «Миллионер из трущоб» и так проникся ее красотой в этой роли, что решил написать в блог. А потом подумал, чего такому признанию пропадать, и отправил на почту. Я всегда думал, что довольно глупо влюбляться в человека, которого ты никогда не видел. Во Фриду я и не влюблялся — просто перед тем, как увидел ее, я думал, что идеальной девушки, которую я себе вообразил, не существует. А оказалось, существует.

Смешение наций — один из способов увидеть индивидуальное, особенное. Но парадоксальным образом отказ от стандарта в модной индустрии становится новым стандартом:

— Мы сегодня приходим к тому, что красота — как раз то явление, которое исключает само понятие идеала, — уверяет стилист Екатерина Бернар. — В 50-е ценилась рафинированная женственность, в 80-е — «пластиковые» девяносто-шестьдесят-девяносто. Сегодня красота может обладать любыми параметрами. Торчащие уши, щербинка между зубов — все это может стать вашей «фишкой». Естественность завоевывает индустрию моды.

Это мировой тренд на стирание социальных и гендерных ролей, на равноправие и индивидуализацию:

— Гендерное равноправие, мальчики как девочки и наоборот, хочешь наголо постричься — пожалуйста, у нас в этом году бум на лысых девочек, — говорит фэшн-стилист Оксана Маркина. — Это все завершение того процесса, который запустился еще в двадцатом веке, начиная с сексуальной революции. Потом бикини стали важнее ядерной бомбы, как сказала Диана Вриленд. И чем ярче твоя изюминка, тем больше проявится и идеал. Это он и есть, идеал быть собой.

Фэшн-фотограф Саша Чайка создает довольно рискованные образы, с намеренным нарушением «стандарта» и часто с провокациями:

— Красота для меня — это шок, очень сильное переживание. Я играю на контрастах культурных категорий, и из этого для меня рождается аффект. Хочу упомянуть одну девочку, ее зовут Таня Исаченко. У нее стандартный модельный тип внешности, но при этом на шее огромный шрам, похожий на дождевого червя. Я поддерживаю тему с индивидуальностью и сингулярностью каждого человека… Единый стандарт красоты не должен применяться к людям. Но от этого не избавиться! Можно бунтовать, но результат протеста рано или поздно тоже переходит в тренд.

Рекламируемая и массовая индивидуальность все равно остается массовой и стереотипной. Под лозунгом «Думай иначе!» продается сотнями миллионов одна и та же игрушка, под лозунгом индивидуальности работает теперь вся индустрия моды. Философы по этому поводу сказали бы, что «индивидуальность», всеобщая попытка выделяться из толпы — еще не примета личности. Личность рождается, когда человек растет над собой и тем самым становится собой.

Индивидуальность есть у всех, а лицо, личность — нет. Поэтому в поисках отличий идею индивидуальной красоты иногда радикализируют почти до некрасивости:

— Самыми красивыми — до мурашек — всегда оказывались для меня люди с каким-нибудь, с точки зрения бильд-редакторов, изъяном, — признается филолог, профессор НИУ ВШЭ Гасан Гусейнов. — Под изъяном в человеке можно понимать и совсем крайнее — увечье. У меня есть приятельница, очень красивая молодая женщина. Мы с нею иногда встречаемся в вагоне, разговариваем о том о сем. Она очень хороша собой! При этом у нее специфические спастические затруднения при ходьбе. Пока мы едем рядом, всегда обращаю внимание на молодых бычков-дурачков, которые сначала поедают мою спутницу взглядом, а когда мы встаем и идем к двери, шарахаются кто куда. При первой нашей встрече я помог ей, разглядев в ней только «инвалида», но потом увидел красоту.

Личность проявляется, конечно, не в самом изъяне, а именно в личной истории и поступке. 

Дух времени и родины

— Меня привлекает красота в открытых людях: раз — и ты уже как друг им, — говорит известный фотограф, автор фотопроекта «В роли себя» с психологическими портретами российских знаменитостей Алексей Никишин. — А это очень редко. И, мне кажется, важно: красота в том, что эти люди готовы отдавать то, что у них есть.

Вообще, характеризуя русский тип красоты, респонденты часто упоминали душевные качества. Так, 57-летний психиатр из Твери в социологической анкете пишет: «Наличие признаков доброты — вот основной элемент красоты».

— Я уже три года назад сделал памятник женщинам в честь их красоты на Зубовском бульваре, — говорит живописец и скульптор, президент Российской академии художеств Зураб Церетели. — Сколько там метров?.. Ах, да, десять! И еще создал фонтан с Адамом и Евой, в образах которых воплощена красота. Я как художник постоянно женщин хочу рисовать! Их красоту я вижу в глазах, правильных пропорциях — длинные ножки и плавные формы, в цветовой гамме, и обязательно в добром лице.

В России быстро прививаются глобальные тренды: раньше это были пухлые губы, теперь — индивидуализация и естественность, но при этом в загашнике все равно сохраняется какой-то секрет русской души:

— У нас немного иной, чем в Европе, идеал: у нас ценится воплощение женственности в посконном, «домотканом» понимании, — утверждает главный редактор и издатель журнала Port Russia, преподаватель Школы дизайна ВШЭ Анзор Канкулов. — Это к очень многим вещам сводится, от стати до повадки, манеры себя держать. Но для меня главное — личность. Если личность не видно, то такую красоту, мне кажется, и красотой нельзя назвать.

А как проявляется личность?.. Наша гипотеза, основанная на десятках интервью и данном исследовании, состоит в том, что стандарт — это клип, моментальный экранный образ, а личностная красота — настоящая драматичная история со своей завязкой, кульминацией, развязкой. Недаром эксперты чаще всего называли актрис, а не моделей (исключение — Наталья Водянова, за которой все же мощная история филантропии), потому что за актерскими работами стоит характер роли и характер человека.

Но, конечно, выбирают и женщин, способных на поступок не только в роли, но и в жизни.

— В хантыйском народе считается, что душа человека «бесстенна», «бездверна» и наполняется всем, что окружает ее каждое мгновение. Образ красоты читается в действиях человека, — рассказывает Мария Волдина, первая женщина-журналист хантыйского народа, редактор газеты, педагог, поэт, писатель. — Я видела много красивых женщин за свои тридцать лет работы в газете и на радио, многих знала, весь округ был как на ладони. А сейчас сразу вспомнила о женщине, которая жила в поселке Кышик. Звали ее Мария Тарлина, всю свою жизнь она проработала на звероферме. Ее жениха забрали на войну, через год он погиб на фронте. А она осталась. У них любовь была великая, поэтому она и решила всю свою жизнь быть верной только ему, быть ему вечной невестой. Много к ней после войны женихов приходило свататься. Ей говорили, что Гриши нет, он погиб, она отвечала: «Вы что, Гришу забыли? Я клянусь, что всегда ею и буду, самой красивой невестой». Так она о себе говорила. Даже ходила она слегка пританцовывая, напевая, поэтому люди смотрели ей вслед, любовались. Некоторые специально на улицу выходили, чтобы на нее посмотреть! К ней даже прозвище пристало «Лучшая Марья». Ее давно уже нет в живых, но я помню ее историю, запала она в душу.

В любом случае каждый раз речь идет о личности: это история великого жеста, поступка.

— Мы Аллу Демидову фотографировали, — говорит Оксана Маркова. —

Боже мой, ей лет семьдесят, но какая стать! Она вошла, и все изменилось. Она почти не поворачивается. Очень спокойна. Это характер, и проявляется он за секунды.

Жест, характер виден не только в легендарных женщинах. Блогеру Валерии Римской мы сообщили, что эксперты назвали ее в числе красавиц. Она рассмеялась:

— Что? Вы подумали хорошенько? Может, у экспертов затмение какое-то случилось? Может, спутали меня с кем-нибудь? Еще раз попросите их температуру померить и назовите мне их фамилии… Дети! Зовите всех родственников, мать-то ваша, оказывается… Живу как-то вот! У меня положительная энергетика — в этом вся моя красота и заключается.

Формула

Если отвлечься от эмоциональных высказываний и оставить сколь-нибудь вразумительные тезисы о современном российском идеале красоты, услышанные нами от экспертов и просто умных людей, то получится вот что:

— Есть «глобальный стандарт», и он жив. Признанная у нас красота должна считаться таковой и в условном Голливуде, и в японской манге. Она должна быть пограничной и отчасти интернациональной.

— Индивидуальность, а лучше и настоящая личность должна затмевать стандарт: в красоте должно быть что-то разрушающее стереотипы, необычное.

— При этом она должна быть, очевидно, своя, русская. Яркий пример — история в духе «коня на скаку остановит». В то же время это доброта и искренность без притворства и фальши, зачастую даже на грани политкорректности.

— Чтобы впечатлять и старых и молодых, и мужчин и женщин, людей самых разных категорий, у красоты должен быть сложный, подчас противоречивый образ. С одной стороны, трогательный, вызывающий желание защитить. Но в то же время сильный — прямо говоря, в погонах, и в этом смысле отчасти опасный.

Эти тезисы многое объясняют в результатах нашего исследования, но следует признать, что получены они задним числом и рождены слабым мужским умом. Настоящие красавицы все и так понимают:

— Это мужчине для элементарного понимания необходимы образование, премудрости, наука, — говорит руководитель театра Enfant Terrible Дмитрий Аксенов. — А женщина все решает интуитивно, тонким чутьем. Красивый человек — это одухотворенный человек. Если он видит смысл в своей жизни, это, утилитарно выражаясь, накладывает отпечаток на весь его облик. Его видно сразу — по глазам.

Красота: мужской и женский взгляд

Новости партнеров

Реклама