Борьба с наркобизнесом: первые шаги

Сцена
Москва, 04.11.2018
«Русский репортер» №22 (461)

Политическая полемика в отношении проблемы наркотиков (как и других проблем) в нашей стране ведется с тем расчетом, чтобы общество и разумные эксперты ни на что не влияли. Чиновники, силовики и телевизор обращают внимание только на крайние позиции, настолько крайние, что противники друг для друга уже за пределами добра и зла. Рейтинги есть, а диалога нет. 

Скажем, разумно-либеральная позиция состоит в том, что в России много, зря и надолго сажают за наркотики, а наркозависимых надо социализировать и лечить. Оппоненты,  критикуя эту позицию, представляют либералов сторонниками тотального легалайза и отмены любого контроля над тяжелыми наркотиками. Еще обычно приводят примеры, как целые поколения чуть не вымерли в 1990-х — начале 2000-х от героина (намекая, что либералы, мол, хотят вернуть страну в этот кошмар «в интересах наркомафии и внешних врагов»). 

Разумно-консервативная позиция состоит в том, что в обществе не может быть свободного оборота тяжелых и опасных для жизни наркотиков, подобных героину. Наркозависимые не могут делать свободного выбора. А те, кто продает им героин, — преступники и убийцы, пренебрегающие чужими жизнями ради прибыли. Значит, и наказание должно быть соразмерным. Оппоненты называют их сталинистами и садистами и считают, что те одобряют массовые репрессии в отношении молодежи, балующейся травкой и экстази. 

Диалог между ярыми «либералами» и «консерваторами» невозможен: обвинив друг друга в самых страшных грехах, остается только дать в морду. Что выгодно тем, кто продавливает нужные решения в кулуарах: они могут делать что угодно, кивая на то, что альтернатива еще хуже. 

Но между крайностями — большое поле тезисов, которые могли бы признать справедливыми обе стороны. «Либерал» и «консерватор» не сойдутся в отношении к легализации легких наркотиков, однако согласятся в том, что наказание потребителей вместо борьбы с настоящим трафиком — преступно. Силовики ловят потребителей и мелких распространителей, сроки заключения растут — но почти ничего не слышно о раскрытии крупных каналов поставки и серьезных делах против глав наркомафии. 

Это означает, что надо смягчить наказание для потребителей и повысить — для «крупняка». Силовики скажут, что так им будет сложнее работать, потому что, угрожая потребителю уголовным сроком, они не смогут выйти на мелкого пушера. Так сложнее для плана посадок, для палочной системы, но для дела лучше — теперь придется ловить пушера, чтобы выйти хотя бы на дилера. Пока же, по статистике,    общее количество изъятых наркотиков (в килограммах) падает (!), между тем как средний срок тюремного заключения по наркотическим делам растет.

Вообще система антинаркотической борьбы должна получить новые стимулы и инструменты. Сейчас средний опер по наркотикам ловит парня или девушку с закладкой, потом обстряпывает провокацию, чтобы они подставили друзей и знакомых. Его стимул — количество дел. Опер почти не делает самого интересного — оперативной работы и аналитики, его заела бумажная работа. Текущее положение не выгодно никому, кроме криминала. Чтобы изменить схему и построить новую антинаркотическую политику, понадобится чрезвычайщина, перестройка управления, в результате которой следователи могли бы работать, зная, что у них есть лидер, который сможет отбивать «своих» от наездов наркомафии — поскольку во всех странах и регионах у наркомафии наверняка есть силовая крыша. 

С чрезвычайными полномочиями создавался в начале 2000-х и Госнаркоконтроль, который довольно быстро занялся захватом бизнеса. После бесславного закрытия ведомства сажать стали чуть-чуть меньше. Так что новая «чрезвычайщина» должна избежать ошибок старой. Надо не создавать новое ведомство, а суметь поставить правильные цели. 

Сейчас средний опер по наркотикам ловит парня с закладкой, потом обстряпывает провокацию, чтобы он подставил друзей и знакомых. Его стимул — количество дел

Но кроме разумной гуманизации наказаний и изменения целей и стимулов для следаков, настоящая борьба с наркоманией — это улучшение качества жизни и социальная политика. Надо помогать зависимым, лечить, реабилитировать и социализировать, во всяком случае тогда, когда они хотят этого сами. Но таких программ пока крайне мало. 

В интересах общества было бы правильно обсудить идеи, не вызывающие сомнений, и добиться реализации. Полная победа над наркомафией и наркоманией пока не одержана нигде — ни там, где много сажают, ни там, где предпочитают либеральные меры. Споры могут длиться вечно. Но ближайшие шаги понятны. Лучше начать двигаться.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №22 (461) 4 ноября 2018
    Вася Ложкин: я люблю рисовать медведей, которые издеваются над клоуном
    Содержание:
    Реклама