7 вопросов Анастасии Катаковой, соорганизатору протеста

Интервью
Москва, 20.05.2019
«Русский репортер» №9 (474)
Сквер у Театра драмы в Екатеринбурге не спит уже которую ночь. Здесь начинается строительство храма Святой Екатерины взамен главного храма города, взорванного в 1930 году. 13 мая место будущей стройки обнесли забором, и активные горожане вышли защищать парк от храма; начались столкновения с «людьми спортивного вида» и с полицией. «РР» поинтересовался у Анастасии Катаковой, как локальный градостроительный спор стал поводом для «майдана» федерального значения

из личного архива Анастасии Катаковой

— Сквер у театра Драмы — что это за место для Екатеринбурга?

— Все, кто приезжает в Екатеринбург, в первую очередь идут в этот сквер. Там красивый фонтан в виде шара, театр Драмы, прекрасная панорама. Это место, где собирается творческая молодежь, катаются на скейтах, танцуют. Там постоянно идет культурная жизнь, особенно в теплое время года. И особенно в майские праздники, которые выдались очень теплыми, в сквере гуляло огромное количество людей. Но как только праздники кончились, ночью был выставлен забор.

— Как вы об этом узнали?

— Наши друзья чудесным образом оказались там и сфотографировали, как это происходило. Забор выставляли силовики. Один наш друг спросил у них, зачем они это делают, на что ему ответили: начинается стройка. Мы, сообщество «Парки и скверы Екатеринбурга», не могли на это не отреагировать и написали в соцсетях: «Пойдемте гулять в сквер». Призывов ломать забор не было. Все наши акции, происходившие до сих пор, — это креативные флешмобы с участием театралов, художников или музыкантов. Митинги — не наша форма самовыражения.

— Но все же участники прогулки снесли забор. Зачем?

— Мне сложно сказать… Возможно, там тоже были провокаторы.

— Уже третий раз подряд горожане протестуют против строительства храма Святой Екатерины. Почему именно этот проект вызывает такую реакцию?

В 2010 храм хотели построить вместо фонтана Каменный Цветок (на этом месте более двух веков стоял Екатерининский собор, взорванный в 1930 году. — «РР»). Это маленький уютный сквер, где горожане назначают свидания. Вышло огромное количество людей, и фонтан удалось отбить. Я в этом не участвовала — тогда я еще не жила активной общественной жизнью. В другой раз храм хотели построить на искусственном острове, посреди пруда. Когда мы увидели картинки, сначала подумали, что кто-то пошутил — настолько нелепо и смешно это выглядело! Но тут стало понятно, что все всерьез. Подключилось архитектурное сообщество; оно и отстояло пруд. А сквер на Драме стоит как раз на берегу этого пруда. И теперь взялись за него. Они не понимают, что мы это не из вредности. И что каждый раз «мы» — это разные люди. Ну подумайте сами, что в этих трех точках было такого, что задавало всеобщие протесты.

— Помимо прогулки, которая переросла в акцию протеста, вы совершали какие-то действия, чтобы предотвратить застройку сквера?

— У нас шла активная юридическая работа. Мы отслеживали всю информацию о судьбе сквера, подавали иск в суд на администрацию Екатеринбурга за незаконный перевод сквера из земель общественного пользования в принадлежащие церкви. Судебное разбирательство было быстро прекращено. Мы подали заявку на проведение референдума, прошли Избирком, но в Думе нас развернули: сказали, что 108 миллионов на проведение — это очень дорого. Мы призывали людей участвовать в общественных слушаниях, объясняли, как это сделать. Но это сложно: нужно в рабочее время прийти в администрацию, выполнить ряд действий. Ко всему прочему, это было в новогодние праздники. В итоге только 200 человек смогли пройти процедуру. И многим участникам через месяц пришел ответ, что они не имеют права участвовать в слушаниях, потому что проживают не вблизи сквера.

— По разным данным, против строительства храма в сквере выступает от 20 до 40% горожан. Получается, вы в меньшинстве?

— Опросы по этой теме проходили давно. Мы с этим и зашли к губернатору: предложили либо провести референдум, либо организовать прозрачный соцопрос, который провела бы компания даже не из Екатеринбурга. Соцопрос все-таки дешевле, чем референдум, на это они могли бы пойти. Но у них нет задачи прийти к консенсусу, они хотят нам объяснить, что мы не правы. И теперь все, кто сходил к губернатору, через одного получили повестки. Им вменяется административное правонарушение — организация несанкционированного мероприятия.

— Вы тоже получили?

— Я вот сижу, спрашиваю, кто мне звонит, и очень боюсь. Губернатор прямо говорил: если вы не прекратите, будут задержания. Все, что будет дальше происходить, будет на вашей совести. Конечно, когда мы шли, то ждали конструктива. В какой-то момент промелькнула мысль: сейчас мы поговорим и придем к консенсусу. Но консенсус нам предложили только такой: давайте пересаживать взрослые деревья из сквера. Это смешно — там сорокалетние, очень высокие деревья, это невозможно сделать.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №9 (474) 20 мая 2019
    Лунгин и Афган
    Содержание:
    Реклама