Музыка

Афиша
Москва, 21.10.2019
«Русский репортер» №20 (485)

Квир-панк технопоэтов

Наталья Зайцева, музыкальный обозреватель «РР»

Собственно, если бы не клип We Hope You Will Apply Again, я бы и не заметила, что у коллектива «Техно-поэзия» — или у кооператива, как они себя называют — еще в апреле вышел большой альбом «Влагалище культуры». Как минимум это событие в русскоязычной панк-поэтической среде, ну и вообще среди заточенных на политику интеллектуалов. Участники «Техно-поэзии» не стремятся выглядеть начитанными ради моды, как молодые инди-музыканты, — они действительно в курсе всех интеллектуальных трендов, для них это естественная среда обитания. Строчки вроде «Праксис мог бы умереть в перформативе, как раздельный мусор в современной квартире» — вовсе не стеб над заумным языком завсегдатаев «Фаланстера», а искренний манифест. Люди, которые вот прямо сейчас делают карьеру (или отказываются от нее) в современном искусстве, танце, театре или теории, наверняка оценят многие шуточки Марины Шамовой, Романа Осминкина, Антона Командирова и Анастасии Вепревой. Эти четверо критикуют в своих песнях институции, неолиберальный дискурс, гендерные роли и все то, что принято критиковать, правда, в довольно узких пока кругах.

Формально группа наследует анархистской сцене 2010-х — длинные слова порой плохо выговариваются, а голоса не слишком приятны, — однако от политических панк-групп с плохой музыкой и спотыкающимися текстами «Техно-поэзия» отличается радикально. Практически это квир-СБПЧ. Правда если вы не знаете значение слова «квир» (СБПЧ забудьте), то вам лучше и не слушать.
Зато если знаете — будет интересно. Потому что более отлетевшей дурнины в русской музыке нет. Тексты великолепны в своей абсурдности. Ксюша Собчак здесь превращается в Адмирала Колчака, а вместе они превращаются в чак-чак; «борщевик проник в парник» («Его надо истребить! — Его не надо истребить!») и прочие вроде бы бессмысленные рифмы соседствуют с узнаваемой политической повесткой, понятной только тем, кто знаком с левой теорией и дискуссиями на тему гендера, например. «Руки прочь от прокрастинации!» — кричит солистка, и ты понимаешь, что создатели читали Йоэля Регева. «Базовый доход наш, да святится имя твое, да пребудет посттрудовая жизнь на Земле», — ага, значит, читали Ника Срничека. В общем, немногие узнают в этом себя, но кто узнает, будет обрадован.

RSAC

Собрание Частных Случаев

 

 077_rusrep_20-4.jpg

После успеха песни Fella Феликс Бондарев показал вновь обретенным поклонникам, что он на самом деле собой представляет, выпустив альбом своих старых песен, записанных в живом постпанк-звучании. Постромантика от современного гетероальфача, который мог бы быть рэпером, если бы любил длинные тексты. Много обсценной лексики и порнообразов. Музыкально приятно, но как будто куда-то исчезла бескомпромиссность материала.

Nick Cave & The Bad Seeds

Ghosteen

 

 077_rusrep_20-2.jpg

Произведение искусства. Поэзия, очень условно пропетая под красивые электронные ландшафты, от человека, который понял о жизни нечто, что людям без его опыта пока неизвестно. Альбом Ghosteen — последняя часть трилогии, которую так или иначе связывают с гибелью пятнадцатилетнего сына Ника Кейва, начатую, впрочем задолго до его смерти альбомом Push The Sky Away. Альбом Ghosteen окончательно вписал Ника Кейва в историю как настоящего поэта от рок-музыки — кажется, более великого (и более поэта), чем Леонард Коэн или Боб Дилан.

Техно-поэзия

We Hope You Will Apply Again

 

 077_rusrep_20-1.jpg

Кооператив «Техно-поэзия» — панк-коллектив питерских левых интеллектуаллов — выпустил клип о том, каково быть дэнс-перформером, нанимаемым на престижную подработку арт-институцией. «Никому не интересна ваша квадратная жопа / Кормитесь донейшенами с хип-хопа». Казалось бы, узкая тема — арт-прекарии в поисках смысла. Однако строчки «Еще немножко опыта, еще немножечко / Подожди немного, подожди немножечко» могут быть слоганом целого поколения молодых апологетов нематериального труда.

Kali Malone

The Sacrificial Code

 

 077_rusrep_20-3.jpg

Органная музыка, записанная электронщицей Кали Малоун. Великая пластинка. Органы, господи. Их прекрасные, ровные, длинные звуки. К простым гармониям почти ничего не добавлено, но даже из портативной колонки это звучит так, как будто ты стоишь посреди церкви и воссылаешь в небеса молитву благодарности. Почти два часа физических вибраций, которые вызывает в теле эта музыка, способны заменить медитацию или спортивную тренировку.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №20 (485) 21 октября 2019
    Елена Погребижская: 90% моих героев лучше меня
    Содержание:
    Фотография
    Краудфандинг
    Фотополигон
    Реклама