В ответе за всю страну

Александр Хлопонин уверен, что в XXI веке Красноярский край станет локомотивом России

- Александр Геннадьевич, Красноярскому краю 70 лет. Вы руководите им два года. Что удалось сделать за это время, ведь край вы приняли, как говорилось в СМИ, чуть ли не в кризисном состоянии?

- Мне грех жаловаться. Я пришел не на пустое место. Красноярский край был и остается достаточно мощным, индустриально развитым регионом. Нельзя говорить, что экономика края находилась в кризисном состоянии. Это неправда. Кризис наблюдался лишь в одной сфере - в системе управления. Поэтому для меня важно было найти ответ на ряд вопросов, главный из которых - выбор стратегии развития региона.

У Красноярского края есть свои конкурентные преимущества и недостатки. К первым можно отнести богатую минерально-сырьевую базу, мощный энергетический комплекс, развитую транспортную инфраструктуру и самое главное богатство - человеческий ресурс, научно-технический потенциал. А главный недостаток - расстояния. Четыре тысячи километров до одного рынка сбыта - европейского, столько же до другого - азиатского. Следовательно, нам выгодно производить только такую продукцию, в которой доля затрат на транспортировку не превышает 5-10%. Прежде всего это инновационные технологии. И, конечно, сырье в стадии хотя бы первичной переработки. Вот два основных направления, по которым должна двигаться экономика региона.

Следующий важный момент. Сегодня в Российской Федерации принята модель выравнивания бюджетной обеспеченности. Центр забирает деньги, заработанные регионами-донорами, и перераспределяет их дотационным территориям. Красноярский край, как известно, является донором. Если существующую модель не поменять, все наши усилия будут бесполезны. Нужна другая конструкция. Стране необходимы опорные регионы, где запускались бы крупные промышленные проекты и происходило ускоренное развитие экономики. А затем импульсы деловой активности будут охватывать большее географическое пространство. Именно над этим я сейчас работаю на федеральном уровне в области региональной политики. У Красноярского края есть все возможности стать таким опорным регионом, регионом-локомотивом.

В СМИ порой появляются публикации о том, что люди ждут экономического рывка, который обещал кандидат в губернаторы Хлопонин. Но я не обещал чуда. Как подготовить даже из очень талантливого спортсмена олимпийского чемпиона? Во-первых, требуется высокопрофессиональный тренер, во-вторых, определенное время. Точно так же и здесь. У нас есть команда профессионалов и реальные планы, требуется время. Принята программа социально-экономического развития Красноярского края до 2010 года, согласно которой к 2006 году мы должны провести соответствующие реформы, создать условия, чтобы в край пошли инвестиции. И начиная с 2006 года добиваться темпов роста более 8% ежегодно.

Если говорить об уже сделанном... Можно, конечно, начать перечислять, что построено, реконструировано, отремонтировано. Но главное, на мой взгляд, не это. После нескольких лет бурных политических баталий в крае наступила стабильность. Законодательная и исполнительная власти прекратили заниматься популизмом и стали работать конструктивно.

- Вы возглавляете Межрегиональную ассоциацию "Сибирское соглашение" (МАСС). Чем реально под вашим руководством занимается "Сибирское соглашение", каково ваше отношение к нему?

- В свое время отношение было неоднозначным. Рассуждал так: если это своеобразный клуб губернаторов, в рамках которого мы можем собраться, выпить по рюмке водки, поговорить и разойтись, то мне это неинтересно. Более важных дел хватает. Если же в основе деятельности этой организации лежит отстаивание интересов и стратегии развития Сибири, консолидация позиций губернаторов по разным вопросам, то я готов этим заниматься.

Проблем, которые можно и нужно решать в рамках " Сибирского соглашения", достаточно. Сегодня большинство сибирских территорий - дотационные, понятна заинтересованность каждой собирать побольше налогов. Но разве это нормально, когда Красноярский край и Кемеровская или Новосибирская области борются за то, чтобы именно у них была зарегистрирована та или иная компания и платила налоги в местный бюджет. Несерьезно получается. Разве нельзя договориться и подписать соглашение о корректной политике, о регулировании этих процессов? Выработать единые правила на территории Сибирского федерального округа (СФО)? Можно.

Для меня, например, очевидно, что сегодня Новосибирск - это крупный транспортный узел с хорошей инфраструктурой и удобным географическим расположением. Поэтому я не стану давать льготы каким-то компаниям только для того, чтобы они построили грузовой терминал в Красноярске. Пусть строят в Новосибирске. Потом товары все равно будут продаваться в Красноярске, а налоги с продаж поступят в бюджет края. А ведь что порой происходило в отношениях между территориями? Они строились по принципу: твои товары к себе не пущу, да еще налоговую, СЭС, пожарных нашлю - работать не дам.

При этом я уверен, что Красноярск, как и Новосибирск, также может стать авиационным хабом. Почему бы и нет? Два хаба для большой Сибири не так уж и много, они друг у друга хлеб отбирать не будут. Только не надо доказывать на федеральном уровне, какой из городов лучше и где в первую очередь строить. Все можно решить мирным путем.

Считаю, что сегодня МАСС занимается важной и нужной работой. Например, на прошлом совместном совете СФО и МАСС обсуждались проблемы жилищно-коммунального хозяйства. Совет проводили в Омске, потому что именно там накоплен большой положительный опыт в сфере ЖКХ. К примеру, в новом микрорайоне появились современные энергосберегающие технологии, локальная система очистки воды непосредственно в жилых домах, автономная модульная котельная на природном газе, обеспечивающая дома теплом. Есть чему поучиться и что перенять.

Очень многие проблемы легче решать сообща. И "Сибирское соглашение" этим занимается. К мнению МАСС прислушиваются в правительстве, это показатель нашей работы.

- Как складываются отношения с политическими тяжеловесами Сибири - Аманом Тулеевым, Леонидом Полежаевым, Виктором Крессом, которые во власти уже по десятку лет и более?

- Дедовщины у нас нет. А если серьезно, то, на мой взгляд, у нас сложились нормальные рабочие отношения. Думаю, мне удалось доказать, что я не временщик, а человек, который пришел всерьез и надолго для работы во благо своего края и всей Сибири. Мне вполне комфортно работается с коллегами-губернаторами.

- Александр Геннадьевич, в некоторых СМИ решение об объединении Красноярского края, Таймыра и Эвенкии поспешили назвать началом процесса укрупнения регионов России в целом. Как вы считаете, верно ли это утверждение?

- Не буду говорить о целесообразности или нецелесообразности объединения других территорий. Могу сказать лишь о своем регионе. Мне, например, президент не ставил задачу объединить Красноярский край с Таймыром и Эвенкией, это была, что называется, инициатива снизу. В чем плюсы объединения? Давайте посмотрим на карту. Вот Эвенкия. Огромная малонаселенная территория. Вот здесь находится Ванкорское нефтяное месторождение, его запасы оцениваются в 200 млн тонн. Сейчас разрабатывается проект строительства нефтепровода до Диксона, нефть пойдет прямиком на экспорт. Сам по себе проект очень мощный и интересный. Но на территории Эвенкии и Таймыра есть еще несколько месторождений с запасами нефти от 50 до 70 млн тонн, которые сегодня развиваться не в состоянии. Как только нефтепровод будет построен, заработают и эти месторождения, "подключатся" к трубе. Общий потенциал возрастет примерно до 600 млн тонн. Реализация проекта даст тысячи дополнительных рабочих мест, солидные поступления в бюджет, налоговый потенциал оценивается в 8-10 млрд рублей в год.

Вот Ангара, Богучанская ГЭС. Проект, осуществление которого позволит развивать зону Нижнего Приангарья. Это и железная дорога, и мост через Ангару, и транспортный узел, и строительство целлюлозно-бумажного комбината в Лесосибирске. Я называю это продолжением косыгинской индустриализации 1970-х годов. Вот что для меня, если очень кратко, предстоящее объединение, а точнее сказать, воссоединение наших территорий.

Исторически юг Красноярского края развивался и работал как комплекс, обеспечивающий север. Енисей был единой транспортной артерией, вдоль него располагались многочисленные базы перевалки грузов. Разделились. И что? Рухнула вся транспортная инфраструктура. У каждого региона появились свои узкоместнические интересы, собственные отдельные задачи. Это все равно как распад Советского Союза в миниатюре, а затем парад суверенитетов в России. Один в один. Не зря же Красноярский край иногда называют уменьшенной моделью Российской Федерации. Все происходившие в стране процессы нашли свое отражение в бывшем некогда единым крае.

И последнее. До сегодняшнего дня существует странная, если не сказать смешная, конструкция: жители Таймыра и Эвенкии участвуют в выборах губернатора Красноярского края. А он не имеет никаких полномочий, чтобы влиять на происходящее там. Жители автономных округов участвуют в выборах депутатов Законодательного Собрания края, которое никак не может регулировать законодательные процессы на их территориях. После объединения все эти нелепости уйдут в прошлое.

- Со многими новыми людьми вы познакомились за время своего губернаторства. Какие встречи запомнились? Кто вас "перепахал" или, как еще говорят, кто из современников оказал на вас наибольшее влияние?

- Многие встречи запомнились. А вот "перепахать" меня или даже оказать влияние уже невозможно. Это связано с тем, что мне в жизни везло на учителей. Например, когда я совсем молодым приехал в Норильск, рядом оказались Владимир Иванович Долгих, Борис Иванович Колесников. Люди с громадным жизненным опытом, много лет проработавшие на Норильском горно-металлургическом комбинате, в разные годы возглавлявшие его. Общение с ними стало для меня суровой школой. Поэтому считаю вправе "сметь свое суждение иметь" по любому вопросу. Другое дело, что это самое суждение, как правило, не появляется спонтанно, к мнению людей тоже прислушиваюсь. Став губернатором, я посчитал необходимым поддерживать тесный контакт с бывшим руководителем края Павлом Стефановичем Федирко, бывшим руководителем города Владимиром Федоровичем Капелько. Недавно звонил Аркадию Филимоновичу Вепреву, первому красноярскому губернатору, поздравил его с днем рождения. Вообще отношусь к старшему поколению с большим уважением. Ведь без преемственности, без сохранения традиций не обойтись. Нельзя поступать по-революционному: до основанья все разрушим, а затем... Мой принцип - брать на вооружение все хорошее из прошлого и двигаться в будущее.

- На территории Красноярского края есть явные точки роста, где экономика на подъеме. Но есть и районы, которые находятся в плачевном состоянии. Вы будете проводить политику выравнивания уровня жизни?

- Одинаковых территорий просто не бывает. В силу самых разных причин одни изначально находятся в более выгодном положении и развиваются, другие, грубо говоря, загибаются. Особенно это касается сельской местности. Но и здесь картина неоднозначная.

Есть крепкие хозяйства, где в этом году урожайность зерновых достигла 43 центнеров с гектара, а зарплата механизаторов - 300 тыс. рублей за год. Они в поддержке, по крайней мере финансовой, не нуждаются. Есть села, жители которых могли бы жить не хуже, все предпосылки к этому существовали и существуют. Беда в том, что из-за плохого управления эти хозяйства обанкротились или находятся на грани банкротства. Зарплату там не платят, люди спиваются, уезжают. Тем не менее, в таких селах жизнь можно изменить к лучшему, и мы будем это делать.

Но есть населенные пункты, у которых нет будущего, и это надо честно признать. Ведь как возникали некоторые поселки? Строили железную дорогу - появился поселок для строителей. Начали заготовку леса в новом месте - поселок для лесорубов. Строительство железной дороги закончилось, лес вырубили, а люди остались. Не каждый может легко бросить дом и податься в другие края. С другой стороны, работы там нет и не предвидится. Мы не можем искусственно создавать рабочие места и платить зарплату за никому не нужную работу. Поэтому разработана специальная программа для села. Не сразу, не вдруг, но мы будем создавать условия для переселения людей из таких поселков.

Остро стоит проблема образования в маленьких населенных пунктах. Не раз жители говорили мне, что если закрыть школу, селу придет конец. Но какой уровень образования дает малокомплектная школа? Согласен, если до школы 20-30 км, далековато каждый день возить детей, особенно по бездорожью. В таких случаях школы закрывать не позволю. Когда же два-три села находятся друг от друга на расстоянии 4-5 км, не лучше ли им иметь одну общую нормальную школу? То же самое касается и медобслуживания.

Мы не закрываем глаза на существующие проблемы, на неравномерность развития территорий. Но политика выравнивания бюджетной обеспеченности - это путь в никуда. Там, где это возможно, будем создавать условия для развития, разрабатывать инвестиционные проекты. Людям, живущим в местах, где нет перспективы, будем предлагать переезжать туда, где есть работа.

- Вы как-то обмолвились, что собираетесь "обставить" Новосибирск с точки зрения транспортных возможностей. А как насчет того, чтобы побороться за звание столицы Сибири?

- Кто бы что ни говорил, сегодня Красноярский край - регион номер один в Сибири. Утверждал и продолжаю утверждать: то, что столицей Сибирского федерального округа стал Новосибирск, - политическое заблуждение. С другой стороны, это хорошо. Конкуренция полезна.

- Нет сожаления, что пошли в политику?

- Мне интересно. Знаете, Черчилль как-то сказал, что политика - это большие шахматы. А я очень люблю играть в шахматы.

- Представьте себе: закончился срок вашего губернаторства и президент не рекомендовал вас на новый срок...

- Пока не задумывался об этом, просто стараюсь сделать как можно больше полезного для края на посту губернатора. Много сил и энергии затрачено на разработку интересных проектов, которые очень хотелось бы реализовать. Тем не менее, любое решение президента приму без возражений. Сочтет он нужным, чтобы я занялся другим делом, значит, займусь. Хотя, не скрываю, хотел бы продолжить работу в качестве руководителя края.

- Вы считаете правильным, что губернаторов будет назначать президент?

- По моему мнению, губернатор должен нести ответственность за все, что происходит на его территории. Но сегодня это не всегда возможно. Поймите, трагедия в Беслане имеет те же корни, что и трагедии замерзающих ежегодно районов Дальнего Востока, Сибири. Несогласованность, расхлябанность, коррумпированность. Вот типичный пример. На Севере упал вертолет, нужно срочно спасать людей. А две службы спорят, кому это делать. Разные территории, разные зоны ответственности...

В условиях, когда в стране нужно без промедления решать серьезные проблемы, должна быть четко выстроенная вертикаль власти, кто бы как к этому ни относился. Тем, кто говорит, что это подрывает демократические основы, могу ответить так: основы демократии - это прежде всего частная собственность и гарантии частной собственности со стороны государства. Есть исполнительная и законодательная власти. Пусть исполнительная власть назначается, а законодательная избирается и контролирует исполнительную. И никаких нарушений демократии в такой конструкции нет.

- Вас считают прагматиком, и ваши действия говорят об этом. Или в душе вы романтик?

- Романтик ли я? Наверное, да. Я эмоциональный человек. Но не всегда можно давать волю эмоциям. Порой бывают ситуации, когда приходится закрываться и "кусать локти". Прекрасно понимаю свою ответственность и переживаю, если что-то не получается так, как хотелось бы.

- Законы жанра юбилейного интервью требуют спросить - в чем счастье сибиряка Хлопонина?

- Счастье сибиряка... Да где бы я ни жил, счастье - в моем ребенке. Я очень люблю свою семью. Хочу, чтобы моя дочь была счастлива, получила хорошее воспитание, образование. Чтобы могла гордиться своим отцом. Осознание этого здорово стимулирует меня в работе. А без работы я себя не представляю. Казалось бы, чего еще в жизни не хватает, вроде бы все есть. Но даже во время отпуска, когда, например, уезжаю за границу на лыжах покататься, уже на третий день не нахожу себе места. Не умею просто отдыхать, безделье меня угнетает. Так что мое счастье - это семья и работа.