Протокол экономического похолодания

Реализация Киотского протокола приведет к дополнительной инвестиционной нагрузке на отрасли экономики, попадающие под его действие

После вступления Киотского протокола в силу 16 февраля 2005 года России придется немало потрудиться, чтобы сдержать взятые на себя обязательства по снижению вредных выбросов. Это коснется промышленно развитых регионов страны, а также отразится на деятельности отдельных субъектов отраслей экономики, которые попадают под действие протокола. Конечная цель усилий мирового сообщества - улучшение экологической ситуации в каждой стране, подписавшей документ, и на планете в целом. При этом сторонники киотской договоренности считают, что Россия может получить от торговли квотами на выбросы десятки миллиардов долларов. Правда, пока за этим товаром покупатели в очередь не выстраиваются.

Так ли вреден СО2 ?

Ученые считают, что вопреки распространенному заблуждению углекислый газ (СО2 ) не является вредным веществом, не загрязняет атмосферу и не представляет непосредственной угрозы человеку даже в случае многократного увеличения концентрации. При объемном содержании углекислого газа ниже 1% он не оказывает негативного влияния на живых существ. Для растений углекислота - жизненно необходимое вещество: другой возможности усвоения ими углерода в природе не существует. Поэтому СО2 вряд ли можно считать вредным веществом для здоровья животных и тем более растений. Экспериментально доказано, что с повышением концентрации в воздухе углекислого газа возрастает урожайность всех сельскохозяйственных культур.

Вследствие сжигания ископаемого топлива (например, энергетического угля на металлургических комбинатах), выжигания лесов ежегодно в атмосферу выбрасывается громадное количество углерода. Значительная его часть соединяется с кислородом, образуя СО2  - один из парниковых газов (ПГ). Сейчас ежегодные выбросы углерода за счет таких источников, как промышленность, автомобильный транспорт, сжигание растительности (лесов и травяного покрова с целью расчистки площадей для сельхозкультур), оцениваются во всем мире примерно в 7 млрд тонн. Другое дело, что эта цифра на порядок ниже объемов парниковых газов, выделяемых природой. Так, основные естественные источники углекислого газа - горение биоматериалов и вулканическая деятельность. Особое место в экологической сбалансированной системе занимает мировой океан, играющий роль компенсаторного буфера: если концентрация СО2  в воздухе уменьшается, то вода начинает освобождать его, а когда уровень газа растет, океан поглощает "лишний" объем. Но это процессы не моментального действия. Как, впрочем, и попытка искусственного снижения выбросов углекислого газа через механизм Киотского протокола.

Впрочем, учеными не доказано, что промышленные выбросы углекислого газа способны привести в будущем к изменению климата на планете. Даже если требования протокола будут исполнены, экологический эффект окажется мизерным, учитывая пропорции вклада природных и антропогенных факторов. В итоге гарантированный отрицательный экономический эффект (сокращение потребления и замедление роста ВВП каждой страны-участницы) ставится в противовес спорному экологическому.

Тем не менее, 9 мая 1992 года 201 страна мира подписала Рамочную конвенцию Организации Объединенных Наций об изменении климата (РКИК), которая вступила в силу 21 марта 1994 года. В конце 1997-го на Третьей конференции участников РКИК в Японии был принят Киотский протокол, закрепляющий количественные обязательства развитых стран и стран с переходной экономикой (к ним отнесена и Россия) по ограничению и снижению поступления парниковых газов в атмосферу. Это документ призван препятствовать развитию глобального потепления из-за выброса промышленных газов (прежде всего двуокиси углерода), которые, накапливаясь в верхних слоях атмосферы, создают парниковый эффект. Протоколом предусмотрены обязательства стран по квотам на выбросы углекислого газа (80% в структуре ПГ). В дальнейшем предполагается распространить обязательства и на другие парниковые газы, в частности на метан (15% в структуре ПГ). Первоначально протокол подписали 84 страны, включая Россию. 31 мая 2002 года Киотский протокол ратифицировал Европейский союз (ЕС), на долю которого приходится 24,2% выбросов. У Японии, также присоединившейся к соглашению, - 8,5%. После того, как Киотский протокол отказались ратифицировать США и Австралия, его судьба автоматически оказалась в руках России, доля которой в мировой эмиссии парниковых газов составляет 17,4%.

18 ноября 2004 года представитель России в Организации Объединенных Наций Андрей Денисов вручил Генеральному секретарю ООН Кофи Аннану документы о ратификации Россией Киотского протокола. Принимая их, генсек отметил, что это "исторический шаг в преодолении угрозы глобального потепления климата".

Экономика протокола

Не стоит забывать, что Киотский протокол, помимо споров о его научной обоснованности, порождает жесткие экономические противоречия. Сторонники документа сулят России экономические дивиденды: в связи со спадом промышленного производства она сможет теперь продавать свои квоты на выбросы другим странам. На первый период действия обязательств (2008-2012 годы) для Российской Федерации установлен уровень сокращения выбросов ПГ, равный показателю базового 1990 года (3,05 млрд тонн СО2 -эквивалента).

Понятно, что один из важнейших факторов, определяющих объемы выбросов углекислого газа, - динамика внутреннего валового продукта (ВВП). Его рост при отсутствии радикальных изменений в сфере энергоэффективности и энергосбережения, без жесткой целенаправленной политики по ограничению выбросов парниковых газов неминуемо приведет к увеличению выбросов СО2 . Поэтому основной задачей является снижение энергоемкости ВВП за счет технологической модернизации и структурной реформы промышленного производства с постепенным снижением доли производств, расходующих большое количество энергии. Где взять средства на обновление основных фондов предприятий? Как заявляют в Министерстве экономического развития и торговли РФ, источником должен стать рынок квот на выбросы.

По оценкам экспертов Института экономики переходного периода (Москва), цена квоты на европейском рынке к началу первого периода выполнения странами обязательств по протоколу составит порядка 50 долларов за тонну СО2 . Интересна политика Евросоюза в отношении формирования этого рынка: доступ на него будет ограничен, что позволит удерживать цену на высоком уровне. В этой связи необходимо отметить, что европейская политика ограничения выбросов ПГ способна оказать влияние на рынок природного газа и электроэнергии. Понятно, что с точки зрения выполнения обязательств по протоколу предпочтительнее использовать в качестве топлива газ, поэтому "квотная" экономия перенесется на стоимость газа.

Проблема для России усложняется тем, что в июле 2003 года Европарламент одобрил, а Европейский совет принял директиву Евросоюза, которая установила очередность закупок квот на эмиссию углекислого газа. В соответствии с этим документом прежде всего квоты можно приобрести непосредственно в странах ЕС: у его нынешних членов, у стран Центральной и Восточной Европы, которые скоро вступят в союз; затем у ассоциированных членов ЕС, таких как Украина, и только после них - в странах, не имеющих отношения к Евросоюзу.

Совокупное предложение стран, которые прописаны в соответствующей директиве ЕС, - около 4 млрд тонн выбросов. Это почти вдвое больше потенциального спроса со стороны Евросоюза. Таким образом, Россия, готовая продать примерно 1,5 млрд тонн, находится в конце списка, и ее возможность реализовать квоты на этом рынке представляется сомнительной. Более того, первый пункт 6-й статьи протокола гласит: "Для целей выполнения своих обязательств <...> любая сторона, включенная в приложение 1, может передавать любой другой такой стороне или приобретать у нее единицы сокращения выбросов, полученные в результате проектов, направленных на сокращение антропогенных выбросов из источников или на увеличение абсорбции поглотителями парниковых газов в любом секторе экономики". Таким образом, нужно еще убедить Евросоюз, что сокращение эмиссии углекислого газа в Российской Федерации с 1990 года по нынешнее время в результате экономического спада было осуществлено в рамках "специального экологического проекта" на снижение эмиссии углекислого газа. Если сделать это не удастся, мы можем даже не попасть в очередь.

С квотами по миру

Становится понятно, что в перспективе и для России в целом, и для Сибири как добывающего региона партнерами-покупателями на рынке квот станут прежде всего транснациональные компании. Но простым приобретением дело вряд ли ограничится. Корпорации будут стремиться не только купить квоту, но и развивать традиционные виды бизнеса на территориях стран-продавцов. Поэтому в ближайшие годы торговля квотами должна осуществляться на проектной основе. Один из способов - создание механизма конкурсного предоставления квот российским предприятиям под осуществление конкретных проектов. В этом случае правительство само будет решать, какую квоту и под какой проект передать компании. При реализации проектов так называемого совместного осуществления, заложенных в 6-й статье протокола, определение базовой линии неподконтрольно правительству. То есть находится в руках международной бюрократии и приносит доходы иностранным консалтинговым компаниям.

Значительных объемов "импорта" квот и, соответственно, значительных доходов от торговли ими Россия может ожидать только в средне- и долгосрочной перспективе. Хотя бы потому, что механизмы реализации протокола пока определяются как между странами, так и внутри каждой страны-участницы в отдельности.

Поэтому в ближайшее время Россия должна контролировать объем квот, выбрасываемых на внешний рынок. Эта политика должна быть сбалансированной, поскольку кроме возможностей существуют и угрозы. Скорее всего, придется договориться с Украиной о согласованной политике на рынке квот. Дело в том, что Украина может легко "уронить" цены не только на квоты, но и на газ: эти рынки взаимосвязаны между собой, так как покупка природного газа может заменять покупку квот (сжигание природного газа дает более низкие удельные выбросы ПГ, чем сжигание угля).

Россия, как и другие страны, обязана иметь проверяемый механизм мониторинга и отчетности выбросов. Это требование, жестко прописанное в протоколе, безусловно, будет исполнено. Остальное - внутренние вопросы. Например, мы имеем право выбрать механизм управления выбросами парниковых газов, который будет наиболее эффективным и выгодным уже не с политической, а экономической и экологической точек зрения.

Важно отметить, что протокол создает дополнительные стимулы для ведения устойчивого лесного хозяйства, улучшения практики лесопользования, стимулирования лесовосстановления, учета лесных ресурсов и множества других направлений, пренебрежение которыми, равно как и оставление "на потом", преступно. Государство может привлечь значительные средства для укрепления системы управления процессами устойчивого лесопользования и землепользования. Например, часть этой квоты может быть продана Японии в обмен на создание в России системы мониторинга в лесном и сельском хозяйстве. Для богатых лесом сибирских территорий вопрос весьма актуален.

Отсюда возникает статья расходов, вызванных принимаемыми на себя обязательствами, - необходимость предоставления информации по мониторингу выбросов. Методики инвентаризации выбросов опираются на статистические данные о количестве сожженного топлива, объемах промышленного производства, величине и способах хранения отходов и о многом другом. Они технически сложны и требуют больших затрат. Значительная бюрократизация процедур, связанных с выполнением Киотского протокола, внедрение систем сертификации и учета выбросов, платный характер различных услуг в этой сфере увеличат издержки на производство продукции. Притом что единая информационная система в этой сфере необходима, ее создание и отладка потребуют серьезных вложений.

Кроме того, появляются дополнительные экономические стимулы к проведению работ по содействию естественному лесовосстановлению, а также по созданию лесозащитных полос и других мероприятий, связанных с защитой лесных и сельскохозяйственных ресурсов. Поглощенный в результате углерод (точнее, соответствующие ему квоты на выбросы) будет иметь рыночную стоимость.

Лесные ресурсы, а именно их способность поглощать углекислый газ, - важная составляющая российского потенциала квот. Он учтен не полностью, и заложенные в Киотский протокол основы должны быть развиты в последующих документах, регулирующих остальные бюджетные периоды. Так, лимит России может быть значительно увеличен. Но такой рост будет иметь смысл, если до 2012 года в стране будет создана система полного учета углерода. Имеющегося сейчас лимита более чем достаточно, чтобы профинансировать соответствующие работы. Фаза 2008-2012 годов важна для отработки методов учета поглощения СО2 .

Время торговать

В ближайшее время Россия может выпускать на рынок торговли квотами и предприятия, имеющие проекты по сокращению выбросов ПГ. При распределении квот на конкурсной основе появится возможность контролировать их общий объем для продажи.

Отметим, что после 2012 года никаких ограничений на выбросы не установлено. По крайней мере пока. Переговоры между участниками протокола начнутся, скорее всего, в ближайшее время. Наиболее выгодный вариант для России - принять на себя обязательства, по которым страна сможет наращивать ВВП заданными темпами и при этом оставаться продавцом квот. Как показывает опыт киотских переговорных процессов, такие перспективы вполне реалистичны.

Что принесет Сибири мировая экономика? Нет сомнений, что на рынок придут технологичные, эффективно работающие компании. А значит, выживут только сильнейшие, которые сумеют приспособиться к новым условиям. Но сибирская экономика, особенно ее несырьевой сектор, находится на низкой ступени развития, и очень многие фирмы не смогут конкурировать на равных с четко организованными мировыми игроками. Поэтому, с одной стороны, местные компании получат серьезный стимул для совершенствования бизнеса, а с другой - будет расти число людей, потерявших работу. Нечто подобное происходит сейчас в Европе, из которой увеличивается отток производств в страны с более дешевой рабочей силой, такие как Китай.

Так или иначе, Киотский протокол усилит инвестиционную нагрузку на предприятия. Если западные инвесторы придут в промышленно развитые или имеющие высокий инвестиционный потенциал регионы, то их заинтересуют наиболее эффективные отрасли: нефтедобыча, энергетика, металлургия. Киотский протокол невыгоден отечественным промышленным компаниям, поскольку приведет к дополнительным издержкам в производстве продукции, частично снизит ее конкурентоспособность.

Сейчас нет серьезных оснований рассчитывать на большие инвестиции в отечественную экономику. Система контроля за соблюдением Киотского протокола и прямое лоббирование конкурентами собственных интересов на рынке торговли квотами может привести к невыгодным для России решениям и открытому диктату. Ограничение или запрет импорта уральской стали, кузбасского угля или любой другой продукции на основании высокой энергоемкости их производства - лишь один пример возможных последствий. Но в любом случае очевидно: Киотский протокол - вопрос для России в первую очередь политический. Экономика и экология пока остаются в стороне.