Немецкий юмор, или Над чем смеются в Германии*

Дитер Буркамп
24 апреля 2006, 00:00
  Сибирь

Юмор — это то, над чем смеются несмотря ни на что. Эта крылатая фраза писателя Отто Юлиуса Бирбаума далеко не в полной мере отражает сущность немецкого юмора

Немецкий юмор, как правило, почти всегда связан со злорадством. Немцы смеются, когда других постигают неудачи, вкуса которых сами они никогда не хотели бы узнать. Вильгельм Буш (1832–1908), человек которого можно назвать основоположником, предвосхитившим появление современных комиксов, личным примером показал, как это делается. Этот сарказм в известной мере присутствовал в нарисованных им историях «Макс и Мориц», «Набожная Елена», «Маленькая обезьянка» или «Плиш и Плюм», которые издавались по всему миру миллионными тиражами и были знакомы каждому немцу в возрасте от 9 до 99 лет. В последующем крупнейшее немецкое сатирическое издание «Симплициссимус» лишь развило и укрепило его. Впрочем, то же самое можно сказать и о книгах Генриха Гофмана, создавшего образы Растяпы и Ганса. Эти истории обычно заканчивались трагически. И концовка неизбежно сопровождалась грозным покачиванием указательного пальца перед детишками, для которых собственно комиксы и предназначались, с целью дать им понять, что и они закончат примерно так же, если не будут слушаться взрослых.

Жизнь и политика

«Симплициссимус», основанный в 1899 году Альбертом Лангеном в Мюнхене, стал не просто первым, а самым значительным карикатурным изданием, затрагивающим в основном сферу политики и общественной жизни. До Второй мировой войны, каждые 10 лет, журнал пополнял штат лучшими художниками, такими как Олаф Гульбрансон, Томас Теодор Гейне, Карл Арнольд и братья Вильке. Они и определяли стиль журнала. С приходом к власти нацистов «Симплициссимус» претерпел серьезные изменения, к публикации разрешались теперь лишь те карикатуры, которые устраивали власть.

Сегодня трудно понять, как можно было смеяться тогда, ведь острое жало сатиры оказалось направлено на противников рейха. Издания насквозь политизировались. У немцев тем не менее еще было над чем посмеяться или, лучше сказать, над чем подсмеиваться. Потому что был такой человек Эрих Озер (1903–1944). Уроженец маленького городка Плауэн, рисовавший под псевдонимом Э.О. Плауэн. Его серия комиксов носила название «Отец и сын». Далекая от политики и рассказывающая о повседневных бытовых хитросплетениях, она завоевала такую популярность в народе, что национал-социалисты даже не наложили запрет на ее публикацию, в отличие от работ других художников. Но это не мешало Озеру быть убежденным противником режима. Противостояние стоило ему жизни. Его не стало в 1944-м, но его комиксы продолжают жить во всем мире, так как истории с участием пузатого и лысого отца и его маленького сына не утратили актуальность и по сей день. Они вне времени, они по-прежнему любимы.

После Второй мировой войны искусство карикатуры переживало рассвет. Почти каждая газета средней величины обязательно брала в штат художника, который в своих работах обрушивался с критикой на деятельность политиков. Испокон веков немцев радовал тот факт, что высмеивание затрагивало в основном тех, кто наверху, то есть власть имущих. Так было уже во времена кайзера, так продолжалось и после становления демократии. С той лишь разницей, что карикатуристы могли «острее затачивать» свои перья, что делало критику куда более резкой, чем во времена кайзера.

Больше никому не надо было бояться того, чего боялся еще Томас Теодор Гейне, — тюремного заключения. Хотя политики и сегодня недовольны большинством карикатур, но они принимают это как должное и, превозмогая себя, сохраняют спокойствие, ибо понимают, что шумиха ни к чему хорошему не приведет, разве что выставит их в совсем уж нелепом свете. Они также понимают, что раз что-то удостаивается внимания карикатуристов, значит это что-то действительно важно. Так что лучше всего по этому поводу вообще промолчать, а иначе лишь сверх обычного насмешишь читающую публику.

Чистокровные образы

Одной из ключевых фигур немецкой карикатуры является deutsche Michel (Михель, шутливо-ироническое прозвище немцев). Он изображен на множестве карикатур и почти на всех выглядит одинаково: маленький, пузатый и в шапочке с помпончиком. Беспомощное создание, смирившееся с участью всю жизнь провести под гнетом начальников. «Deutsche Michel — это наш собирательный образ», — утверждал карикатурист Фриц Вульф (1918–2001). Выходит ли, что мы, немцы, смеемся над ним? Скорее всего, нет, так как Михель — наше отражение в зеркале. Вот такие мы есть, так мы живем, так чувствуем в этой стране. Все, что переживает Михель, — это наша реальность, наша жизнь.

Заставляют улыбнуться и работы Лорио, настоящее имя которого — Вико фон Бюлов. Он создал персонаж с носом картошкой, создал тот тип человека, который более походит на обезьяну, чем на ее потомка. Но он всегда одет с иголочки, на нем фрак и галстук-бабочка. Лорио заставляет нас смеяться от всей души и тем самым отвлекаться от будничной, набивающей оскомину действительности. Его беспомощный человек попадает в нелепые ситуации, это просто квинтэссенция шаржа. Лорио не только занимается печатью, он также создает мультипликацию и продюсирует художественные фильмы, но все его творения неизменно пользуются любовью у публики.

Политические карикатуры, ранее привлекавшие большое внимание, сегодня, напротив, утрачивают свое значение

Смена приоритетов

Политические карикатуры, ранее привлекавшие большое внимание, сегодня, напротив, утрачивают свое значение. Мастера кисти — великие художники послевоенных лет — давно умерли, их последователи тоже достигли весьма преклонных годов. Вальтер Ханель, Хёрст Хаитцингер, Луис Муршец, всем им уже за 60 лет, но они все еще трудятся не покладая рук и все так же неутомимы в своей работе. Отдельные представители молодого поколения подают немалые надежды, но все чаще редакторы газет предпочитают наполнять издание фотографиями, а не рисунками.

Да и политики, собственно говоря, уже не те, что были тогда. По словам Олафа Гулбрансона, «Лицо, которое невозможно нарисовать, — не лицо». Фриц Вольф жаловался, что со времен Аденауэра, Де Голля и Хрущева перевелись политики, обладавшие яркой индивидуальностью, своим собственным неповторимым характером. Сегодня все политики выглядят одинаково, подытоживает Вольф. Единственным исключением в Германии являлся министр иностранных дел Ганс-Дитрих Геншер и, само собой разумеется, Федеральный канцлер Гельмут Коль. Но оба они уже давно отошли от политических дел.

Может быть, в Германии и стали смеяться меньше. «Положение еще никогда не было столь серьезно», — уже в 1950-е годы любил говорить Аденауэр. Сегодня это также справедливо. У немцев все меньше и меньше поводов для смеха, и уж тем более для смеха над другими.

* Размышления немецкого издателя и журналиста Дитера Буркампа о немцах, их истории и отношении к карикатуре.

** Работы, участвовавшие в 2005 году в международном конкурсе карикатур «Деньги как они есть, или Не в деньгах счастье», проведенном журналом «Эксперт-Сибирь».