Административно-бурильный аппарат

Тема недели
Москва, 29.01.2007
«Эксперт Сибирь» №4 (146)
Проблем по углеводородному сырью в Томской области на сегодня почти нет

Два года назад в нефтегазовой отрасли Томской области были большие проблемы — полная неразбериха, если честно. Фактически добычей и разработкой месторождений занимались только два предприятия: «Томскнефть» — нефтью и «Востокгазпром» — газом. Все остальные лицензионные участки на добычу и геологоразведку были разбросаны по мелким структурам, которые, играя на изменении цен нефти и газа, занимались исключительно перепродажей участков. О решении наболевших нефтегазовых проблем и перспективах развития этой отрасли в Томской области рассказывает заместитель главы администрации Томской области Владимир Емешев.

— Владимир Георгиевич, как вам удалось избавиться от мелких недобросовестных недропользователей?

— Причина возникновения и существования такой структуры рынка крылась в том, что местные месторождения были непривлекательны для крупных игроков: отсутствовали аукционы по продаже участков, что, кроме всего прочего, не позволяло увеличивать сырьевую базу даже существующих недропользователей.

В 2005 году мы начали проводить аукционы и за два года вывели на рынок 28 участков на геологоразведку и добычу. Благодаря этому мы привлекли на территорию Томской области такие компании, как «Сибнефть», ТНК-BP, «СургутНефтегаз», «Русснефть», «Восточная транснациональная компания», немецкая компания DGDI-Rautengaz, британский Imperial Energy. Постепенно они поглотили мелких недропользователей, перекупили их участки и начали разработку. Сегодня на этом поле сформировалось добротное сообщество активно развивающихся недропользователей. И если в 2004–2005 годах без учета показателей «Томскнефти» суммарные вложения в недропользование, геологоразведку и обустройство месторождений составляли порядка полутора миллиардов рублей, то в 2007 году этот показатель увеличится в три раза. Вместе с «Томскнефтью» сумма капвложений возрастет до 21 миллиарда рублей.

Сегодня из поставленных тогда, два года назад, задач остается нерешенной только одна. К сожалению, самый крупный недропользователь на территории области — «Томскнефть» — до сих пор находится под внешним управлением, бесконечные пересуды продолжаются. Отсюда риски принятия решений, минимальное участие в социальных программах и недополучение налогов в областной бюджет. Хотя сама производственная программа, принятая менеджментом компании на 2007–2009 годы, на мой взгляд, неплохая. Она утверждена внешним управляющим, определены темпы финансирования. Рассчитана программа в объеме 16,5 миллиардов рублей на добычу 9,5 миллионов тонн нефти ежегодно. И если эту программу в течение ближайших двух–трех лет будут грамотно воплощать в жизнь, то предприятие даже в сегодняшнем положении выйдет на те рубежи добычи, которые планировались до начала его развала.

— Насколько серьезно ситуация с «Томскнефтью» отражается на бюджете области?

— Мы потеряли три миллиона тонн добычи — это около миллиарда рублей налогов ежегодно. В какой-то степени потери компенсировались возросшей ценой на нефть. Налоговые поступления остались на прежнем уровне, но если бы мы не потеряли эти три миллиона тонн, то прибавка в бюджет была бы очень весомой.

— В ситуации с твердым топливом два года назад дела, наверное, обстояли не лучше?

— В 2004 году на нефтяные и газовые «дела» мы получили от федерального агентства 70 миллионов, работы практически не велись. В 2005 году нам удалось получить уже 500 миллионов рублей.

На разработку и добычу твердых ископаемых Томская область не получала практически ничего — всего четыре миллиона рублей. По сути, на перспективу никто серьезно не занимался твердыми полезными ископаемыми.

Областная администрация принимает все меры для того, чтобы создать комфортные условия для инвесторов

В 2005 году мы подняли геологоразведочную документацию, параметрию десятилетней давности и выделили несколько участков недр и природных ресурсов, которыми необходимо заниматься и которые будут востребованы. Нам удалось защитить программу на 2005–2007 годы на 160 миллионов «федеральных» рублей, которые сегодня эффективно работают. Прежде всего, это федеральная программа по поиску урана, это разработка Бакчарского железорудного месторождения, куда инвестирует не только федерация, но и предприятие «ТомГДК-руда», созданное нами специально под этот проект. Это уголь Таловского месторождения, который позволит энергетикам частично заменить голубое топливо твердым. Подняли проект стекольного завода. Планируем строить цементный завод — есть прекрасные известняки, из которых можно делать цемент, так сегодня необходимый строительной отрасли: разработан проект на полтора миллиона тонн цемента в год, сейчас идет поиск инвесторов. Разведываем и добываем золото в небольших количествах. Работаем по редкоземельным металлам — достраивается обогатительная фабрика по добыче ильменита.

— Расскажите о наиболее интересных проектах, реализуемых в нефтегазовом секторе.

— Огромная дорогостоящая программа — разработка правобережья Оби. Уже на сегодня в нее вложено около одного миллиарда рублей из федерального бюджета, и инвестиции продолжаются. Так, в следующем году мы будем зачищать еще две скважины. Федеральное агентство по недропользованию выделяет для этой работы еще один миллиард.

Весьма перспективное направление — палеозой — на участках, которые разрабатываются в левобережье и части правобережья. Это новые горизонты. Сейчас в Томской области очень мало нефти добывается таким способом — всего на двух участках. Мы считаем, что территория, где можно добывать нефть из палеозоя, намного больше, и решили, что на 2008 год получим скважину, а до этого времени, через сейсмику, найдем объект, на котором будем ее бурить. В общей сложности Томская область должна добывать 18–20 миллионов тонн нефти и газа в год.

— Насколько востребованы томские подрядные организации, обслуживающие разработку и добычу? Справляются ли они с объемами работ или приходится привлекать внешние силы?

— Почти все подрядчики — томские предприятия. Сибирская сервисная компания, Томская буровая компания занимаются геологоразведочным бурением. Геофизикой — Колпашевский и Новосибирский тресты. Они всегда делили это поле, поскольку колпашевцы не справлялись в одиночку. Сегодня и этих сил недостаточно; кратно увеличились объемы полевых сейсмических работ, поэтому мы привлекли полевых геофизиков из Нижневартовска и Омска. На разведке скважин с буровиками работают томские специалисты из Томскнефтегазгеологии и Томскнефтегазгеофизики. Над обустройством площадок тоже трудятся только наши подрядчики. На эксплуатационное бурение недавно пришли омские буровики. Разработкой проектной документации обустройства и бурения на 90 процентов занимаются наш Томский научно-исследовательский и проектный институт нефти, а также томский филиал СНИИГиМС и Новосибирский институт геологии нефти и газа СО РАН академика Алексея Конторовича. Немного помогает самарский институт и отраслевые московские институты, которые принадлежат Министерству природных ресурсов. Ориентировочно 85–87 процентов по исполнению объемов подрядных работ в нефтегазовом секторе выполняют томичи.

— Поправки в Земельный кодекс были призваны стимулировать геологоразведку. Активизировались ли недропользователи в связи с этим? Какие тенденции вы можете отметить?

— На начальном этапе эти изменения сказались отрицательно. Были проблемы по срокам оформления земельных и кадастровых вопросов. Но мы все их решили. Неудобства и давления в сроках исполнения своих работ нефтяники и буровики сейчас не испытывают. Эта проблема решена на уровне администрации области.

С тех пор как мы ввели положение о том, что недропользователь, выходящий на территорию Томской области, для получения лицензии должен зарегистрировать здесь новое предприятие, все платежи мы проводим здесь. Конечно, когда речь идет о переделе нефти или газа, то крупные вертикальные холдинги платят часть налогов по переработке в регионы, где идет переработка сырья. С этим трудно поспорить — так положено по закону…

— Тогда, может быть, у Томской области есть перспектива строительства собственного нефтеперерабатывающего завода?

— У нас работают несколько заводов, самый крупный находится в Стрежевом. Он перерабатывает 200 тысяч тонн нефти в год. Есть еще несколько небольших заводов по 20–30 тысяч тонн — керогазы — как мы их называем. Все, за исключением завода в Стрежевом, производят низкокачественную продукцию — в основном дизельное топливо и мазут.

Поэтому сегодня перед нами стоит задача развернуть в Томске завод-миллионник, производящий высококачественное топливо стандарта Euro-4. На выходе получим высокооктановые бензины разных модификаций, моторные масла и настоящий топочный мазут. Вопрос сегодня обсуждается, сырьевая база есть. Несколько предприятий, добывающих небольшое количество нефти на территории Томской области, готовы вложить деньги в строительство. Лет пять назад этот вопрос уже рассматривался, но тогда не была решена проблема сырьевой базы. Сейчас мы к нему снова вернулись и постараемся закончить начатое. Завод выгоден как недропользователям, так и самой Томской области. Правда, не следует полагать, что топливо станет дешевле, в такой плоскости рассматривать вопрос не стоит. Уменьшится транспортная составляющая, но это не сыграет большой роли в ценообразовании. Основное преимущество — повышенная прибыль перерабатывающего предприятия и, как следствие, повышение налоговой составляющей, уходящей в бюджет Томской области. Плюс дополнительные рабочие места, зарплата для жителей и опять же увеличение налоговых поступлений в бюджет.

— Не так давно произошла перерегистрация ранее прописанной в Омске «Сибнефти», в результате чего областной бюджет значительно просел. Вы как-то защищены или пытаетесь защитить себя от такого рода событий?

— Не думаю, что такое может случиться у нас, поскольку один миллион тонн — это не такой уж большой объем. В Омске основной проблемой была перерегистрация огромного холдинга, в структуре которого был и завод, перерабатывающий 28 миллионов тонн нефти в год. К тому же у нашего завода будет не один, а несколько хозяев, а если мы себя грамотно поведем, то определенную долю будет иметь и администрация.

— Иностранные инвесторы все еще боятся идти в Россию, в Сибирь?

— Да, есть определенные риски. Но областная администрация принимает все меры для того, чтобы создать комфортные условия для инвесторов. К нам в регион уже зашли компании с иностранным капиталом, среди них Восточная транснациональная компания, ТНК-BP, Imperial Energy.

— Чем можно стимулировать компании, чтобы они пошли в ту же Восточную Сибирь?

— Принятие налоговых послаблений или предоставление налоговых каникул — хороший шаг, но этого недостаточно. Развитие должно провоцировать строительство Восточно-Сибирской транспортной магистрали. Важно также, будет ли создана государственная нефтяная структура, вокруг которой консолидируется бизнес. В дальнейшем, может быть, будет создан стабилизационный фонд, который в форме кредитов поддержит компании на время разработки месторождений. Я уверен, что к тому времени, когда труба начнет работать, и федеральные власти поймут, что бизнес не смог нарастить добычу, чтобы заполнить ее, появятся новые рычаги активизации добычи.

Важно, чтобы началось развитие глубокой переработки. Вопрос неоднозначный, о нем много спорят. Я считаю, что нужно дать Восточной Сибири развиваться и выходить на глубокую переработку нефти и газа. Поставлять за рубеж не газ, а метанол и пластмассы, не нефть, а моторные масла и высокооктановый бензин. Я полагаю, что появятся новые мощные заводы по переработке, либо будут модернизированы и расширены уже имеющиеся производства. В Хабаровске, в Ангарске есть огромные мощности, которые можно переоборудовать и значительно увеличить объемы и эффективность переработки.

— Вы пришли в чиновники из бизнеса. Ваш стиль работы сильно отличается от других.

— Зная, что такое большой бизнес на практике, зная его нужды и потребности, я вижу проблемы несколько в ином виде. Но проблемы существуют не только в Томской области. Я сталкиваюсь с такими вещами везде. Полагаю, что в будущем поле деятельности субъектов федерации должно сжиматься до каких-то социальных программ, а все остальное должен делать бизнес. То, что пытаюсь делать я, сидя в этом кресле, это все-таки больше из бизнеса. Но понимаю, что сегодня российский бизнес еще не готов самостоятельно вести некоторые проекты, а финансовые инструменты не настолько эффективны, чтобы ему помочь. Региональным властям нужно больше и больше работать в поле бизнеса, помогать ему, тогда и бюджетонаполнение будет расти. Да, нужно поддерживать малый бизнес, развивать инновации и высокие технологии, но надо понимать, что будущие пятьдесят лет Томской области — в Бакчаре, в Таловских углях, в нефти на правобережье Оби. Этот бизнес сложный, и надо всем нам активно с ним работать. Вот таковы задачи на 2007–2008 годы в этом сегменте экономики.

Крупнейшие предприятия Томской области

Общая площадь:    316,9 тыс. кв.км (6,2% территории Сибирского федерального округа; 1,9% территории России)

Население: 1,078 млн человек. Территория Томской области разделена на 140 муниципальных образований: 16 муниципальных районов, 4 городских округа, 3 городских поселения, 117 сельских поселений.

Валовый региональный продукт: 12,8 трлн руб.      

Областной центр:   Томск (483,8 тыс. человек)

Крупные города: Северск (120,4  тыс. чел.)     Стрежевой (42,6  тыс. человек)     Асино (30,7  тыс. человек)     Колпашево (28, 1  тыс. человек)

У партнеров

    Реклама