Эпоха немецкой индустриализации

Немецкий принцип ведения бизнеса, когда одна сторона заинтересована в успешном развитии своего клиента, для сибирских компаний-партнеров служит отличным конкурентным преимуществом

Насколько глубоко проникли немецкие принципы ведения бизнеса в сибирскую экономику, чем руководствуются сибирские предприниматели, завязывая партнерские отношения с немецкими бизнесменами? Ответы на эти вопросы мы попытались найти в четырех сибирских компаниях, работающих в самых разных отраслях экономики.

От пекарни до хлебозаводов

Компания «Хлебник» из Омска связана с хлебным бизнесом более 12 лет. Основанная как мини-пекарня в 1995 году, к осени 2000 года она владела двумя предприятиями и выпускала до 40 тонн хлебобулочной продукции в сутки под торговой маркой «Сибирский пекарь».

Сотрудничество компании с немецким бизнесом началось в 2001 году. «Мы в тот момент занимались реконструкцией омского хлебозавода, и в одной из публикаций в профессиональной «хлебной» прессе натолкнулись на статью о немецкой компании Ismar и ее оборудовании, — вспоминает заместитель генерального директора ЗАО «Хлебник» Леонид Рабчук. — Дело в том, что для производства самых популярных сортов хлеба на нашем заводе применялись технологии непрерывного замеса теста, причем едва ли не тридцатых годов прошлого века. Немцы предложили тот же принцип, но соответствовавший двадцать первому веку. Мы связались с компанией-производителем и организовали первую встречу в Германии. И не так уж важно, что по прошествии определенного времени мы отказались от идеи применять оборудование Ismar. Именно эта компания стала нашим проводником в мир современных хлебопекарных технологий».

Тогда основным отпугивающим фактором в общении с немцами была цена на новое оборудование, и первые совместные идеи внедрялись при помощи оборудования, бывшего в употреблении. Это все же не помешало предприятию догонять Европу в технологии производства хлеба.

Можно сказать, что с 2002 года компания уже полностью ориентировалась на Германию в своих предпочтениях по выбору оборудования и поставщиков. Это была не прихоть руководства или выражение благодарности компаниям, организовывавшим информационные встречи и посещение немецких хлебозаводов. Дело в том, что в этой отрасли нет, пожалуй, двух других таких стран, как Россия и Германия, где были бы столь схожи технологии промышленного хлебопечения и вкусовые привязанности потребителя. Взять хотя бы массовую культуру потребления ржаного хлеба на заквасках. Такого нет больше нигде в мире.

Кроме того, Германия — страна индустриальная, с высочайшей культурой развития машиностроения, в том числе и в хлебной отрасли. Сегодня все важнейшие изобретения в хлебопечении реализованы на практике именно немецкими компаниями.

 pic_text1 Фото: Борис Барышников, компания «Хлебник»
Фото: Борис Барышников, компания «Хлебник»

«Уже в 2003 году мы поняли, что цена немецкого оборудования хоть и высока, но оправдана, поскольку дает преимущества, которые никакие отечественные аналоги дать не могут, — говорит Леонид Рабчук. — Практически весь этот год генеральный директор «Хлебника» Руслан Евтихов провел в поездках по немецким пекарням и по заводам компаний-производителей оборудования. Кроме этого, проводилось обучение технологов при поддержке немецких специалистов Института по переработке зерна из Потсдама. Итогом стало формирование концепции развития предприятия «Хлебник». Основной идеей стала опора на передовые разработки».

Осенью 2003 года компания первой в России приобрела печь компании Wachtel, использовавшую технологию ускорения выпечки, основанную на инфракрасном излучении. Появились на предприятии и немецкие системы дозации и хранения муки. Уже в то время, отмечают в «Хлебнике», немецкие партнеры не боялись передавать компании не полностью оплаченное оборудование. Рассрочка платежей уже была одним из льготных способов приобретения оборудования.

В 2005 году после реализации активов старой компании создано новое ЗАО «Хлебник», ставшее основным заказчиком строительства нового хлебозавода в Омске мощностью 30 тонн хлеба и хлебобулочных изделий в сутки.

Это предприятие будет введено в эксплуатацию уже в середине этого года. В «Хлебнике» говорят, что аналогичного хлебозавода нет не только в Сибири, но и во всей стране. Даже его название компания позаимствовала у немецких партнеров — «промышленная пекарня». Здесь заложено два основных смысла: сохранение бережного отношения к русским традициям искусства выпекать хлеб, но с применением новейших технологий. Практически 95% технологического оборудования — производства Германии, при этом специально для этого завода немцы воссоздали традиционно русскую технологическую цепочку.

Идея такого предприятия возникла давно и основывалась на понимании невозможности модернизировать работающий хлебозавод. Потому и было решено построить его с нуля, чтобы затем эксплуатировать много лет без особых технических проблем, связанных с модернизацией и ремонтом. Вместе с партнерами, германскими компаниями Wachtel, AT-Hefele, Diosna омские хлебопеки работают уже над введением электронной системы управления производством, разработкой новых уникальных продуктов. Вместе с этим в планах развития предприятия — строительство еще одного хлебозавода в Омске в 2008 году, также прорабатывается вопрос проектирования аналогичного завода и в Новосибирске.

Окно в Сибирь

Выстраивание отношений с немецкими партнерами у новосибирской компании «Новолит», производителя оконных конструкций, началось практически с момента ее создания в 1997 году. К этому имелись свои предпосылки: оборудование, которое использовала компания в то время, было германского производства. «Когда появилась необходимость покупки нового оборудования, конечно, обратились к той фирме, лейбл которой стоял на работавших у нас подержанных станках, — рассказывает генеральный директор компании «Новолит» Станислав Барковский. — Это была фирма URBAN, к их станкам никаких претензий не было, и потому мы продолжили дальше с ними работать, докупать оборудование и комплектующие. Параллельно развивалось сотрудничество с компанией Gealan, которая в то время поставляла нам ПВХ-профили, а сейчас уже является партнером в производстве профилей в Сибири. С обоими производителями мы начали работать без особых проблем буквально сразу, с первой поставки. Конечно, сначала отношение к нам со стороны немецких партнеров было настороженным. Неудивительно, ведь когда к вам кто-то приходит впервые и говорит: «Дайте лучшую цену и лучшие условия», первой вашей реакцией будут слова: «А с какой стати?». Наши деловые связи проверялись и шлифовались временем, тут я не открою особого секрета, ведь так происходит и между сибирскими партнерами, и везде в мире».

В феврале 2006 года произошло слияние компаний «Новолит», «Канадский дом» и «Геалан-Сибирь» — с этого момента начинается история Группы компаний «Новолит». Gealan имеет заводы в Польше, Литве, Румынии, два предприятия в Германии и два лицензированных производителя в России — фирмы «Профиль-Санкт-Петербург» и «Геалан-Сибирь». В связи с этим немецкие специалисты постоянно контролируют производство, приезжая на сибирские заводы.

Специалисты «Новолит» тоже не сидят на месте. В свое время его руководители посетили около двух десятков крупных, средних и мелких немецких оконных предприятий, для того чтобы увидеть, как идет их развитие, решить, какое необходимо для этого оборудование, какова должна быть его расстановка в цехах.

С недавних пор производство пластиковых окон Группы компаний «Новолит» открыто в Омске. Производительность заводов «Новолит» составляет более 380 тыс. кв. м оконных конструкций (примерно 216 тыс. стандартных двустворчатых окон) в год. «Мы пока нарисовали себе четкий двухлетний горизонт по просчету бюджетов по всем направлениям бизнеса, — говорит Станислав Барковский. — Планируем стабильный рост бизнеса. По оконному направлению — 20-процентный рост на 2007 год, на 2008-й — 15-процентный. По профильному направлению рост должен составить около 35 процентов. На закупку нового оборудования мы затратили в конце прошлого и в начале этого года два миллиона евро».

Полиграфия без преград

Не только сибирские компании ищут партнеров в Германии. Уже никого не удивить тем, что немецкие компании включаются и в обратный процесс — то есть активно ищут партнеров в Сибири или даже открывают здесь собственные представительства.

Совсем не так было в дикие 1990-е годы, когда о взаимном доверии сибирский бизнес мог только мечтать. Между тем, именно в то время пришла на местный рынок немецкая полиграфическая компания Heidelberg. Обладающая мировой известностью, занимающая порядка 45–48% мирового рынка производства полиграфических мощностей, компания, казалось, могла себе позволить подобный прорыв в Россию и Сибирь. В Москве филиал компании открыт в 1996 году, до этого ее продукцию в нашей стране представляли дилеры — одна небольшая австрийская компания. Сибирский филиал ведет отсчет своей работы с 1997 года, в зону его ответственности входят Новосибирск, Красноярск, Владивосток и Монголия.

 pic_text2 Фото: Борис Барышников, компания «Хлебник»
Фото: Борис Барышников, компания «Хлебник»

На самом деле, открытие у нас немецкого представительства полиграфической компании — явление нетипичное. «Немцы вообще очень осторожны, они скрупулезны в принятии решений, которые могут затронуть развитие компании, тем более если это касается вопроса об открытии новых офисов в других странах, — делится наблюдениями руководитель межрегионального центра компании Heidelberg «Сибирь – Дальний Восток» Максим Епифанцев. — Оборудование фирмы Heidelberg присутствовало в Сибири всегда — оно закупалось посредством так называемых «цековских» поставок, когда ЦК КПСС приобретало для крупных типографий полиграфические станки. Последним таким оборудованием стал станок, поставленный в новосибирскую типографию «Советская Сибирь» в 1987 году. Но, даже несмотря на это, немцы вряд ли решились бы открывать тут представительство в 1990-е, если бы не приход в компанию нового руководителя, генерального директора Хартмута Медорна».

Хартмут Медорн — очень нетипичный менеджер для Германии, сын простого кузнеца, добившийся успеха в профессии исключительно благодаря своей деятельной и волевой натуре.

Дело в том, что немецкое общество очень расслоено по разным критериям, это не афишируется, но если вы не принадлежите к элите, то пробиться наверх непросто. Все успешные карьеры менеджеров «с низов» делаются через рискованные решения. Тому, кто хочет победить, приходится брать на себя максимум ответственности. Возможно, таким рискованным проектом для Медорна и стало открытие представительств в России.

Сейчас Медорн продолжает карьеру в Deutschbahne (компания управляет немецкими железными дорогами), но импульс развития, заданный им компании Heidelberg, продолжает приносить плоды и по сей день. Если в 1997 году оборот сибирского представительства компании был порядка 1,5 млн немецких марок, сегодня он составляет уже около 10 млн евро в год. По всем форматам печатных машин компания занимает здесь около 55%.

Как говорит Максим Епифанцев, причина успеха — в немецком подходе к ведению бизнеса. «Мы занимаемся фактически продажей не станков, а бизнеса. Если сейчас ко мне придет клиент и будет просить продать оборудование на сумму, скажем, в полтора миллиона евро, то, скорее всего, он получит отказ. По крайней мере, до тех пор, пока мы не поймем, что полиграфический станок, который он получит, позволит его компании успешно развиваться. Для нас главное, чтобы фирма клиента уверенно росла. Фактически мы зарабатываем на второй, третьей и последующих продажах, то есть на динамике развития предприятия. Я понимаю, что если сейчас не расспрошу клиента о его настоящих потребностях, о квалификации персонала, не подскажу оптимальный вариант, то потеряю репутацию и будущие доходы».

На службе авиации

В отличие от фирмы Heidelberg, ООО «Хандтманн Руссланд» представляет собой пример дочерней компании немецкого предприятия, пришедшего на российский рынок сравнительно недавно — всего лишь весной 2006 года.

Немецкая Группа HANDTMANN принадлежит семье Хандтманн и ведет историю своего бизнеса вот уже более 130 лет. Сегодня в состав Группы входят семь производственных направлений — от одного из крупнейших литейных комплексов, где занято более двух тысяч рабочих и инженеров, до современнейшего завода по производству высокоскоростных многокоординатных металлообрабатывающих центров.

ООО «Хандтманн Руссланд» представляет в России самое высокотехнологичное станкостроительное направление группы. Продукция завода — современнейшие станки — хорошо известны на мировом рынке и особенно успешно зарекомендовали себя на авиастроительных предприятиях, в том числе на заводах концернов Boeing и Airbus. С 2005 года высокотехнологичные станки с маркой HANDTMANN поставляются и в Россию.

Первым их покупателем стал Новосибирский авиастроительный завод — НАПО им. В. П. Чкалова, входящее в состав известного российского авиационного холдинга «Сухой». «Для реализации государственной программы строительства нового гражданского среднемагистрального самолета Superjet холдинг «Сухой» и НАПО проводят сегодня серьезную модернизацию производства, и их выбор не случайно пал на современнейшие обрабатывающие центры HANDTMANN», — считает генеральный директор ООО «Хандтманн Руссланд» Юрий Яковец. — Эти машины даже не принято называть станками — один такой современный высокотехнологичный комплекс заменяет десятки единиц устаревшего оборудования».

После поставки первых станков на новосибирский завод Группа HANDTMANN заключила контракты на поставку новейших обрабатывающих центров и на другие известные российские авиастроительные предприятия — заводы корпораций «МиГ» и «Иркут», которые участвуют в программах производственной кооперации с концерном Airbus.

Продолжается программа закупок и для завода им. В. П. Чкалова — буквально на днях заканчивается монтаж нового, только что прибывшего обрабатывающего центра.

По договоренности с НАПО на территории завода открыт Новосибирский сервисный центр. В его развитие немецкая компания инвестировала значительные средства — созданы рабочие места, специалисты прошли обучение в Германии, оборудованы современные офисы, склады, завезены запасные части, монтажное и сервисное оборудование. Выигрывают от этого и сибирские авиастроители — возможность быстрого и профессионального сервисного реагирования позволяет снизить до минимума потери от простоя дорогостоящего оборудования.

«Далеко не каждая фирма может себе позволить такие значительные инвестиции уже после первых продаж на новом рынке, — говорит Юрий Яковец. — Такой шаг со стороны Группы HANDTMANN свидетельствует не только о высокой оценке перспектив сотрудничества с сибирским бизнесом, но и об уважении к своим российским партнерам. Компания хочет предоставить своим российским потребителям полноценный бизнес-продукт по высоким европейским стандартам — не просто продать дорогостоящее оборудование, но и обеспечить все условия для его эффективного использования».

Начало большого пути

Германские бизнесмены никогда не скрывали, что экспорт в Россию остается фактором роста их компаний. В свою очередь, наладившие отношения с немецкими партнерами представители сибирских предприятий отмечают в последнее время рост взаимного уважения и доверия. Об этом свидетельствует, например, тот факт, что сегодня условия продажи оборудования сибирским компаниям по стопроцентной предоплате уже ушли в прошлое. При этом совсем не важно, именитая вы компания из Москвы или молодая фирма из сибирского региона.

«Я нередко слышу от наших поставщиков шутливые жалобы на то, что в России они проводят времени не меньше, чем дома, и постоянные обещания вскоре заговорить по-русски. Все это сигналы усиления внимания к нашей стране, — уверен заместитель генерального директора ЗАО «Хлебник» Леонид Рабчук. — Законы ведения бизнеса вряд ли индивидуальны для каждой страны, практика и опыт — уникальны. Здесь у немцев есть чему поучиться, и мы не стесняемся это делать. У них стоит перенимать организационную структуру предприятий, отношение к персоналу, оптимизацию производства и многое-многое другое. Надеемся, что на нашем новом предприятии все самое лучшее именно и будет реализовано».

С ним согласен и Станислав Барковский: «Сейчас, после многих лет сотрудничества с нашими германскими партнерами, мы очень дружны. Полное взаимопонимание, все вопросы решаются либо по электронной почте, либо по телефону. Если раньше переговоры у нас могли занимать до двух суток, то в последнее время решения принимаются на встречах часа за три».

По его мнению, сегодня российские методы управления бизнесом мало чем отличаются от немецких. «Существует достаточно ограниченное количество способов ведения дел в компании, все они давно известны, и что-то новое придумать невозможно. Естественно, в России только-только формировалась бизнес-среда, были какие-то попытки идти своим путем, но в конечном итоге успешными становились те, кто перенимал опыт, кто пользовался правилом обучения на чужих ошибках. Сейчас у всех лидирующих компаний Европы, Америки, Азии методы ведения бизнеса одинаковы. Мы уже не отстаем от них. Тот, кто отставал, уже не работает на рынке: он не хотел учиться и разорился».

Но, к сожалению, есть и не столь оптимистичная точка зрения на то, как идет взаимопроникновение немецкой и сибирской культур ведения бизнеса.

«Учиться у немцев, конечно, нужно. Ведь что такое бизнес? Это создание какой-то стоимости на базе имеющегося актива, и без него создавать высокую стоимость вы не сможете, — говорит Максим Епифанцев. — Возможно, потому очень конкурентоспособно на рынке немецкое оборудование как более совершенное средство создания новой стоимости, прибыли. Вопрос в том, какие к способностям нашего менеджмента прилагаются активы. Российский пласт бизнеса очень сырой, сейчас все переживают болезнь роста, которую Запад пережил в 1920–1950-е годы. Сибирские компании, к сожалению, мало что пытаются перенять из опыта компании Heidelberg. Приходится констатировать, что мы не заслужили того, чтобы наши достижения и умения уважали. Почему? Оглянитесь вокруг. Сменится одно поколение бизнесменов, возможно, два, и тогда что-то, может, и изменится. Сейчас главный вопрос у собственников бизнеса: передавать ли управление своими активами наемным менеджерам или самим продолжать ими управлять. О какой эффективности здесь может идти речь?».

Что можно тут возразить? Да и нужно ли? Немецкая скрупулезность — национальная черта, она — основа всего германского, что бы это ни было — механика или система управления бизнесом. Но все равно самые яркие прорывы в немецкой экономике делают такие люди, как Хартмут Медорн. Есть в их напоре что-то от русской эмоциональности. Так что сплав немецкой педантичности и нашей импульсивности — не самое плохое сочетание для ведения бизнеса.