Звуки денег

Борьба за соблюдение авторских прав набирает обороты и в сибирском регионе. В залах ресторанов и в супермаркетах вместо современной музыки скоро зазвучит классическая. Потому что на получение полномочий по сбору причитающихся правообладателям денег претендуют сразу несколько организаций

Борьба с нарушениями авторского права в России, столь необходимая для вступления страны в ВТО, очень скоро коснется не только продавцов музыкальной и видеопродукции, но и вообще любого бизнеса. Оказывается, платить за использование фонограмм нужно не только радиостанциям, но и любому предприятию, в залах которого играет музыка. Проблема только в том, что собирать с предпринимателей деньги хотят сразу несколько структур.

Слова и музыка

В советские времена основной статьей доходов популярных поэтов и композиторов были отнюдь не смешные гонорары за издание их произведений, а отчисления, получаемые с предприятий общественного питания, в залах которых вокально-инструментальные ансамбли исполняли полюбившиеся народу хиты. «Тогда все было довольно просто, — рассказывает заместитель директора сибирского филиала Российского Авторского Общества (РАО) Александр Мальцев. — Ни одно произведение не могло быть исполнено публично без специального утверждения». Игравшие в ресторанах музыкальные коллективы представляли программу выступления в управление торговли, а оттуда установленные законом отчисления поступали на счета Союза композиторов и Союза писателей, а затем уже шли авторам слов и музыки популярных шлягеров.

В новой капиталистической России даже с уплатой предпринимателями налогов долгое время были значительные сложности. А о том, чтобы отдавать деньги за звучащую в залах музыку, никто и не вспоминал. Ситуация начала меняться совсем недавно, когда России недвусмысленно дали понять, что при нынешнем положении с соблюдением авторских прав даже говорить о вступлении ее в ВТО смешно.

Первым в Сибири активизировалось РАО, давно имевшее в регионе свой филиал. По словам Александра Мальцева, его подразделением заключено уже порядка 200 договоров с предприятиями общепита. «Это, конечно, капля в море, но у нас просто не хватает людей, весь штат у нас всего девять человек», — сетует представитель РАО.

Само РАО является, по сути, объединением авторов — владельцев прав на те или иные произведения, которых в картотеке общества больше 18 тыс. Как хозяева данного товара, они и определяют цену на его использование, поясняет Мальцев. РАО определен довольно обширный «прайс-лист», в котором потенциальные плательщики разделены на группы и подразделы, для каждого установлена своя такса. В одних случаях цена привязана к количеству посадочных мест или площади, в других — к обороту предприятия. Например, кафе или бар с количеством посадочных мест от 51 до 60 обязано «отстегивать» поэтам и композиторам по 1 700 рублей в месяц. Для ресторанов же аналогичного размера эта ставка составит 3 000 рублей. С магазина площадью 1–1,2 тыс. кв. м причитается уже 3 400 рублей. А, например, фитнес-клуб или тренажерный зал должен платить 2% от выручки (но не меньше определенной минимальной ставки, которая зависит от площади помещения).

Как и всякое уважающее себя коммерческое предложение, правила РАО имеют систему скидок от объема. Сетевые магазины, рестораны и вообще любые предприятия-плательщики, имеющие сразу несколько точек обслуживания клиентов, могут рассчитывать на определенный дисконт — до 25% от суммы (для более чем 100 магазинов или заведений).

В дальнейшем схема распределения поступлений между «адресатами» выглядит следующим образом: предприятия-плательщики представляют в РАО списки использованных произведений, на основе которых аккумулированные таким образом средства распределяются между поэтами и композиторами. За вычетом, разумеется, некой «малой доли», которая необходима для обеспечения функционирования аппарата РАО.

Семеро с ложкой

Кроме авторских прав существуют так называемые смежные права. В данном контексте это прежде всего права на фонограммы. То есть если звучит песня Раймонда Паулса на стихи Ильи Резника в исполнении Аллы Пугачевой, то объектом авторского права являются стихи и музыка, а объектом смежных прав — голос Аллы Пугачевой. Часто их владельцем оказывается не конкретное физическое лицо, а звукозаписывающая студия — или, говоря современным языком, музыкальный лейбл (поскольку, собственно, сама звукозапись — операция техническая). Хотя для этого потребуется заключение специального соглашения — формально, по умолчанию, владельцем смежных прав считается непосредственный исполнитель.

Принципиальное отличие одного от другого заключено в том, что, написав один раз музыку, композитор становится ее владельцем навсегда (точнее, на 70 лет). В случае же с фонограммами объектом смежного права является только конкретный трек, поясняет Мальцев. Ничто не мешает исполнителю спеть ту же песню еще раз в другой студии.

Это принципиальное различие и стало причиной удивительного явления — свои услуги по защите смежных прав (а именно по сбору денег с предприятий-плательщиков) сегодня предлагают сразу несколько организаций. Две из них не так давно громко заявили о себе и в Сибири: это Российская фонографическая ассоциация (РФА) и Российское общество по управлению правами исполнителей (РОУПИ). Этими двумя названиями, впрочем, список отнюдь не исчерпывается — на европейской части России действует уже как минимум пять аналогичных структур. Гендиректор РФА Вадим Ботнарюк объясняет этот феномен тем, что с формальной точки зрения никто не может препятствовать созданию очередной структуры по коллективной защите чьих-либо прав.

Суть коммерческих предложений РФА и РОУПИ ничем принципиально не отличается от правил РАО — разве что ставки там чуть повыше, да методика расчета кое-где отличается. Например, «Положение о минимальных ставках...», принятое совместным решением этой организации, Русского общества по управлению смежными и авторскими правами (РОУСАП) и Российского общества по смежным правам (РОСП), устанавливает следующие ставки отчислений: при проведении зрелищных мероприятий — 5% (от поступившего дохода — для мероприятий с платным входом или от общей суммы затрат на проведение мероприятия); для предприятий торговли и бытового обслуживания — 0,2% от оборота; для предприятий общественного питания — либо 0,2% от оборота, либо (если эта сумма оказывается меньше) в зависимости от количества мест в заведении. Например, ресторан, имеющий от 85 до 100 мест, должен платить 6 тыс. рублей в месяц.

 pic_text1 Фото: Станислав Соколов
Фото: Станислав Соколов

Проблема здесь в другом — кому конкретно платить деньги, чтобы не иметь потом проблем с правоохранительными органами. Руководитель «Сибирского Медиа Центра» (СМЦ) — структуры, представляющей интересы РОУПИ, — Алексей Крестьянов, например, убежден, что сибирским предприятиям лучше всего иметь дело именно с РОУПИ, поскольку эта организация создана как некоммерческое партнерство и имеет большое число договоров с конкретными исполнителями. А вот в РФА уверены в том, что РОУПИ может представлять интересы только тех людей и организаций, которые непосредственно заключили с ней договор. То есть, если у вас в ресторане или магазине играют треки, правообладатели которых отсутствуют в каталоге РОУПИ, вы можете вежливо указать представителям данной организации на дверь.

РФА же, по утверждениям Вадима Ботнарюка, сегодня имеет договоры с большинством музыкальных лейблов, действующих в России (в том числе и филиалов международных компаний), имея право представлять интересы владельцев «90 процентов всей музыки, звучащей в стране». Список «клиентов» РФА, действительно впечатляющий — здесь и BMG, и Sony, и «Реал Рекордс», и «Союз», и еще порядка 20 крупных структур такого типа.

В качестве еще одного своего преимущества в РФА называют связи их организации с аналогичными национальными структурами в других странах (их более 100) — например, британской PPL, итальянской SCF, GVL (Германия), SCPP (Франция). У РОУПИ, впрочем, работа по налаживанию международных связей тоже поставлена неплохо. Как указано на сайте компании, эта структура является «единственным российским членом» международной организации по защите прав обладателей смежных прав SCAPR и европейской ассоциации организаций по защите прав исполнителей AEPO-ARTIS, имея кроме того действующие договоры с целым рядом национальных организаций из Ирландии, Швеции, Польши и других стран.

Основные конкуренты на правовом поле РФА и РОУПИ постоянно обмениваются разоблачающими заявлениями друг против друга. Так, по словам директора по региональному развитию РФА Эрика Вальдес-Мартинеса, его организация выиграла уже немало споров с РОУПИ в суде. На сайте РФА, действительно, добрая половина последних новостей с сообщениями об очередном решении арбитражного суда в споре этой структуры с РОУПИ.

Где деньги

Размеры платежей, которые настойчиво предлагают вносить на свои счета вышеупомянутые организации, на первый взгляд невелики. Однако в сумме составляют очень приличные деньги. Совокупный оборот розничной торговли в СФО в первом полугодии 2007 года, например, составил 647,3 млрд рублей. Еще на 190 млрд рублей в Сибири было оказано платных услуг населению. А поскольку практически повсеместно в залах играет музыка (даже если основной целью ее является увеселение самих работников торговли и услуг), то получается, что сибирский розничный бизнес задолжал владельцам смежных прав как минимум 1,62 млрд рублей (и еще порядка 800 млн поэтам и композиторам).

Нужно заметить, что торговые компании пока вообще не в курсе грядущих поборов. До них у РОУПИ и РФА просто еще не дошли руки. Вадим Ботнарюк, например, признает, что у его организации в Новосибирске пока только два плательщика — и те являются региональными подразделениями сетевых радиостанций. Да и в Москве основной поток наличности в РФА тоже идет пока от радийщиков.

Так что пока основные усилия защитники авторских и смежных прав направили на рестораторов. Исполнительный директор Сибирской ассоциации рестораторов и отельеров (САРО) Александр Беликов признает, что выполнять закон придется. Но у предпринимателей есть целый ряд претензий к «сборщикам». «У нас нет никакой уверенности в том, что перечисляемые деньги идут в карман авторам и исполнителям музыки, а не тратятся на функционирование этих организаций», — сетует Беликов.

Алексей Крестьянов на вопросы, кому и сколько РОУПИ перечисляет денег, отвечает, что это коммерческая тайна и вообще негоже считать деньги в чужом кармане. Вадим Ботнарюк чуть более открыт, хотя также не склонен называть точных цифр. Тем не менее, по его словам, даже сегодня, когда деньги по этой статье платят менее 2% тех, кто это должен делать, один исполнитель «уровня Меладзе» получает от РФА 100–150 тыс. рублей каждое полугодие. При этом руководитель РФА делает упор на то, что его структура регулярно проходит аудиторские проверки, так что финансовые потоки в данной организации пусть и не прозрачны для широкой публики, но, по крайней мере, подконтрольны.

Должен остаться только один

Оживление поборников авторских и смежных прав объясняется тем, что в 2006 году появилась 4-я часть Гражданского кодекса (ГК), которая вступает в силу как раз с 1 января 2008 года. В результате все прежние законы и нормативные акты — об авторском праве, о патентном праве, о товарных знаках и так далее (их всего больше 50), утрачивают силу. Теперь ГК свел все законодательные нормы в один нормативный акт, чем несколько облегчил работу как непосредственных защитников авторских прав, так и правоохранительных органов, призванных им в этом содействовать. Но главное, ко всему прочему, недавние поправки в Уголовный кодекс существенно ужесточили ответственность за нарушение этих норм закона. Так что теперь (в исключительных случаях) за это могут дать до шести лет лишения свободы. Как весело шутят юристы — нарушение авторских прав в России приравняли к изнасилованию.

Кто из представляющих интересы авторов и исполнителей прав (точнее, у кого прав больше), сегодня разобраться довольно сложно, и, возможно, не особенно нужно. Как поясняет Александр Мальцев, с 2008 года вступят в силу изменения в Гражданский кодекс, которые предусматривают создание института государственной аккредитации для организаций, представляющих интересы правообладателей. Такую аккредитацию для каждого вида прав сможет получить только какая-то одна структура. Пока, правда, даже не началась работа по определению критериев такого отбора. Вадим Ботнарюк признает, что и с появлением аккредитации возможность представлять интересы третьих лиц в России останется, но, в отличие от нынешней ситуации, когда РФА и РОУПИ требуют деньги за музыку вообще (то есть представлять неопределенный круг лиц), в будущем подобная неаккредитованная организация сможет собирать платежи только за использование конкретных треков.

Кстати, у предприятий «торговли и услуг» есть легальная возможность развлекать посетителей музыкой и не платить ничего — ни РАО, ни РФА. Для этого придется, правда, нанять музыкантов, которые будут играть и петь вживую, исполняя произведения, на которые охрана авторских прав уже не действует. Например, фуги Баха или народные песни.

Группа компаний «Конквест» управляет в Новосибирске развлекательным комплексом Stone House, который включает в себя бар Old Irish, кофейню «Шансонье», японский ресторан «Суши-Яма», ресторан европейской кухни «Сафари» и клуб «Рок-сити». Кроме того, компания владеет Pub 501 и гриль-баром «Сальса». «Конквесту» также принадлежат несколько монобрендовых магазинов одежды (в том числе Benetton, Levi`s и Sisley) и кондитерское производство «Эстье».