Единая немытая Россия

Галина Казарина
18 февраля 2008, 00:00
  Сибирь

Водном из студенческих общежитий Новосибирска появилось объявление. В отличие от других, на небольших листочках, оно размещалось на здоровом плакате. Дабы каждый, сюда входящий, непременно увидел. Автором выступила заведующая общежитием. Черным по белому, наиболее важные слова выделяя красным, она написала, что грядет городской смотр-конкурс студобщежитий. Жильцам оного предлагалось навести порядок в комнатах, выдраить места общего пользования, не успеть «загадить» (слово-то какое благозвучное нашлось!) специально отмытые к конкурсу пепельницы и раковины, спрятать на время «живность» — ни в чем не повинных клопов и тараканов, убрать, наконец, новогодний мусор. Заканчивалось объявление хорошо, по-нашему: «Сделайте вид, что у нас, типа, все нормально!».

Вид сделали. И наверняка, не только в этом общежитии — конкурс-то городской. Судейская комиссия ушла, а беспорядок, требующая капитальной замены сантехника, не желающие прятаться клопы и тараканы, пакеты, до отказа набитые мусором, остались. Все нормально! Без «типа». Так уж исторически сложилось, что фасады в России важнее истинного положения дел. И под словами завобщежитием в случае проверки мог бы подписаться каждый российский руководитель: и глава территориальной администрации, и директор школы, и топ-менеджер любой компании в страхе внешнего аудита.

Когда русский человек порядки наводит? Правильно, когда к нему приходят гости. А когда это визитеры в виде контролирующих органов, то «драить» надо особенно тщательно. Вспомните гоголевского попечителя богоугодных заведений Артемия Филипповича Землянику, который надевал на больных чистые колпаки только в угоду ревизору.

То же самое с юбилеями и иными церемониалами. Выложить плиткой разбитые тротуары, залить растрескавшийся асфальт и покрасить обшарпанные дома в новосибирском Академгородке можно было только к пятидесятилетию СО РАН. Конечно, незачем это было делать годом раньше. Люди привычные — и так поживут, а вот к приезду высоких гостей подготовиться нужно непременно. И так в любом российском городе — варьируется лишь количество юбилейных лет.

О том, как латали дыры к трехсотлетию нашей Северной столицы, мне охотно рассказывал не скупящийся на слова местный шофер. Ремонт дороги, по которой мы направлялись на завод крупной международной компании, произвели исключительно к юбилею Санкт-Петербурга, и то лишь потому, что именно по ней должен был проезжать кортеж высоких иностранных гостей. Свалки мусора, которые находились по обеим сторонам шоссе, к сроку убрать не успевали, поэтому на протяжении всей трассы возвели невысокий забор. С виду — красиво, а что за забором — неважно.

Обуреваемому большой и чистой любовью ко всему человечеству, русскому человеку, пардон, наплевать (и зачастую буквально) на свое житье-бытье. «Дикий мы народ! — совершенно справедливо писал Иван Алексеевич Бунин. — Самое что ни на есть любимое наше, самая погибельная наша черта: слово — одно, а дело — другое! Русская, брат, музыка: жить по-свинячьи скверно, а я все-таки живу и буду жить по-свинячьи».

Признаки «немытости» наблюдаются везде и всюду. Взять хотя бы наше бесхозное жилищно-коммунальное хозяйство. Финансирование отрасли недостаточное. Количество ветхого и аварийного жилья с каждым годом увеличивается. Абсолютно во всех российских городах показатель изношенности тепловых сетей в разы превышает норму. Три дня подряд в одно и то же время проезжая по одной новосибирской улице, наблюдала неизменную картину: у люка, на всю окрестность расточавшего грязный черный пар, подбоченившись, как красные девки, стоят двое рабочих, думу великую думая: что делать? Ищет ли кто-то ответ на вопрос «кто виноват»?

Локальные системы канализации давно требуют (извините за банальную рифму) модернизации. Работник одного из очистных сооружений Новосибирской области захватывающе рассказывал мне об опасностях, поджидающих его на рабочем месте: если неверно рассчитать ширину шага, выходя из машины, можно угодить прямо в яму с отходами.

Поглубже вдохнув, оглянитесь кругом. Экологизация транспорта и повсеместное использование нейтрализаторов выхлопных газов, может быть, когда-нибудь решат проблему номер один российской экологии — загрязнение атмосферного воздуха токсичными веществами автомобильных выбросов, но пока в больших городах удельный вес опасных автомобильных выхлопов составляет от 70 и выше процентов от общего объема выбросов. «Умеренно загрязненная» и «сильно загрязненная» — лишь в этих категориях описывается сегодня состояние рек в России. А свалку для промышленных отходов (и уж тем более бытовых) можно сделать где угодно. Предприятию выгоднее заплатить штраф за незаконное размещение отходов, чем перерабатывать их.

Вспомните о российской традиции отмывания нелегальных доходов — тоже своеобразная форма немытости. «Черная» зарплата. По разным данным, доля таковых в России — от 20 до 50 процентов от общего числа. Пока этим способом оплаты труда пробавляются даже в органах государственной власти, «черным» зарплатам никогда не «побелеть».

Не забудьте о не всегда чистых на руку чиновниках, сотрудниках правоохранительных органов, преподавателях вузов. Все продаются и покупаются. Но зато от чистого сердца помогают согражданам! Не одним, так другим. Неважно, кто прав, главное — у кого больше барашек в бумажке.

Наконец, Россия до сих пор остается лермонтовской «страной рабов, страной господ». Последние превращают первых в индифферентную молчащую массу, во всем диктуя свою волю. Подчас по-господски оставляют без куска хлеба и крыши над головой (иногда великодушно дают взамен казенную похлебку и потолок тюремной камеры).

Утвердившееся в веках определение великого поэта дополнит картинка из нашей современной жизни. У роскошного, блестящего на солнце джипа, припаркованного около крупного торгового центра, стоит старушка — на костылях, в грязной изношенной одежде, с протянутой рукой. Поистине, Россия — страна контрастов. А единство ее разве только в немытости?