Вне времени

Красноярский экономический форум показал, что активность крупнейших индустриальных компаний в Сибири еще долго будет связана с сырьевым, а не с инновационным сценарием

Водном из недавних интервью губернатор Красноярского края Александр Хлопонин согласился, что ставший традиционным в городе на Енисее экономический форум отчасти является PR-проектом: «Край нуждается в наступательной рекламе и укреплении деловой репутации. Форум очень в этом помогает. Но сводить его значение только к PR-проекту я категорически не согласен». Пожалуй, действительно так. Во-первых, Красноярский экономический форум (КЭС) вышел за рамки региона и уже принимает политиков, владельцев и функционеров крупного отечественного бизнеса высших рангов. Во-вторых, предоставляет площадку для презентаций инвестиционных проектов не только в рамках Сибири, но и Дальнего Востока, и европейской части страны. Если внимательнее посмотреть на результаты предыдущих форумов и глубже разобраться в «выхлопе» ряда предлагавшихся там инвестиционных проектов, становится очевидным, что главные результаты от проводившихся КЭС получал и продолжает получать в основном Красноярский край. Да и то — все менее масштабно, менее глобально.

Раз форум, два форум

Первый форум, организованный Александром Хлопониным в 2004 году, вообще назывался инвестиционным и имел целью сдвинуть с мертвой точки проблему достройки Богучанской ГЭС. Для этого были приглашены два основных для региона инвестора — РАО ЕЭС и «Базовый элемент». Заметим, что эпизодические и безрезультатные переговоры между ними о судьбе Богучанки шли уже несколько лет. РАО не могло самостоятельно осилить завершение проекта, «Базовый элемент» критиковал методы поиска средств на ее строительство. Тогда хозяину форума удалось «уговорить» энергетиков и алюминщиков подписать лишь протокол о намерениях, по которому Богучанка и новый алюминиевый завод должны создаваться в комплексе. Для этого и была создана общая компания — Богучанское энергометаллургическое объединение (БЭМО). Других ощутимых результатов не было, потому что тогда еще не существовало объединенного Красноярского края, а «Роснефть» только начинала интересоваться перспективами Ванкорского месторождения в Эвенкии. «Газпром» тоже ничего конкретного не мог сказать, так как только начал разведочные работы.

На втором, также «краевом инвестиционном» форуме 2005 года был представлен пул перспективных проектов, встроенных в регион «под энергию» Богучанской ГЭС: строительство в Нижнем Приангарье алюминиевого завода, двух целлюлозно-бумажных и горнорудного комбинатов, ряда других производств. Хлопонин даже дал этой группе инвестиционных проектов громкое, но вполне оправданное интригующее название — «Новая индустриализация Сибири». Говорилось, что эффект от этих предприятий может принести несколько миллиардов долларов налогов уже через 10 лет. А стимулом для этих проектов послужило объединение Красноярского края (референдум состоялся в апреле 2005 года, и с 1 января 2006 года регион стал единым). Очевидно, что создание единого субъекта федерации упростило инвестиционную ситуацию (например, теперь все лицензионные участки «Роснефти» находятся на одной территории).

Третий экономический форум 2006 года собрался уже под лозунгом «Развитие востока России». Идеи участия в нем начали проникать в руководящие головы регионов: можно показать свои проекты и попытаться выбить из федерации денег на их осуществление. Однако хорошо это получилось только у Александра Хлопонина, так как он лоббировал в Москве идею государственно-частного партнерства, которая успешно захватила умы высоких федеральных чиновников. В результате в администрации края появилась уверенность, что край получит деньги на инфраструктурные проекты. А за самими инвестиционными дело не станет. И действительно, из Инвестиционного фонда РФ на период 2006–2010 годов региону выделено 34,4 млрд рублей. Сумма заявленных частных инвестиций по итогам 2006 года достигла 100 млрд рублей.

В 2007 году название форума отразило всероссийские амбиции его организаторов — «Индустриальная основа развития России». Возбужденные «вирусом» государственно-частного партнерства, в Красноярск привезли свои проекты компании и региональные власти сразу из нескольких регионов страны. Инвестиционных проектов набралось на 400 млрд долларов.

Однако презентовать их еще не значит получить под них деньги. Например, компания «Металлы Восточной Сибири» («дочка» ИФК «Метрополь») и государственная корпорация «ТВЭЛ» предложили проект освоения Забайкалья — свинцово-цинковых и уранового месторождения в Бурятии, но со строительством за счет государственных средств железной дороги, соединяющей Транссиб и БАМ. А компания «ГидроОГК» презентовала проект «Комплексное развитие Южной Якутии» — создание нового промышленного комплекса в Республике Саха (Якутия) по образу и подобию Нижнего Приангарья в Красноярском крае. Прошел год, но несмотря на все усилия инициаторов, инфраструктурные проекты не получили финансовой поддержки из средств Инвестиционного фонда. Так что пока первые этапы инвестиционных проектов ведутся за счет средств частного бизнеса. Красноярский губернатор, окрыленный успехом достройки Богучанской ГЭС и освоением зоны Нижнего Приангарья, вывел на только что прошедший форум «Россия 2008–2020. Управление ростом», наверное, самый грандиозный свой пре-проект «Красноярск-2020» — проведение в городе на Енисее всемирной выставки ЭКСПО-2020.
Амбиции, больше смахивающие на PR-ход: ну кто из организаторов в здравом уме даст согласие на проведение международной выставки в сибирском городе? Метро хотя бы проложили, разгрузив улицы города от общественного транспорта, привели в порядок территории города, начиная с границы километрового радиуса от центра, построили бы хоть один мегамолл, с десяток торговых центров и приличных гостиниц. Что показывать-то будем экспо-эмиссарам? Да и сам губернатор сравнивает свой план с прожектами товарища Бендера, но уверенно говорит: «Мы изучаем возможность подачи заявки на проведение всемирной выставки». Ну а что, в самом деле? Главное, чтобы идея была яркой.

Пока же оказалось, что прожектом остается и разрекламированный план прокладки Северо-Сибирской железной дороги, подписание меморандума о строительстве которой планировалось в Красноярске, но не состоялось. Причина, как явствует из слов губернатора Красноярья, в том, что крупный бизнес пока не готов подключиться к проекту. Поэтому он отложен. Из-за неготовности инвесторов так и не было подписано другое соглашение — о комплексном развитии Южной Якутии.

Вообще сложилось впечатление, что на Красноярский форум если и приезжает топ-менеджмент компаний, активы которых представлены в крае или расположенных поблизости регионах, то исключительно из уважения к местному губернатору и гостям из высшего эшелона федеральной власти. Но никто из них пока не рассматривает возможность «подписаться» под предлагаемыми властями направлениями развития, не входящими в ориентированные на максимизацию доходов и минимизацию не необходимых затрат, стратегии развития. Одно из направлений — та самая инновационность. К нему уж точно — только приглядываются.

Четыре «И»

Таинственное полумифическое для индустриально-сырьевого Красноярского края понятие «инновационность», тем не менее, стало популярным термином на форуме, подхваченным из программного выступления первого вице-премьера Дмитрия Медведева, в котором он предложил всем — и бизнесу, и властям — обратить внимание на принципиальную необходимость дальнейшего развития экономики страны не только за счет энергосырьевого сектора. Целостного понимания формируемого государственного заказа на инновационный сценарий по концепции «Четыре „И“» — институты, инновации, инфраструктура и инвестиции — так и не появилось: оно осталось или в тени, или представлялось в удобной форме. Например, президент НК «Роснефть» Сергей Богданчиков «пригласил» на Ванкор — оценить соответствие концепта уже готовым технологическим решениям добычи нефти. Оно и верно, но сложно представить, чтобы на разработку новых нефтяных месторождений завезли бывшее в употреблении оборудование, списанные бурильные станки или неквалифицированный персонал.

Из представленных на выставке инвестиционных проектов, поддерживаемых способом государственно-частного партнерства, инновационностью выделялось всего два проекта, один из которых — создание производства интегральных микроэлектронных систем (инициатор — ОАО «СИТРОНИКС-Нанотехнологии», Москва, Федеральное агентство по промышленности), а второй — бионефтехимический кластер на территории Омской области, создаваемый ЗАО «Группа компаний «Титан» совместно с областным правительством. В биотехнологический сельскохозяйственный кластер войдут: завод по производству биоэтанола, комбикормовый завод, птицефабрика, свинокомплекс и мясокомбинат, крупнотоннажные биотехнологические производства. Использование современных биотехнологий позволит снизить стоимость кормов для объектов животноводства, а сам проект — сократить экспорт сырья, увеличить переработку собственного сырья с высокой добавленной стоимостью.

Остальные инвестиционные проекты, так же, как и раньше, по большей части касались освоения ресурсов: Забайкалья (диверсифицированного энергопромышленного района на территории Бурятии и Читинской области), Южной Якутии (нового промышленного района на базе объектов гидроэнергетики и кластера промышленных производств), Урала Промышленного — Урала Полярного, Тывы (строительство железнодорожной линии в увязке с освоением минерально-сырьевой базы), создание горно-металлургического кластера в Приамурье. Впрочем, многие предполагают и глубокую переработку ресурсов, создание современной инфраструктуры, в которых без технологического подхода не обойтись.