Восточносибирский Авалон

Освоение Верхней Чоны в Иркутской области длится уже несколько десятков лет. Нефтяникам сейчас приходится бороться не только с трудностями самой добычи, но и синхронизировать свою работу с запуском проекта по будущей транспортировке добытой нефти

Освоение нефтяных «горизонтов» на севере Иркутской области напоминает британскую легенду об Авалоне. Решив транспортные проблемы и приспособившись к тяжелейшим бытовым условиям, нефтяники все же смогли добраться до заколдованного места посреди болот. Пройдя через трудности капризного характера богини-природы (вечная мерзлота, комары, болота), они обнаружили в заповедных местах гигантские запасы углеводородов. Но желающих извлечь их оказалось немало: экстремальные природные условия дополняются необходимостью учитывать действия других покорителей восточносибирских нефтяных кладовых.

Последний оплот

Одной из главных достопримечательностей города Киренска, несомненно, является его аэропорт. Последний оплот цивилизации на севере Иркутской области от центрального вахтового жилого поселка компании «Верхнечонскнефтегаз» (ВЧНГ) отделяет полтора часа полета на Ми-8. Труднопроходимая тайга под винтом вертолета расступается лишь перед трассой нефтепровода Восточная Сибирь – Тихий океан (ВСТО) и геологической разметкой. Там, где лес с высоты птичьего полета начинает напоминать тетрадь в крупную клетку, шла разведка недр. Пока рядом с треугольником Киренск–Талакан – Верхняя Чона продано 35 лицензионных участков. На Нотайском и Ульканском обосновался «Новосибирскнефтегаз», Даниловское и Ярактинское месторождения закреплены за Иркутской нефтяной компанией. Лицензиями обзавелись «Роснефть», «Газпромнефть», «Сургутнефтегаз» и несколько компаний с небольшими объемами добычи.

У Верхнечонского нефтегазоконденсатного месторождения (ВЧНГКМ) в этом году юбилей: советские геологи открыли его ровно 30 лет назад. Решение добывать нефть в Верхней Чоне и Преображенке в 1980-е годы «разбилось о быт»: круглогодичной автомобильной дороги до крупных населенных пунктов нет до сих пор. Люди и регулярные грузы в верхнечонские вахтовые поселки доставляются вертолетом, крупногабаритное оборудование — по зимнику Усть-Кут – Мирный, который приведен в приемлемое для эксплуатации состояние компанией «Верхнечонскнефтегаз». Самый экономичный в настоящее время маршрут открывается вместе с навигацией: грузы доставляются по реке Лене от Усть-Кута до Пеледуя (Якутия) и после на автомобилях достигают центрального вахтового поселка по недавно построенной дороге ВЧНГКМ–Талакан.

В доперестроечные времена утвержденный проектом транспорт нефти выглядел так: главным маршрутом считался трубопровод до Усть-Кута с последующей отгрузкой в железнодорожные цистерны. Нефтепровод Восточная Сибирь – Тихий океан без преувеличения подарил новую жизнь верхнечонскому проекту. В то же время срок запуска первой очереди ВСТО в эксплуатацию — камень преткновения в вопросе о начале полномасштабной добычи нефти на Верхней Чоне. Как известно, сроки ввода первой очереди нефтепровода перенесены.

«В прошлом году мы подписали допсоглашение к лицензии, в котором начало промышленной добычи нефти синхронизировано с пуском первой очереди ВСТО, — сообщает генеральный директор ОАО «Верхнечонскнефтегаз» Мугаммир Галиуллин. — Перенос сроков сдачи ВСТО на четвертый квартал 2009 года не повлияет на лицензию ВЧНГ, но отразится на экономике проекта».

Да будет свет

Жизнь центрального вахтового поселка до исторического решения о строительстве ВСТО — квадрат из семи вагончиков с удобствами на улице и баня для 10–30 сотрудников. За периметром — новая эра Верхней Чоны: два общежития коридорного типа и на подходе сдача еще двух секционных. Когда в тайге появились женщины, планировку общежитий с удобствами на этаже пришлось изменить на секции с двух- и трехместными комнатами. Корпуса на 100 человек, столовые и служебная гостиница, которая тянет на три полноценные звезды, были собраны на месте из привезенных модулей. Все здания, возведенные в течение последнего года, благоустроены: в кране вода из гидрогеологической скважины, ресивер со спутниковыми каналами работает от розетки, куда поступает электричество со своей электростанции, работающей на попутном газе.

У электростанции собственных нужд (ЭСН) в Верхней Чоне альтернативы не было. Месторождение слишком далеко, а попутный газ нужно утилизировать. Его извлекаемых запасов хватит для выработки 300–400 МВт электроэнергии, в то время как все объекты ВЧНГКМ, расположенные вокруг строящейся 85-километровой высоковольтной линии, потребят не больше 100 МВт. ЭСН-1 на коломенских агрегатах мощностью 6,6 МВт может работать на солярке, сырой нефти и газожидкостной смеси (85% — попутный газ и 15% — нефть). Вторая очередь станции будет построена на газовых турбинах Rolls-Roys. Электростанция все еще функционирует в испытательном режиме, зато центральный вахтовый жилой поселок успешно потребляет 0,8 МВт электроэнергии, а окружающие его производственные базы постепенно «пересаживаются» с дизель-генераторов на трансформаторные подстанции. Пока ЭСН-1 загружена на 25%, три незадействованных агрегата ждут начала поставок нефти в ВСТО, чтобы начать энергоснабжение промышленных объектов нефтепромысла.

Таежные излишества

Шагая по тротуарным дорожкам в окружении фонарей, ярко выкрашенных ограждений и аккуратных домиков со спутниковыми тарелками, не сразу понимаешь, что находишься не на базе отдыха, а в промысловом поселке с большим количеством особо опасных инженерных объектов. О том, что поселок расположен в глухой сибирской тайге, напоминают лишь сваи под зданиями — все-таки вечная мерзлота. Временные вагончики с удобствами на улице, где начинались верхнечонские вахты, скоро демонтируют. Пока благоустройство таежного поселка немного не успевает за увеличением численности персонала: за год количество вахтовых работников ВЧНГ выросло в 6,5 раза, на месторождении одновременно живет около 2 тыс. человек, которые сменяют друг друга раз в месяц. Чтобы разместить людей, кровати пока устанавливают там, где планировались комнаты отдыха.

Раз в две недели только в центральный вахтовый поселок на вертолете забрасывается 3,5 тонны продуктов. А на все месторождение — около 80 тонн в месяц. В вахтовом поселке три столовые, еще по одной на каждом из трех «участков» и четырех буровых.

Кадры все решают

Средняя зарплата рабочих колеблется от 20 до 45 тыс. рублей. Операторам подготовки и добычи нефти с опытом работы в других регионах предлагается оплата труда на 30–50% выше рыночной. Ведь в сибирской тайге особые требования к персоналу: никакого спиртного и курение в строго отведенных для этого местах. Воспитание подчиненных Мугаммир Галиуллин начинает с себя: три месяца назад он, курильщик со стажем, все-таки бросил. Несмотря на зарплату, отлаженный быт и личный пример руководства, выдержать местные условия получается не у всех. Квалифицированный новосибирский промысловик навсегда уехал из поселка после первой же вахты со словами: «Что же вы мне сразу не сказали про сухой закон — я бы не приезжал».

Со временем иногородних специалистов заменят местные. Директор по персоналу иркутского офиса ТНК-ВР Максвелл Джардим массу времени посвятил поездкам по школам Жигаловского, Катангского, Усть-Илимского, Киренского и Ленского районов, чтобы составить список стипендиатов ТНК-ВР, которые после учебы в корпоративном образовательном центре компании в Иркутском государственном техническом университете станут операторами добычи, подготовки и перекачки нефти. ВЧНГ взращивание и переподготовка специалистов на базе учебного центра в этом году обойдутся в 22 млн рублей.

Регулярная доставка людей к месту работы организована из аэропортов Иркутска и Киренска. Брать на работу жителей поселков Катангского района экономически нецелесообразно. Они работают водителями, слесарями, электриками, поварами, но «собирать» таких сотрудников по одному на вертолете слишком дорого. В отдельных случаях местные жители успешно работают у подрядчиков ВЧНГ.

Капиталистическое соцсоревнование

Среди нефтяных строек России Верхнечонская сейчас стоит на пионерных позициях, так что интернациональную конкуренцию среди подрядчиков Мугаммир Галиуллин только приветствует: «Приход той или иной компании в Восточную Сибирь означает ее закрепление на новом рынке. Когда-то Shlumberger выиграли тендер, а сегодня открывают в Иркутске филиал. Они закрепились и поняли логистические схемы региона. В этом их весомое конкурентное преимущество».

Верхнечонские скважины бурятся «кустами»: буровая установка передвигается по определенной траектории. Проект предусматривает строительство 60 кустов и 650 скважин. В зависимости от времени, потраченного на бурение, стоимость одной скважины колеблется от 3,5 до 7 млн долларов. Первые скважины были «золотыми»: в 2006 году на бурение требовалось около 100 суток, в 2007-м встречались скважины «за 70 суток», а в этом году подрядчик, бурящий первый куст (20 минут езды от центрального вахтового поселка), достиг абсолютного рекорда в местных условиях — 27 суток. Своим успехом компания KCA Deutag обязана совершенствованию технологий бурения и долотам Halliburton с поликристаллическими вставками (PCD) для бурения твердых пород, стоимостью в 100 тыс. долларов (обычные долота стоят 15–30 тыс. долларов).

Для знакомства с конкурентами KCA Deutag наша автоколонна, состоящая из «Лэнд-Крузеров» и вахтового автобуса, направляется в сторону Якутии по дороге ВЧНГКМ–Талакан.

В лагере конкурентов — американского подрядчика Nabors Drilling — к жизни относятся сложнее. Канадский rig manager Кертис Холт по американской традиции благодарит долота Halliburton, буровой раствор M-I Swaco, забойный двигатель Schlumberger и верхний привод буровой Nabors Drilling за то, что эти комплектующие позволили его бригаде достичь показателя бурения скважины за 35 дней. Национальные особенности американской жизни в лагере Nabors Drilling видны ярко — два серебристых пикапа мирно припаркованы на фоне аккуратно маневрирующего желтого трактора Cat гигантских размеров. Места хватает всем: на компактной площадке рациональные американцы возвели небольшой город, разделенный на жилые и промышленные зоны.

Уроженец канадского Эдмонтона Кертис Холт четыре года работал в Казахстане и еще год — в Саудовской Аравии. На месторождениях Ближнего Востока толщина насыщенного нефтью пласта составляет 300–400 м, и для извлечения нефти достаточно простой вертикальной скважины. На Верхней Чоне 10-метровый пласт твердой породы, в порах которой залегает нефть, приходится бурить сначала наклонно, а затем горизонтально. В прошлом году из 13 скважин горизонтально бурились только четыре, а в этом лишь пять из 26 будут просто наклонно-направленными, без горизонтального окончания. Объяснить прессе, что такое «наклонно-направленная скважина с горизонтальном окончанием», Мугаммир Галиуллин пытается наглядно. Схема рождается тут же, на чистом снегу, которого здесь в конце марта более чем достаточно.

Вперед, к ВСТО!

Пока нефть на Верхней Чоне не добывается. Готовые скважины испытывают, затем консервируют. В 15 минутах езды от центрального вахтового поселка достраивают УПН-1 (установку подготовки нефти), которая будет перерабатывать 3 млн тонн сырья в год. Из строящегося комплекса для отделения углеводородов от воды, серы, солей и попутного газа уже введены в эксплуатацию операторная и физико-
химическая лаборатории с аппаратурой из Германии, Японии и России. Журналистам продемонстрировали спектральный анализатор для определения в углеводородах содержания серы. Если российские аналоги сначала сжигают нефть, затем шесть часов анализируют продукты горения, японское оборудование выдает и распечатывает результаты в течение трех минут.

По содержанию солей сырую верхнечонскую нефть здесь определяют во вторую группу. По давлению насыщенных паров, вязкости и содержанию серы (0,2%) она выдерживает требования, которые предъявляются к подготовленной товарной нефти первой группы. После очистки на УПН-1 в систему ВСТО поступит экспортная нефть, близкая по свойствам нефти марки URALS: что-то среднее между самотлорской и волгоуральской.

Чтобы увидеть конечный пункт назначения верхнечонской нефти, вертолетом отправляемся в сторону Якутии. Нам предстоит приземлиться на Талакане — территории «Сургутнефтегаза», точнее, на его горном отводе.

Нефтепровод от верхнечонского месторождения в приемо-сдаточный пункт нефти готов на 80%. Это, как и все внутрипромысловые трубы ВЧНГ, — компетенция новосибирской компании «Сибтрубопроводстрой». Трубу длиной 89 км смонтировали, уложили в траншею, начали «продувать» (очищать полости трубопровода воздухом) и готовить к гидравлическим испытаниям. До наступления «устойчивых положительных температур» «Сибтрубопроводстрой» займется возведением коммерческого узла учета нефти и четырех резервуаров для сбора нефти объемом 5 тыс. куб. м каждый. Такие резервуары недалеко от НПС-10 должны быть у каждого недропользователя, «врезанного» в ВСТО. Технический регламент «Транснефти» предусматривает профилактические работы с остановкой оборудования до трех суток, в течение которых углеводороды будут накапливаться в резервуарах. Директор иркутского филиала «Сибтрубопроводстроя» Александр Кромм уже год живет в самолетах, вертолетах и внедорожниках. Говорит, что его компания выполняет большинство «трубных» подрядов «Газпрома». А генподрядчиком у ВЧНГ является «Газпромстройинжиниринг».

Мы покидаем вахтовку, расчехляем аппаратуру и становимся свидетелями исторического события: три трубоукладчика грузят в траншею последний четырехкилометровый участок трубы, ведущий от приемо-сдаточного пункта ВЧНГ к насосно-перекачивающей станции «Транснефти», а затем в ВСТО.

Нефтепровод дружбы

Альберт Гильфанов, правая рука гендиректора на месторождении, 29 лет проработал в Западной Сибири. Получив предложение занять должность заместителя гендиректора нефтепромысла ОАО «ВЧНГ», не последний специалист Нижневартовска почему-то вспомнил 1977 год. В плацкартном вагоне Альберт Ульфатович ехал в военную часть на территории Амурской области. Выйдя из вагона на станции «Иркутск», подумал, что было бы неплохо хоть раз в жизни съездить на Байкал. Визита пришлось ждать 30 лет.

Альберт Гильфанов всю свою жизнь посвятил нефтепромыслу, поэтому он мечтает, что когда-нибудь Восточная Сибирь повторит судьбу Западной, чтобы на месте болот, окруженных лесом, появились дороги, линии электропередач и жилые поселки, а добывающие компании, разрабатывая участок за участком, дошли от Нижневартовска до Северного Ледовитого океана.

Пока тайгу на иркутско-якутской «границе» обживают ВЧНГ, «Сургутнефтегаз», «Транснефть» и их подрядчики. «У нас с «Сургутнефтегазом» хорошие рабочие отношения, — говорит Мугаммир Галиуллин. — В прошлом году решили вопрос совместного использования автомобильной дороги Витим–Талакан. Наш коммерческий узел учета и труба, которая подходит к НПС-10, находится на территории горного отвода «Сургутнефтегаза».

Многообещающее признание северо-восточных границ Иркутской области с Якутией новым нефтяным Клондайком превращает умиравшие северные города в транспортные и логистические узлы. Нефть изменила малую авиацию региона: из пассажирской она превратилась в чартерную. Только у ВЧНГ контракт с авиакомпанией «Ангара 403» на 100 чартеров в год, а это не единственная нефтяная компания в регионе. Самый большой в области вертолетный парк авиакомпании UTair сосредоточился в городах, где цивилизация — понятие относительное.

Численность населения Катангского района Иркутской области, которая обычно составляет 4,5 тыс. человек, за счет 2 тыс. сотрудников верхнечонского проекта выросла в полтора раза. В Ербогачене — «столице» района — увеличился бюджет эвенкийского национального центра. По иронии судьбы именно пришлая нефтекомпания выделяет ассигнования для сохранения национальной культуры коренных жителей. В 2008 году партнерские соглашения с районными администрациями обойдутся ВЧНГ в 11,8 млн рублей. Между тем надо учитывать, что сам Верхнечонский проект реализуется за счет заемных средств. В 2008 году из 521 млн заемных долларов 465 млн пойдут на капитальные вложения. Когда-нибудь планово-убыточный на подготовительном этапе проект будет в высшей степени рентабельным. Стоимость подъема углеводородов, добытых в Верхней Чоне, пока не превышает 5 долларов за баррель. Все будет хорошо, если…

Если «Транснефть» выполнит свои обязательства, к 1 сентября ВЧНГ сможет в реверсивном режиме прокачать первые 287 тыс. тонн нефти в сторону Тайшета. В 2009 году объем нефти, добытой на Верхней Чоне, может достичь 1,3 млн тонн. То есть ленточку на «нефтяном форпосте» в Восточной Сибири с холодным климатом, трудной геологией, но огромным потенциалом, можно будет считать разрезанной.

Авалон — в кельтской мифологии остров блаженных, потусторонний мир, чаще всего помещавшийся на далеких западных островах. По преданию, на остров Авалон после сражения при Камелоте фея Моргана перенесла смертельно раненого короля Артура. В ХII веке легенды отождествили Авалон с Гластоньерским монастырем в Англии, близ границы с Уэльсом, где якобы была обнаружена могила Артура. И ныне с Авалоном в английском графстве Соммерсет отождествляют холм, вокруг которого некогда простиралось болото. Похоже, искать следы мифического Авалона в реальности — занятие интересное, но тщетное. Место заколдовано и тщательно скрыто от простых смертных.