Судите — и несудимы будете

Постскриптум
Москва, 28.04.2008
«Эксперт Сибирь» №17-18 (206)

Роль прессы в жизни общества всегда заканчивается на публикации материала. Как журналисту, время от времени пишущему о сбитых на дороге пешеходах и некоторых других социальных проблемах, мне давно и хорошо это известно. С появлением свободы слова пресса окончательно и бесповоротно потеряла свои полномочия так называемой четвертой власти. Писать можно практически все, если это не идет вразрез с интересами рекламодателей: собака лает — караван идет. Я не имею в виду невозможность влияния печатного слова на какие-то глобальные процессы вроде выборов политических лидеров, отсутствия демократии в стране или президентских денег за второго ребенка, которые по ряду формальных ограничений не коснулись большинства матерей. Но даже в рамках одного полуторамиллионного города невозможно изменить сложившийся ход событий, если написать об этом острые критические заметки единовременно сразу в пять газет.

С осени 2007 года в прессе бурно обсуждалась тема ужесточения ПДД по отношению к водителям, не пропускающим пешеходов на переходах. На итоговой пресс-конференции начальник ГИБДД Новосибирской области Сергей Штельмах заявил о грядущем ужесточении правил и даже пообещал установить на переходах патрули. Но вместо обещанной меры появился штраф 500 рублей за непристегнутый ремень, а патрули по-прежнему сидят в кустах с радарами и с еще большим энтузиазмом собирают увеличившиеся до 2,5 тыс. рублей штрафы за превышение скорости. Слово и вправду не воробей — первые пообещали, вторые написали, третьи прочли и забыли. В этом смысле социальный журналист очень похож на хирурга, который должен прооперировать больного, даже если ему точно известно, что спасти его решительно невозможно. Но, к счастью, иногда пациент выживает вопреки диагнозу.

21 апреля Вадиму Полищуку, который в июле 2007 года сбил 11 человек на остановке «Ветлужская», был вынесен приговор — шесть лет колонии общего режима. В половине случаев, когда водитель, который сбивает человека, в качестве доказательной базы имеет достаточно средств и/или связей, а на стороне пешехода не слишком много свидетелей, уголовные дела либо вообще не возбуждают, либо, если ДТП со смертельным исходом, закрывают их в течение трех месяцев. Один из последних таких случаев произошел 1 апреля в Академгородке: сотрудник вневедомственной охраны Юрий Шевяков сбил на переходе кандидата наук из Института минералогии, когда тот пересекал дорогу на зеленый свет. В результате в материалах дознания появилась запись, что пешеход был сбит вне зоны перехода и получил телесные повреждения средней тяжести (в действительности — сложный околосуставный перелом таза со смещением), а прапорщик Шевяков был обозначен как гражданское лицо без места работы.

В случаях, когда потерпевшие упорно обжалуют решения следствия в прокуратуре, уголовные дела могут закрывать пять, шесть, восемь и более раз, пока не истечет срок давности совершенного преступления. Однако по делам, которые сразу получают общественный резонанс, уголовные дела заводятся в течение десяти дней и довольно быстро доходят до суда. Результатом ДТП на Ветлужской стали два трупа, еще четыре человека получили тяжелые травмы. Но уже по прошествии двух месяцев большинство потерпевших перестали посещать бессмысленные заседания, где судья в ответ на возмущенные высказывания требовал тишины и грозил вывести их из зала за нарушение дисциплины. На первых заседаниях заместитель директора торговой компании ООО «Компьютеры. Оргтехника» Вадим Полищук, по словам адвоката, оказался круглым сиротой. Затем родители появились, но уже на северных приисках. Глядя на этот водевиль, половина потерпевших поставила крест на возможности наказать виновного и получить положенную денежную компенсацию материального и морального ущерба.

В конечном итоге отец водителя все-таки нашелся. Правда, им оказался заместитель главы по социальным вопросам администрации Дзержинского района Александр Полищук. С этого момента в ход пошли смягчающие обстоятельства, такие, например, как чистосердечное признание. Кстати, одной из потерпевших, которая перенесла операцию стоимостью 3 тыс. долларов, чистосердечно раскаявшийся Вадим Полищук предлагал компенсацию ущерба в размере пяти, затем десяти, а в последний раз даже тридцати тысяч рублей. Примечательно, что защитником водителя в ходе следствия работал не только адвокат. Государственный обвинитель Светлана Рубцова, помощник прокурора Советского района, до момента приговора требовала наказать виновного шестью годами колонии поселения вместо семи лет колонии общего режима, которые предусматривает статья 264 УК РФ. Человеку, который был лишен прав на полтора года за вождение в нетрезвом виде, но снова выпил, сел без прав за руль и на скорости более 80 км/ч влетел в остановку, полную людей, обвинитель требовала существенного смягчения наказания.

Вадим Полищук сбивал людей, как кегли. По решению обвиняющей стороны такое преступление заслуживает шести лет проживания в огороженной забором деревне без вооруженной охраны, с неограниченным посещением и свободным выездом в город под расписку. На вопрос, почему Светлана Рубцова, являясь обвинителем, выполняла функцию адвоката виновного, помощник прокурора сообщила, что статья 58 УК РФ предусматривает смягчение наказания, совершенного по неосторожности. Почему вопросами смягчения вины занимается обвинитель, она не уточнила, а для выяснения подробностей предложила встретиться после приговора. К счастью, он оказался почти заслуженным, и судья не принял во внимание восхитительно гуманное требование гособвинителя, воспользовавшись вышеуказанной 58-й статьей для сокращения срока исправительных работ на один год. Потерпевшие не настаивали на максимальном наказании — похоже, сам факт законного решения и неподкупность районного судьи поразил их до глубины души. На действия Светланы Рубцовой поданы три жалобы в районную прокуратуру. 

У партнеров

    Реклама