Пролетарская ненависть и вкус жегловщины

Недавно прокатившаяся по двум сибирским городам, в частности, по Красноярску и Новосибирску, волна поджогов автомобилей подхватила московские серии аналогичных инцидентов лета этого года. Жгли без различий по классу машин и стоимости, поливали бензином, что попадется под руку: новые и старые, красные и белые, «Ниссаны» и «Тойоты», «Волги» и «Жигули». Шум вокруг пожаров, как говорят, бестолковый и вредный. Но все же. Все же они выглядят как прецеденты, которые впору рассматривать не только следователям как криминальные случаи, но и социологам или психологам — чуть ли не как локальный социальный феномен.

Первыми версиями того, кто стоит за поджогами, стали следующие. Машины загораются с помощью «безлошадных» жителей из-за озлобленности от вечерне-ночной запруженности автомобилями городских дворов, дорожек и газонов. Машины горят по заказам владельцев полупустующих автостоянок, располагающихся в шаговой доступности от домов. Авто поджигают по заказу страховщиков, пожелавших поднять продажи полисов.

Все они как-то не укладываются в здравые представления о повседневной жизни. Ну кто осознанно станет караулить жертву, немного перегородившую на ночь проход к подъезду, а потом расправляться с ней, рискуя не просто репутацией соседства, но и крупным штрафом за умышленную порчу имущества или собственной свободой на ближайшие пару лет (максимум по УК)? Какие страховщики или владельцы стоянок станут нанимать кого-то и уж тем более исполнять работу самостоятельно, нисколько не будучи застрахованы от провала дела, даже и относительно мягко наказуемого? Стоянки, как правило, забиты под завязку (опять же из-за ограниченного количества площадок), а страховщикам и того более — пообещали поднятие размера премий, да и программы добровольного страхования в основном не распространяются на машины старше пяти–семи (в разных компаниях по-разному) лет. К тому же, очевидно, что эффект от этих поджогов оказался бы размазан по всему страховому рынку, пусть даже по городам прокатилась бы целая огненная стихия.

Проще уж проколоть колеса или тюкнуть молотком лобовое стекло — менее ответственно с точки зрения ущерба, но явно не менее действенно. Правда, и в этом случае несложно попасть под горячую руку автовладельца-полуночника или под местечковый суд Линча целой группы.

Не стыкуется, в общем. Злость за легкий шлейф пыли на пальто от крыла машины, обида за укатанное колесами на газоне место под балконом или коммерческие интересы — не лучшие доводы для подтверждения гипотезы о прагмати­ческих поджигателях. Получается, что выгуливать собак, слушать громко музыку, делать шумный ремонт, иметь шумных или шкодливых детей в равной степени несет опасность со стороны окружающих, как и использование машины. Источники раздражения обостренны только в той степени, насколько они не укладываются в принятые каждым человеком рамки поведения и личной адекватности. И если одни относятся с пониманием, другие — с раздражением, то третьи просто действуют без каких-либо ограничителей. То есть либо психически нездоровые, либо социально безответственные, а значит — подростки, шпана. Подражание и проявление соперничества на основе девиантного поведения. Теперь мочиться в лифте, бить бутылки, кидать заслюнявленные горящие спички в потолок подъездов — сущий пустяк, а сжечь тачку — это да-а-а-а-а!

Детская и взрослая преступность — неизбежность общества, в особенности в условиях нашего почти всеобщего правового нигилизма. Мелкие правонарушения, совершаемые подростками, обеспечивают им хорошую репутацию среди сверстников, возможность сравнения с другими в силу потребности создавать впечатление о самом себе или о себе среди других — неважно, позитивное или негативное. Даже лучше — негативное, превращаемое своей референтной группой в позитивное. Такие поступки представляют собой и форму ненависти против зажиточных в их представлении автовладельцев. Дело к этому шло медленно, но верно. Какое уже тут право, тут — пролетарская справедливость.

Впрочем, интересно не только это. В поиске разных сообщений по теме поджогов наткнулся на один интереснейший сайт сотрудников МВД — Международный русскоязычный полицейский веб-форум. Не возьмусь утверждать, что «постят» в форуме исключительно сотрудники милиции с действительными «корочками», хотя, судя по ограничениям по доступу на сайт, стилистике, сленгу и принятым в органах сокращениям, используемым в сообщениях, скорее всего, так и есть. Так вот, некоторые пользователи форума, озаботившись обменом опытом в деле поиска преступников-пироманов, дали очень странную оценку ситуации, в ряде случаев попахивающую возбуждением ненависти и вражды, а равно — унижением человеческого достоинства. Чего стоят такие фразы: «Будь моя воля, весь отловленный криминал я бы загонял в сараи и лично поджигал, как немцы делали» или «Поймать такого пиромана да подкоптить малеха… А потом по всем каналам ТВ и Интернету евонную тушку показать...» Ну и совсем жегловщина: «Направленность личности можно изменить только СТРАХОМ. Будет страх, будет порядок» (все стили сохранены). Так все просто.

Загвоздка, конечно, в том, что социальной группы поджигателей как таковой не существует, и никакие обвинители не докажут обратное. Да и не надо, и неважно. Только вот в отношении одних состав преступления по соответствующей статье УК может быть найден и преподнесен как поучительный пример, в отношении «своих» — нет. Ведь достаточно и «терентьевского» гражданского случая. (В июле сыктывкарский суд приговорил к году условно интернет-блоггера Савву Терентьева за разжигание вражды и ненависти в отношении сотрудников милиции, призывая «сжигать неверных ментов в печах, как в Освенциме»). Но чего все-таки стоит свобода слова сотрудников милиции: держать всех в страхе — и тогда будет порядок. Вот уж, право, демократия.