Только в спарринге

Промышленная экология станет эффективной тогда, когда будет происходить взаимодействие предприятия и государства в рамках оптимальной государственной стратегии

Суммы экологических платежей, которые выплачиваются предприятиями за загрязнение окружающей среды, пока настолько малы, что не только не компенсируют причиняемый ими ущерб, но и не являются эффективным стимулом для внедрения экономичных и экологичных технологий. Готовящееся на федеральном уровне увеличение платы за выбросы отчасти исправит ситуацию, но для полного ее разрешения необходима единая государственная стратегия, которой пока не существует.

Самыми проблемными регионами Сибирского федерального округа являются Красноярский край, Кемеровская и Иркутская области — в каждом из этих субъектов ежегодно в атмосферу выбрасывается свыше 500 тыс. тонн загрязняющих веществ. Меньшая экологическая нагрузка в Новосибирской, Томской областях и Алтайском крае — здесь выбросы находятся в пределах 200–500 тыс. тонн благодаря тому, что эти регионы постепенно переориентируются из промышленных в инвестиционные, логистические и культурные центры. Так, в Новосибирской области основными «вкладчиками» в загрязнение атмосферного воздуха являются автомобильный транспорт (64% валового выброса по области), предприятия теплоэнергетики и отопительные котельные ЖКХ (21%), а на долю промышленных предприятий приходится только 15%. Поэтому наибольший процент в структуре выбросов в атмосферу занимают загрязняющие вещества от процессов сжигания различных видов топлива — пыль неорганическая, азота оксиды, углерода оксид, серы диоксид. Выбросы от стационарных источников в 2007 году уменьшились до 207,4 тыс. тонн (для сравнения, в 2005 году они составляли 213,2 тыс.). Снизилось загрязнение и водных объектов Новосибирской области — с 615,7 в 2005-м до 568,7 тыс. тонн в 2007 году, чего не скажешь об остальных сибирских регионах — объемы сброса сточных вод с 2005 года в них только увеличиваются.

Первый округ

По словам начальника департамента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Сибирскому федеральному округу Евгения Калинина, за девять месяцев 2008 года в сибирском регионе проведено 2 045 проверок, выявлено свыше 3,5 тыс. нарушений природоохранного законодательства. К административной ответственности привлечено 622 компании, 836 должностных лиц. Приостановлена хозяйственная деятельность восьми объектов, в 67 случаях инициировано досрочное прекращение права пользования недрами. Материалы 86 проверок переданы для принятия мер в органы МВД. Однако даже при этих немаленьких цифрах, в которых измеряются экологические нарушения, сибирский округ является лучшим по всем показателям природоохранной деятельности.

По мнению Евгения Калинина, сего­дня промышленные предприятия оказались зажаты в административные тиски — для них установлены довольно жесткие нормы, но при этом не разработаны механизмы стимулирования природоохранной деятельности. Таким образом, получается, что все экологические программы промышленников можно считать жестами доброй воли.

Суммы экологических платежей пока ничтожны. Настолько, что предприятиям проще и дешевле заплатить «налог на экологию», нежели производить модернизацию производства, чтобы реально уменьшить количество выбросов в атмосферу.

Сегодня нормативы «устанавливают» сами промышленные предприятия на основании замеров фактических выбросов, затем они согласовываются природо­охранными ведомствами. Существуют предельно допустимые концентрации выбросов вредных веществ, и только при их превышении предприятие обязуют разработать план мероприятий по снижению негативного воздействия. В расчет платежей за загрязнение окружающей среды заложен следующий принцип: если предприятие загрязняет среду сверх норм предельно допустимой концентрации, оно платит дополнительные штрафы. Для их расчета применяются два коэффициента — согласованный сверхнормативный — на период проведения мероприятий, которые позволят предприятию снизить объемы выбросов и привести их в соответствие с нормами, и повышенный — если компания не предпринимает никаких мер. В первом случае сумма платежей увеличивается в пять раз, во втором — в 25.

Впрочем, даже если расчет штрафа происходит по повышенному коэффициенту, плата «на экологию» все равно не стимулирует предприятие на проведение модернизации оборудования — эти отчисления так или иначе оказываются меньше стоимости необходимых для переоборудования меро­приятий. Кроме того, не покрывают они и ущерба, который наносится промышленностью окружающей среде.

Надзорные органы ратуют за увеличение штрафных санкций и пересмотр экологического законодательства. Только такими мерами, по их мнению, можно двинуть ситуацию в промышленной экологии с мертвой точки.

Не дожидаясь

Серьезный бизнес уже осознал, что снижать экологические риски — в его интересах. Поэтому многие предприятия, не дожидаясь нормативных изменений, начали реализовывать программы, направленные на уменьшение вредных выбросов: модернизируют производство, строят очистные сооружения.

По данным Федеральной службы государственной статистики, инвестиции российских предприятий в основной капитал, направленные на охрану окружающей среды и рациональное использование природных ресурсов, увеличились с 41,2 млрд в 2004-м до 76,9 млрд в 2007-м. Можно с уверенностью сказать, что эти данные касаются в основном крупных федеральных компаний, которые, с одной стороны, пользуются повышенным вниманием со стороны контролирующих органов, а с другой — могут позволить себе вкладывать крупные суммы в имидж и репутацию. Причем вложения продолжат рост. Крупный бизнес вынужден вкладывать средства в экологические программы ради поддержания экономической конкурентоспособности — без современных технологий они попросту не смогут получить лицензии на пользование природными ресурсами, необходимых для развития новых проектов. Кроме того, экологическая деятельность — важное преимущество при привлечении инвесторов или поддержании конкурентоспособности продукции на мировых рынках.

Так, компания «РУСАЛ» с 2000 года инвестировала в природоохранные мероприятия около 1 млрд долларов, и до 2013 года в реализацию экологических программ будет вложено еще 1,4 млрд. 50 млн долларов, направленные на эти же цели Братским алюминиевым заводом (РУСАЛ) за последние шесть лет, позволили сократить количество выбросов на 26%.

Текущие затраты на охрану окружающей среды российских предприятий группы «Норильский никель» в 2007 году увеличились на 10,4% и были на уровне 8,7 млрд рублей, причем инвестиции Заполярного филиала ГМК (Норильск) составили 7,5 млрд. Современные технологии очистки сточных вод, которые стали внедряться «Норильским никелем» в 2006 году, позволили снизить выбросы в водные объекты загрязняющих веществ на 12,5%. Также группой запланирована масштабная реконструкция производства в Заполярном филиале на 2008–2009 годы. И это лишь несколько примеров инвестиционных программ крупных промышленных компаний.

В последнее время предприятия стали уделять больше внимания и отходам производства — переработкой своих отвалов занялись Новосибирский оловянный комбинат, Красноярский алюминиевый завод.

Кроме инвестиций в оборудование, ряд крупных предприятий проводит мероприятия и за пределами производ­ства. Так, например, «Базовый элемент» и РУСАЛ финансируют Хакасский и Саяно-Шушенский заповедники, при поддержке «Норильского никеля» реализуются научно-исследовательские программы по сохранению биоразнообразия в государственных природных заповедниках «Путоранский» и «Большой Арктический».

Несколько иначе обстоят дела на относительно небольших предприятиях, которые были построены десятки лет назад. Как правило, у них нет средств на техническую модернизацию, и выбросы в атмосферу и воду значительно превышают допустимые концентрации. Зачастую надзорные органы не останавливают их работу только из опасений получить взамен экологических проблем социальные — в случае закрытия предприятия люди останутся без работы. Особенно болезненным это может стать, если речь идет о градообразующих предприятиях.

Эко-диссонанс

Любой бизнес создается ради получения прибыли, поэтому особых надежд на его социальную ответственность государ­ственные чиновники не возлагают. Одни только штрафные санкции тоже не решат проблем окружающей среды — даже если они увеличатся в несколько раз, предприятия будут их платить или не платить так же, как и сейчас. Нужна четко выстроенная государственная политика в области экологии, которая будет базироваться не только на требованиях, предъявляемых к бизнесу, но и на оптимальных, доступных ему технологиях, предоставить которые — задача государства. Сегодня в России не существует технологий, которые позволяли бы эффективно перерабатывать или добывать полезные ископаемые. Или они есть, но слишком дороги для большин­ства компаний, которые в результате вынуждены платить штрафы. Эксперты рекомендуют обратить внимание на опыт развитых стран, в которых государство давно и успешно работает вместе с бизнесом на обеспечение сохранности природных ресурсов.

«Если государство будет предлагать реальные технологии, требовать их воплощения в жизнь — это будет именно государственный подход к решению этой проблемы, — говорит Евгений Калинин. — Предприятия любого уровня сейчас в странной ситуации — они должны выполнить определенные условия, выдержать нормативы выбросов, но никто им не может объяснить, как именно они должны это сделать». Если государство сможет предложить механизм, это станет оптимальной стратегией, которая, наряду с осознаваемой бизнесом ответ­ственностью перед обществом и стремлением получить прибыль, сможет серьезно изменить ситуацию в экологии и сделать ее одним из национальных приоритетов.