Пятый элемент

Дмитрий Лапин
22 февраля 2010, 00:00
  Сибирь

Как всегда, модернизация в России началась «сверху». Вернее, объявлено, что она началась — народ идеей пока не проникся, и массовой поддержки президентской инициативы как не было, так и нет

Что такое модернизация, на Красноярском экономическом форуме понятнее всех объяснил Игорь Шувалов, первый заместитель председателя Правительства РФ. Буквально так: «Модернизация — это когда завтра лучше, чем сегодня». Но, судя по дискуссиям форума, дорогу, попутчиков и проводников в это «лучшее завтра» еще предстоит найти.

Есть с чем сравнить

VII Красноярский экономический форум (КЭФ) состоялся, несмотря на то что его «духовный отец» — Александр Хлопонин — сменил место работы и покинул Сибирь. Впрочем, организаторы КЭФа заранее предупредили, что губернаторы приходят и уходят, а экономический форум на берегах Енисея прописался надолго. Для того чтобы подтвердить реноме третьего по значению, после Санкт-Петербургского и Сочинского экономических форумов страны, для КЭФа нашли более чем актуальную тему — «Вызовы и ценности модернизации». При этом сохранили фирменный «красноярский формат» — форум действовал в режиме дискуссионных площадок с элементами ток-шоу и интерактивным голосованием.

Впрочем, сравнения с двумя предыдущими КЭФ-2010 не выдерживает. Напомним, КЭФ-V в докризисном феврале 2008 года запомнился выступлением Дмитрия Медведева, тогдашнего первого вице-премьера и преемника главы государства. Озвученные им с трибуны форума тезисы стали, по сути, базой социально-экономической стратегии нового Президента России, его идеологической программой и включали четыре известных пункта — институты (устои государства и общества), инфраструктура, инновации и инвестиции. При этом уже тогда в докладах и выступлениях звучала тема нынешнего форума. Скажем, Эльвира Набиуллина, министр экономического развития и торговли РФ, модерировала дискуссию «Среднесрочная стратегия инновационного развития России».

Прошлогодний VI Красноярский экономический форум пришелся на психологический пик экономического кризиса. Напомню, что наибольший спад экономика России переживала прошлой весной — в марте и апреле. Но, как известно из триллеров, ожидание ужаса страшнее самого ужаса. Поэтому в февральской атмосфере КЭФа-2009 чувствовалось колоссальное психологическое напряжение. С самой первой дискуссии на пленарном заседании КЭФа — «Красноярский сценарий — банк антикризисных идей» — работа шла в режиме мозгового штурма. Это рождало некий драйв, и никакие, даже весьма безумные идеи и предложения, высказываемые в ходе свободных дискуссий, модераторами, как говорится, не отметались с порога. Честно признаться, просто присутствовать, слышать выступления и видеть растерянность и страх неизвестности в глазах столичных миллиардеров было интересно и жутковато. Другие не скрывали, что острая фаза кризиса для них — это лишь преддверие роста и шанс избавиться от конкурентов.

Модернизируй или проиграешь

Поставленные на Красноярском экономическом форуме 2010 года вопросы зачастую носили не конкретно-прикладной, а философский характер. Сложилось впечатление, что на КЭФе-VII не искали выхода из сиюминутной ситуации, а нащупывали магистральный путь на долгие годы. Не случайно наиболее заметным участником обсуждения в самом начале форума стал Максим Кантор, философ и писатель. 

После того как в зале отзвучали приветственные слова Игоря Шувалова и Эдхама Акбулатова, и. о. губернатора Красноярского края, началась рабочая часть форума. Впрочем, первый заместитель председателя правительства сообщил всем участникам, что от них ждут не просто рассуждений и озвученных мыслей. По словам Шувалова, Правительство РФ «прислушивается к содержанию дискуссий КЭФа и использует выводы этих дискуссий в своей политике». В самый разгар кризиса, напомнил Игорь Шувалов, президент создал специальную комиссию по модернизации. «Модернизация в целом, — подчеркнул он, — как понятие гораздо шире, чем инновации. Это не только готовность воспользоваться новым опытом, но, собственно, и создание нового».

Возвращаясь к задачам Красноярского экономического форума, Игорь Шувалов вновь вспомнил про «четыре «и», упомянутые Дмитрием Медведевым на КЭФе–V, и отметил: «Есть и пятый элемент — интеллект. Это то, что можно представить в качестве главного приоритета настоящего форума. В рамках дискуссий участникам предстоит уделить основное внимание вызовам и ценностям модернизации. Модернизация должна принести лучшее качество жизни каждому человеку». После чего Сергей Алексашенко, модератор стартовой дискуссии (ее тема —  «Вызовы и ценности модернизации»), заявил: «Сегодня перед нами стоит более сложная задача, чем год назад. Острая фаза кризиса закончена, пришло время модернизации. А модернизация — это тот воз, который можно тронуть с места только всем вместе — власти, бизнесу и обществу. Поодиночке его не сдвинуть». Любопытно, год назад подобное сравнение прозвучало при ответе на вопрос «как выйти из кризиса?». Тогда те же власть, бизнес и общество «сидели на дне колодца», то есть в глубоком кризисе, и выбраться из него могли опять-таки все вместе.

Следом Андрей Шаронов, управляющий директор группы компаний «Тройка Диалог», продолжил дискуссию с несколько неожиданного заявления: «Тему модернизации обсуждать очень легко, поскольку модернизацию проводят последние несколько тысяч лет». Что ж, если человеческая цивилизация с момента появления организованного общества и государства только тем и занимается, что модернизирует свое бытие, то стоит ли уделять столько внимания этому естественному и непрерывному процессу? Как явствовало из дальнейших слов господина Шаронова — стоило. Хотя бы потому, что в его понимании модернизация — это выход страны из состояния социально-экономической стабильности. Однако наши власти только тем и занимались в эпоху «после буйных 1990-х», что укрепляли стабильность во всех ее проявлениях. Встав перед выбором «модернизация или социальная стабильность», правительство, по мнению Андрея Шаронова, безусловно, выберет последнее. Кроме того, модернизация, как любой процесс, изменяющий действующую ситуацию, породит выигравших и проигравших. «Надо понять: значительная часть нашего общества не хочет модернизации», — резюмировал господин Шаронов, — и те, кого мы привыкли называть элитой, отнюдь не являются локомотивом модернизации». Более того, приведя данные социологических исследований, выступающий заметил, что даже молодежь стремится к стабильному социальному положению и не разделяет модернизационных устремлений.

«Таким образом, — сказал в заключение Андрей Шаронов, — основой модернизации следует считать институты гражданского общества, а именно: доступный и справедливый суд, свободную прессу, демократическую политическую систему и гражданские свободы».

Возвращение к институтам

 pic_text1 Фото: Константин Ушаков
Фото: Константин Ушаков

В итоге дискуссии обозначилась база модернизационного процесса, выкристаллизовался и главный тезис — модернизация страны невозможна без развития ее институтов. Проще говоря, не стоит начинать в стране каких-либо видимых изменений (реновацию действующей и строительство новой инфраструктуры, развитие инновационных технологий), не подкрепив фундамент — эффективные институты гражданского общества. Видимо, поэтому дискуссионная группа под названием «Институты: как повысить эффективность институтов России?» собрала весьма представительную аудиторию — политологов, правоведов, законодателей, представителей бизнеса и власти. Кроме Сергея Алексашенко и Андрея Шаронова, тон выступлениям задавали Евгений Юрьев, президент общероссийской общественной организации «Деловая Россия», Андрей Воробьев, руководитель ЦИК партии «Единая Россия» и журналист Леонид Никитинский.

Практически сразу дискуссия свелась к необходимости повышения роли институтов бизнеса, а также к проблемам создания таких институтов по инициативе снизу. Было отмечено явно недостаточное количество общественных структур, представляющих интересы предпринимателей, как и в целом негативный имидж предпринимателя в обществе. Видимо, хорошо помня слова Ленина о том, что является главнейшим из искусств, один из выступавших предложил хотя бы сериал какой-нибудь снять, где бизнесмен — не отрицательный, а исключительно положительный герой.

Кроме того, вновь была поднята тема защиты частной собственности. Выступавшие  ратовали за изменение практики рассмотрения хозяйственных споров, переход к прецедентному праву, введение института уполномоченного по правам собственности и защиты бизнеса. Было заявлено, что действующая система юстиции является инструментом влияния власти на бизнес и перераспределение собственности. Поэтому выступающие предложили отменить нормы УК, направленные на преследование предпринимателей. Прозрачность и простота законодательных изменений станет индикатором того, хочет ли государство действительных изменений или только создает идеологическую ширму.

Главный вывод этой дискуссионной группы озвучила Яна Яковлева, председатель некоммерческого партнерства «Бизнес-солидарность»: «Государство с неработающими институтами не может быть эффективным. Самой большой угрозой модернизации нашей страны сегодня является отсутствие механизмов обратной связи между властью и обществом».

Кадры решают все

Одной из первых на КЭФе-2010 прозвучала тема «с кем делать модернизацию?». Участники этой дискуссии задались вопросом, какие социальные группы готовы стать движущей силой модернизации и что может явиться для них мотивацией активной деятельности. Однако им пришлось оценивать имеющийся в стране человеческий капитал, а также будущие трудовые ресурсы и решать, можно ли с ними проводить модернизацию или это только «сырой человеческий материал», не способный генерировать идей и проявлять инициативу. Увы, однозначно положительного вывода сделано не было — активный субъект модернизации нашелся, но не в России.

Не вдаваясь в детали, отмечу: в итоге дискуссий было выделено девять социальных групп, которые, по мнению участников, должны встать во главе преобразований. Но группы эти немногочисленны. Прежде всего это «глобальные русские» — люди, которые уехав за рубеж, сейчас могут вернуться в Россию. Их отличает широкий кругозор, знание различных культур, креативность. Не меньшая роль в модернизации отводится топ-менеджерам крупных компаний и политической элите. Еще одна группа была обозначена как «национальные меньшинства» и трудовые мигранты. «Именно мигранты из Европы в свое время создали основы экономики США», — подчеркнул Антон Носик, шеф-редактор интернет-портала. Понятно, что далеко не все присутствующие согласились с тем, что нашу страну способны повести вперед эмигранты и гастарбайтеры, да и нам показался странным такой вывод. В конце концов «глобальный русский» или успешный управленец международной корпорации с собственностью в тихом европейском уголке может вкалывать во благо Родины, но как-то нет к ним полного доверия…

К числу «локомотивов модернизации» участники дискуссионной группы отнесли также владельцев несырьевого среднего бизнеса, амбициозных работников крупных корпораций и креативную молодежь. Увы, критерии эти достаточно размыты — кого, например, считать креативным, а кого нет? И куда приведут менеджера его амбиции — тоже вопрос. В конце концов, в ходе обсуждений пришли к единому мнению — локомотивами модернизации должны стать представители самой активной части общества, то есть малого бизнеса и предпринимательства вообще, а также молодые представители ученого сообщества. Соответственно, на роль «тормоза модернизации» были «назначены» чиновники всех родов и рангов. Это сразу породило у части присутствующих простое умозаключение — поскольку чиновники у нас в стране отождествляют себя с государством, а модернизация объявлена сутью государственной политики, получается, что чиновничий аппарат эту самую модернизацию одновременно и проводит и тормозит?! 

Форум открыт всегда

«Форум», как известно, в изначальном смысле слова — площадь. Место, где люди встречаются и обмениваются информацией, мыслями, эмоциями. В этом смысле КЭФ свою роль выполняет на все 100%, и «красноярский формат» его проведения оказался крайне удачным. Не случайно на вопрос журналистов, в чем уникальность этого мероприятия, Сергей Алексашенко подтвердил, что кроме Красноярского экономического форума в России больше нет ни одной площадки для дискуссии и конструктивного диалога бизнеса, власти и общества. Это дает определенную надежду на то, что история КЭФа будет продолжена, и через год мы вновь услышим что-то новое и интересное на его дискуссионных площадках.