Быстро-быстро-быстро

Федеральный закон № 103, регламентирующий рынок моментальных платежей, разоряет одних и открывает широкие возможности для других. Законодатели выдвигают все новые инициативы

Российский рынок безналичных платежей переживает переломный момент. Вступление в силу с 1 апреля 2010 года Федерального закона  № 103 «О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платежными агентами» привело к переделу рынка в пользу крупных платежных систем и банков. Но этот закон открыл новые возможности для наращивания пакета услуг платежными системами, что привело к их более тесному сотрудничеству с банками и независимыми терминальными сетями и обеспечило еще более бурное развитие рынка.

По данным Национальной ассоциации участников электронной торговли (НАУЭТ), объем рынка электронных пла-тежей за 2009 год увеличился на 21%, до 649 млрд рублей, прогноз на этот год — минимум 14–15% прироста. Растут все основные показатели рынка. Общее число транзакций возросло на 9%, до 5,9 миллиарда. Количество точек приема платежей — на 14% , до 400 тысяч. Сумма среднего платежа в 2009 году составила 110 рублей — это на 10% больше, чем в предыдущем году.

Стремительно растущую популярность электронных расчетов отмечают все участники рынка. Но для каждой группы он имеет свои особенности.

Банки

В середине 1990-х они стояли у истоков российского рынка электронных платежей. К настоящему времени по глубине проникновения менее многочисленный и более организованный корпоративный сектор оставил далеко позади банковскую розницу. «До 90 процентов наших клиентов пользуются услугой «Банк-клиент», — говорит Сергей Сопов, управляющий Новосибирским филиалом банка ВТБ. В то же время подавляющее большинство физических лиц – держателей банковских карт пока не используют все их возможности для электронных расчетов, самой популярной операцией у них до сих пор является снятие наличных.

Впрочем, ситуация постепенно меняется. «Доля безналичных платежей в общем числе операций по банковским картам постоянно растет, — сообщает Федор Лакеев, начальник отдела по управлению удаленными каналами обслуживания Восточно-Сибирского банка Сбербанка России. — В 2007 году эта доля составляла лишь 3 процента, в 2009-м — 7 процентов, а в первом квартале 2010 года — 11 процентов.  К концу 2010 года мы ожидаем еще большего увеличения».

Потенциал роста рынка очевиден. Помимо огромного количества пластиковых карт, выпущенных в рамках зарплатных проектов, банки наращивают долю более сложных «пластиков» — кредиток, карт лояльности, транспортных и всевозможных кобрендинговых карт. Все это ставит перед платежными системами новые задачи. К тому же в банковском розничном бизнесе существенную долю составляет прием разнообразных платежей — за услуги, товары или по кредитам. «Основная задача на этот год — продвижение интернет-услуг, систем удаленного доступа, развитие сети банкоматов и платежных терминалов», — говорит Владимир Вовкудан, заместитель управляющего Новосибирским филиалом банка «УРАЛСИБ». По его словам, в течение кризисных 2008–2009 годов банк готовился к рывку на рынке электронных платежей — отрабатывал технологии, обучал персонал, заключал договоры с поставщиками услуг, расширял сеть банкоматов.

Из банковских удаленных каналов наиболее популярна терминально-банкомат-ная сеть. По подсчетам  портала Банкир.ru, «банкомат, расположенный в людном месте и дающий, к примеру, 5–7 тыс. трансакций в месяц по снятию/внесению наличных денежных средств на счет, может обеспечить экономию в несколько десятков тыс. рублей в месяц по сравнению с проведением аналогичных операций через кассы банка».

Основные факторы, сдерживающие развитие банкоматных сетей, — дороговизна аппаратов (стоимость составляет от 10 тыс. до 30 тыс. долларов. — Прим. ред.), а также некоторые особенности конкурентной среды. Преобладание на рынке региона сети одного или нескольких банков, лидирующих по количеству выданных карт (как правило, в рамках зарплатных проектов), заметно повышает порог входа для других участников, отмечает Максим Марков, колумнист портала Финансы.ru. Тем не менее перспективы развития этого бизнеса в России и банкирами, и производителями банкоматов, и сторонними наблюдателями оцениваются как самые радужные.

Помимо банкоматного бизнеса, многие банки развивают терминальные сети. Изначально это были устройства для приема наличных платежей в качестве платы за те или иные услуги. В силу относительно невысокого входного порога (от 50 тыс. рублей) и простоты обслуживания первыми, еще в 1999 году, этот рынок начали осваивать независимые предприниматели. Сейчас устройства стали сложнее, самые современные из них представляют собой мини-офисы, позволяющие в онлайн-режиме управлять банковским счетом. Впрочем, банки симпатизируют и самым обычным платежным терминалам. Особенно активно они нарастили свои терминальные сети весной этого года, когда многие независимые операторы мгновенных платежей стали распродавать свой бизнес (или передавать терминалы на баланс банкам с правом обратного выкупа) в преддверии вступления в силу Федерального закона № 103.

Еще в марте Владислав Резник, глава комитета Госдумы по финансовому рынку, предложил внести изменения в закон «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт», чтобы банковские терминалы также оснастить контрольно-кассовой техникой. Очевидно, банковское лобби оказалось сильнее предпринимательского — на кредитные организации не стали навешивать дополнительных финансовых расходов.

Малый бизнес

По данным НАУЭТ, в России на начало 2010 года насчитывалось порядка 30 тыс. владельцев терминальных сетей, до 80% из которых подпадают под определение «малый бизнес», владея небольшими, в пределах 30 терминалов, сетями. В грубом приближении схема их работы до 1 апреля 2010 года выглядела следующим образом. Предприниматель открывал в банке расчетный счет как юрлицо. Получая наличные в счет оплаты той или иной услуги, он в онлайн-режиме передавал соответствующее платежное поручение банку, и тот уже проводил платеж в пользу поставщика услуги с этого расчетного счета. По мере его опустошения предприниматель пополнял счет полученной наличностью. Схема эта вызывала множество нареканий контролирующих органов, поскольку было очень сложно отследить, насколько различаются суммы прихода (наличными) и расхода (по безналу). К тому же были нередки случаи, когда платежи через терминал не доходили до получателя, при этом потребитель фактически не имел документа, подтверждающего совершение операции. Сами участники рынка не отрицают, что злоупотреблений со стороны недобросовестных агентов было достаточно.

Федеральный закон № 103 в качестве основной меры, направленной на обеспечение прозрачности рынка, обязал владельцев платежных терминалов оборудовать их кассовыми аппаратами, поставленными на налоговый учет. Это вызвало волну возмущения у бизнесменов, поскольку привело к резкому увеличению издержек.

Стоимость одного кассового аппарата составляет от 17 тыс. до 25 тыс. рублей. Обороты одного терминала бизнесмены оценивают на уровне 5–20 тыс. рублей в день в зависимости от величины потока клиентов, размер комиссии до вступления закона в силу — около 3–5%, при этом она делится между владельцем терминала и платежной системой, организующей проведение средств. Из своего дохода владелец терминала тратится на аренду места (40–50% от текущих расходов), налоги (6–15%), зарплату, связь и расходные материалы (5–10%, в зависимости от размера сети). В марте многие владельцы терминалов стали повышать размер комиссии, объясняя это необходимостью покупки кассовых аппаратов. Теперь ее средний размер составляет около 10%, хотя, по данным НАУЭТ, в начале марта только 40% терминалов были оснащены кассовыми аппаратами, и лишь 1% — на учете в налоговой инспекции (закон вступил в силу с 1 апреля). Во многих регионах это вызвало волну закрытий терминальных сетей.

Участники рынка с ходу называют как минимум два возможных варианта повышения прозрачности рынка без использования кассовых аппаратов. Евгений Трейстер, генеральный директор компании «Дельта Телеком», считает, что было бы проще контролировать платежных субагентов, сверяя объемы платежей, проходящих через платежную систему, с объемом принятой наличности.

А участники Региональной ассоциации участников рынка мгновенных платежей в открытом письме президенту Дмитрию Медведеву предлагают включить деятельность по приему платежей через платежные терминалы в перечень услуг, подлежащих обложению единым налогом на вмененный доход (для предпринимателей, владеющих не более чем 30 терминалами).

Пока же, для того чтобы сэкономить на фискализации, многие владельцы терминальных сетей, в том числе довольно крупных, передают их на баланс банков (на банки действие упомянутого закона не распространяется), оставляя за собой только процессинг. По оценке «Ъ», такими схемами воспользовалось около четверти участников рынка платежных терминалов.

Платежные системы

Немалая часть терминалов принадлежит платежным сетям — участникам рынка, непосредственно организующим весь процесс оборота моментальных платежей: от предоставления софта для разных видов оборудования (помимо терминалов, моментальные платежи в пользу третьих лиц можно принимать, используя контрольно-кассовые машины, обычные компьютеры или мобильные телефоны) до формирования пулов получателей платежей.

В числе лидеров рынка фигурируют именно платежные системы, большинство из которых имеет как минимум три источника дохода: комиссия от платежных агентов (терминальных сетей, торговых точек), вознаграждение от получателей платежей (поставщиков товаров и услуг), а также поступления от собственных сетей приема платежей, как виртуальных, так и наличных. Даже крупнейшие банки охотно пользуются их услугами.

Например, 28 мая было объявлено о подключении интернет-системы Альфа-Банка к платежной системе CyberPlat («КиберПлат»), что значительно расширило список поставщиков услуг, которым могут провести платеж клиенты Альфа-Банка через свои системы мобильных и интернет-платежей. «На сегодня в платежной системе «КиберПлат» зарегистрировано около 1 500 провайдеров, в том числе региональных, — говорится в сообщении компании. — Система взаимодействует со 180 ведущими банками».

Судя по всему, платежные системы, в отличие от агентских сетей, от нового закона выиграли гораздо больше, чем проиграли. Немного теряя на фискализации своего терминального бизнеса (если он есть), они получают значительный выигрыш, развивая спектр услуг по другим направлениям, потенциал которых значительно возрос. В частности, закон легализовал проведение некоторых банковских операций (например, пополнение депозитов и карт-счетов) в ретейловых и терминальных сетях. «Изменение законодательства позволило нам быстрее подключать к системе новых получателей платежей и обеспечить ускоренное развитие новой финансовой инфраструктуры для осуществления небольших платежей», — говорит Андрей Грибов, генеральный директор ОАО «КиберПлат», отмечая, что узаконенная возможность пополнения банковских счетов через платежных агентов открывает новые горизонты в развитии банковской розницы.

Только этого мало

Уже достигнутый эффект от вступления в силу закона № 103-ФЗ представителям государственных органов показался недостаточным.  В начале июня на сайте Центробанка (ЦБ) были опубликованы проекты указаний, регламентирующие порядок учета операций,  которые осуществляются через банковские платежные терминалы и банкоматы. В частности, кредитная организация должна обеспечить наличие информации по любому терминалу (банкомату) о каждой проведенной трансакции в неизменном виде. 

Банкиры против нового порядка в принципе не возражают. Эта схема представляется им гораздо проще и выгоднее, чем предложения Резника. Мнение же бывших владельцев терминалов, похоже, никого не интересует.

Представители платежных систем полагают, что если отказ от «банковской схемы» и затормозит развитие рынка, то ненадолго. Потенциал рынка слишком очевиден и слишком широк, чтобы и дальше терпеть присутствие  на нем недобросовестных игроков.