Беспроигрышный вариант

Тема недели
Москва, 06.09.2010
«Эксперт Сибирь» №35 (279)
Последняя Стратегия развития Сибири составлена таким образом, что может обойтись без дополнительных федеральных вливаний

Подписанный в июле новый вариант Стратегии развития Сибири до 2020 года вызывает смешанные чувства. С одной стороны, разработчики утверждают, что на этот раз благодаря неимоверным лоббистским усилиям окончательная редакция документа оказалась максимально близка первоначальному проекту. Даже несмотря на то что при прохождении через ведомственное сито документ «похудел» примерно вдвое: проект насчитывал около 200 страниц, а в Стратегии, подписанной премьером Владимиром Путиным, их не более 90. С другой стороны, хочется поскорее увидеть переход от перспективного планирования к реальным действиям. А вот здесь наши шансы неопределенны: финансовые, а затем и погодные, катаклизмы практически опустошили государственную мошну, объемы финансирования федеральных целевых программ (ФЦП) год от года сокращаются, а без вливаний из центра о развитии такой (увы, слабо освоенной) территории, какой до сих пор является Сибирь, говорить не приходится.

Редакторы были добры

Вначале о хорошем. Вышедший из-под визирующего пера премьер-министра текст Стратегии-2020, по выражению одного из его разработчиков Вячеслава Селиверстова, заместителя директора Института экономики и организации промышленного производства (ИЭОПП) СО РАН, «целостен, непротиворечив и отражает интересы Сибири». Это выгодно отличает его от предыдущего варианта Стратегии, утвержденного в 2002 году, который иначе как «выхолощенным, недееспособным, не содержащим ничего, кроме лозунгов» не называли.

При прохождении через ведомственное сито документ «похудел» примерно вдвое: проект насчитывал около 200 страниц, а в Стратегии, подписанной премьером Владимиром Путиным, их не более 90

«В последнем варианте удалось сохранить даже те положения, которые по существу федеральным правительством не поддерживаются, — отмечает Виктор Суслов, другой представитель авторского коллектива, член-корреспондент РАН, заместитель директора ИЭОПП СО РАН. — Хотя, конечно, реальное содержание из них постарались убрать — ведомства не любят ставить себе сложных задач, тем более описанных в конкретных цифрах.  Например, в нашем проекте были просчитаны целевые ориентиры: к 2030 году нужно добиться реальных показателей уровня жизни населения Сибири на 20–25 процентов выше среднероссийских; со второй половины 2020-х необходимо обеспечить уровень положительной миграции в регионы Сибири порядка 100–150 тыс. человек в год; обеспечить темпы роста валового регионального продукта (ВРП) Сибири на 0,5–1 процентный пункт (п. п.) выше среднероссийских значений. Из всего этого осталось три строчки: «Основные показатели социально-экономического развития Сибири к концу 2020 года должны соответствовать среднероссийским значениям. Для этого среднегодовой темп прироста суммарного ВРП начиная с 2012 года должен превышать среднероссийский показатель». Но и это уже неплохо».

С чем предстоит бороться

Помимо сурового климата, обуславливающего резкое удорожание любого капитального строительства, слабую транспортную освоенность огромной территории и низкую диверсификацию экономики, да еще ориентированную на достаточно удаленные рынки, Сибирь отличает слабость внутренней интеграции. Несмотря на уверения правительственных идеологов в том, что Сибирь — единая территория, являющаяся частью единой страны, малоосвоенные окраины с каждым годом все больше отрываются и отчуждаются даже от своих более благополучных соседей, не представляя для них интереса ни в качестве производственной базы (из-за неразвитости инфраструктуры), ни в качестве потенциальных рынков сбыта (из-за вконец обнищавшего населения).

Но даже в экономически развитых регионах не все благополучно. Повышенная капиталоемкость экономики и «неблагоприятная институциональная среда», как стыдливо говорится в тексте Стратегии (а подразумевается под этим то, что львиная доля финансовых и административных ресурсов, необходимых для нормальной жизнедеятельности бизнеса, сосредотачивается в столице нашей родины), приводят к масштабному оттоку капитала из Сибири в европейскую часть страны и за границу. По подсчетам авторов Стратегии, ежегодные объемы оттока капитала сопоставимы с размерами совокупного ВРП, и это является дополнительным препятствием для экономического роста.

Стратегия Сибири ставит целью снять эти противоречия и обеспечить «устойчивое повышение уровня и качества жизни населения на основе сбалансированной социально-экономической системы инновационного типа, гарантирующей национальную безопасность, динамичное развитие экономики и реализацию стратегических интересов России в мировом сообществе». Для достижения этих целей разработан сценарный план, увязанный с уже имеющимися федеральными стратегиями (Стратегия развития России до 2020 года, Энергетическая стратегия РФ до 2020 года), и целевыми программами (от программы «Развитие транспортной инфраструктуры в 2010–2015 годах» или «Социально-экономическое развитие Дальнего Востока и Забайкалья до 2013 года» до программ развития высоких технологий). 

Предполагается, что к 2020 году регион преодолеет многолетнее отставание от среднероссийского уровня развития, но для этого в течение ближайших 8–10 лет ему необходимо обеспечить темпы прироста ВРП на несколько п. п. выше среднероссийских значений. Конечно, чуда за это время не произойдет, и опираться в своем развитии Сибирь по-прежнему будет на традиционные для нее (преимущественно добывающие) отрасли. Тем не менее Стратегия предполагает «постепенное повышение доли перерабатывающей промышленности в структуре ВРП и обеспечение инновационной направленности долгосрочного развития экономики».

Помимо сбалансированности подходов и увязки с основными существующими федеральными программами развития, к достоинствам последнего варианта Стратегии Сибири-2020 Виктор Суслов относит проектный подход к развитию макрорегиона, нацеленность на преодоление межрегиональных различий («Новая ступень», «Эксперт-Сибирь», № 22–23 за 2010 год). Но во что конкретно выльются все положения Стратегии, станет ясно, когда будет принят план мероприятий, направленных на ее реализацию, который должен быть представлен правительству в январе 2011 года.

Планы пока засекречены

В отличие от Стратегии развития Сибири, план широко не обсуждается, хотя именно в нем должны содержаться те меры и шаги, благодаря которым Стратегия может быть воплощена в жизнь.  Вячеслав Селиверстов рассказал лишь о некоторых параметрах проекта этого плана: «Проект документа содержит шесть разделов. Первый посвящен вопросам эффективного развития экономики, второй описывает инновационное направление развития, в третьем рассматриваются мероприятия, направленные на повышение уровня жизни населения, в четвертом — инфраструктурные проекты, пятый посвящен вопросам приграничного сотрудничества, шестой — решению экологических проблем. Институт экономики принял активное участие в обсуждении и доработке проекта документа. Например, мы предложили ввести пункт о разработке целевых индикаторов и порядке мониторинга их достижения, без чего любой план повисает в воздухе, включили пункты об актуализации региональных стратегий развития с учетом общей Стратегии развития Сибири, с тем чтобы избежать разнобоя в трактовках и сроках дублирования каких-то проектов и функций, были и другие правки. В целом, на мой взгляд, план получился хорошо сбалансированным, стратегические приоритеты в нем прописаны достаточно детально. Помимо организационных мероприятий, необходимых законодательных новаций, он включает и конкретные инвестиционные проекты, главным образом инфраструктурного характера, то есть находящиеся в ведении государства (мы исходили из того, что план мероприятий предназначается прежде всего для государственных органов, хотя государство, безусловно, может влиять и на инвестиционные планы бизнеса — путем использования стимулирующих мер). Но говорить о том, какие из них войдут в окончательный вариант, думаю, преждевременно. Сейчас  над проектом плана идет работа в профильных министерствах и ведомствах, и они наверняка внесут какие-то свои поправки и пожелания».

Что касается утвержденного одновременно со стратегией короткого перечня первоочередных инвестиционных проектов в СФО, он, по словам Вячеслава Селиверстова, включает минимально достаточный перечень проектов, большинство из которых уже реализуются в рамках тех или иных ФЦП.

Денег нет и не будет

Самое время поговорить о грустном. Скорее о том, что внушает тревогу экспертам, хорошо знакомым с практикой выбивания бюджетных ресурсов под те или иные проекты. «Условием успешной реализации Стратегии является комплексное, системное и синхронное взаимодействие государства, бизнеса и общества на принципах государственно-частного партнерства в реализации ключевых инвестиционных проектов», — говорится в заключительной части документа. И тут же: «основными механизмами реализации Стратегии являются ФЦП <…> а также реализация крупнейших инвестиционных проектов, в том числе с использованием средств Инвестиционного фонда РФ».

Иных источников бюджетного финансирования инвестиционных проектов Бюджетный кодекс РФ не предусматривает. В то же время региональные и муниципальные целевые программы вряд ли можно рассматривать в качестве серьезного источника ресурсов, а «программы крупных компаний, направленные на комплексное развитие территории Сибири», — источник ненадежный. У всех на слуху история с достройкой Богучанской ГЭС, на которую у «Русала» то есть деньги, то нет. В итоге ее запуск то и дело откладывается. В прошлом номере «Эксперта-Сибирь» описывалась скандальная ситуация с банкротством компании «РУСИА Петролеум», владеющей лицензией на разработку Ковыктинского газоконденсатного месторождения  («Газ — тормоз, нефть —вперед», № 32–34).

Конечно, оптимальным для сибиряков решением проблемы могло бы стать принятие соответствующей ФЦП. Финансирование развития Дальнего Востока, в последние три года получающего беспрецедентные вливания из федерального бюджета, осуществляется именно через механизмы ФЦП. Так, в 2008-м и 2009 году инвестировано, соответственно, 29,1 млрд и 42,8 млрд рублей, что сравнимо с бюджетом некоторых сибирских регионов. Но, во-первых, львиная доля ресурсов  в рамках ФЦП поступает на подготовку Владивостока к саммиту стран АТЭС в 2012 году, а Сибирь такими проектами не располагает; во-вторых, правительством принято принципиальное решение о сокращении расходов на ФЦП, что вполне понятно, учитывая дефицитность федерального бюджета и, мягко говоря, невысокую эффективность управления ресурсами на местах. Да и как показывает практика, даже ФЦП крайне редко финансируются на 100%.

К чести разработчиков Стратегии, они постарались учесть эти риски. «Инвестиционные проекты и мероприятия, отраженные в Стратегии, не являются источником возникновения дополнительных расходных обязательств федерального бюджета, — говорится в разделе VII документа. — Они должны быть ориентиром для реализуемых на территории СФО государственных программ, а также инвестиционных программ субъектов естественных монополий федерального значения на среднесрочную и долгосрочную перспективу».

В любом случае перспективы реализации последней Стратегии станут ясны только после обнародования плана мероприятий с конкретными источниками финансирования и механизмом реализации, но это случится не раньше января 2011 года. А вот первых реальных воплощений каких-то конкретных положений Стратегии придется ждать гораздо дольше. Впрочем, проектно-модельный характер нынешней Стратегии потому и считается одним из ее достоинств, что отказ или перенесение сроков реализации одного из ее проектов еще не означает провала по другим направлениям. Даже если будет реализована только часть тех проектов, которые она описывает (а это, можно сказать, гарантируют сопряженные со Стратегией ФЦП), жить в Сибири все равно станет лучше и веселее. По крайней мере, в некоторых регионах хуже уже точно не станет.        

Основные социально-экономические показатели развития регионов СФО, январь-июль 2010 года

Новости партнеров

«Эксперт Сибирь»
№35 (279) 6 сентября 2010
Экономика Сибири
Содержание:
Беспроигрышный вариант

Последняя Стратегия развития Сибири составлена таким образом, что может обойтись без дополнительных федеральных вливаний

Реклама