СРО: выхода нет

Мария Петрова
14 февраля 2011, 00:00
  Сибирь

Обязав год назад застройщиков вступать в саморегулируемые организации, государство до сих пор не озаботилось проработкой механизма перехода из одного партнерства в другое. Участники не могут ни добровольно покинуть организацию, ни вернуть свой взнос в компенсационный фонд

Фото: Борис Барышников
По мнению участников круглого стола, механизм саморегулирования помог строительному рынку избавиться от мертвых душ

В конгресс-центре «Хилтон» застройщики и банкиры подводили итоги года, в течение которого строительный рынок отвыкал от государственных лицензий и переходил к участию в саморегулируемых организациях (СРО) — некоммерческих партнерствах, которые ручаются за своих членов компенсационным фондом.

По мнению участников круглого стола, организованного журналом «Эксперт-Сибирь», механизм саморегулирования помог строительному рынку избавиться от мертвых душ. Согласно официальным данным, в Новосибирской области в 2009 году было зафиксировано более 5,5 тыс. строительных компаний. К концу 2010 года их численность сократилась до 1,7 тыс. Ушедшие с рынка две трети составляли организации, которые фактически не работали — одни брали строительную лицензию впрок, хотя фактически действовали в других отраслях, другие вовсе были зарегистрированы исключительно для участия в конкурсах или обналичивания средств.

В ответе все

По официальным данным, в настоящее время на территории СФО работают около 30 строительных СРО. В каждом регионе есть как местные партнерства, так и филиалы организаций с головными офисами в Москве, Санкт-Петербурге и других городах — в Новосибирске, например, действует СРО из Волгограда.

Количество участников партнерства напрямую влияет на размер компенсационного фонда СРО. Для строительных СРО взнос в фонд не может быть менее 300 тыс. рублей.

В полномочия СРО входит контроль за деятельностью входящих в нее компаний. При проведении проверок организация может получить замечание, а может и вовсе лишиться допуска или членства в партнерстве. На практике в большинстве случаев все заканчивается замечанием и дальнейшим устранением нарушений.

По мнению экспертов, распределение компаний по партнерствам уже произошло, а дальнейшее развитие СРО напрямую связано с масштабированием процесса саморегулирования на федеральный уровень. В конце 2009 года было создано «партнерство партнерств» — «Национальное объединение строителей» (НОСТРОЙ). Уже сегодня в этой некоммерческой организации сформировано 19 комитетов, назначены представители в каждом федеральном округе, работает аппарат со штатной численностью более 50 человек. Если процесс продолжится, то со временем НОСТРОЙ рискует превратиться в очередной аналог федерального ведомства, а эффект от введения саморегулирования окажется крайне сомнительным.

СРО не хотят под НОСТРОЙ

Эксперты опасаются, что партнерства станут филиалами НОСТРОЙ на местах. Идея централизации, фактически обеспечивающей создание ныне несуществующего министерства строительства, внедряется под предлогом неспособности Ростехнадзора справиться с контролем строительных организаций. Исполнительный директор СРО НП Строителей сибирского региона Юрий Мишаров заметил, что хотя к введению СРО готовились несколько лет, ни законодательства, ни отдельной структуры, которая занималась бы только вопросами партнерств, Ростехнадзор не создал: «Представьте ситуацию: во время проведения чемпионата мира по футболу несколько раз подряд меняют правила. Что бы из этого получилось? А у нас все так и обстоит».

Передача НОСТРОЙ функций федерального ведомства расценивается экспертами как нежелательный, но вполне логичный шаг государства, спустившего инициативу саморегулирования сверху, что само по себе нонсенс: «СРО — это не насаждение сверху, а культура. Мы должны знать друг друга и развивать рынок исходя из нашего общего понимания перспектив», — подчеркнул генеральный директор ООО «Сибирь-Развитие» Дмитрий Червов. Начальник отдела управления архитектуры и строительства министерства строительства и ЖКХ Новосибирской области Александр Ушаков возразил, что инициатива была сверху только из-за того, что движения снизу не было: «Закон о саморегулировании был принят в 2008 году, был целый год, чтобы проявить активность». Он подчеркнул, что государство не могло не обратиться к теме саморегулирования: во-первых, предоставление лицензий превратилось в формальную продажу, во-вторых, отмена лицензирования является одним из официальных требований вступления государства в ВТО.

Начальник инспекции государственного строительного надзора Новосибирской области Виталий Ивлев главным недостатком НОСТРОЙ счел удаленность: «Иметь средства компенсационных фондов в своих руках национальному объединению, конечно, хочется, и для этого оно сыграет свою роль в разработке нормативных документов, но осуществлять контроль на местах будет не в силах». Коллеги согласились: центральному партнерству пришлось бы за год проверять 2–2,5 тыс. организаций, для чего необходим огромный штат квалифицированных специалистов, примерную стоимость содержания которых участники встречи не решились подсчитать.

По оптимистичным прогнозам, НОСТРОЙ станет координировать деятельность саморегулируемых организаций и лоббировать их интересы в органах власти. «Национальное объединение должно определять подходы, а не стоять над каждой СРО с угрозой забрать компенсационный фонд», — подытожил Юрий Мишаров.

Размер имеет значение

Интернет пестрит объявлениями о продаже допусков в СРО. Застройщикам предлагают копеечные по среднерыночным меркам взносы и оформление в течение двух-трех рабочих дней. Подобные предложения вызывают два вопроса. Первый — насколько законна деятельность таких партнерств, второй — как быть игрокам рынка, опрометчиво вступившим в СРО с дурной репутацией. Представитель ОНП «Главсоюз» в Новосибирске Ольга Миняева считает, что строительным компаниям, допустившим ошибку на этапе принятия решения о вступлении в СРО, грозит перспектива ухода с рынка: «Где-то не доглядели, где-то поддались на уговоры и сейчас при имеющемся законодательном механизме невозврата средств из компенсационного фонда рискуют оказаться без допуска».

Отделить агнцев от козлищ непосвященным и в самом деле нелегко. Существует распространенное заблуждение, что чем крупнее партнерство, тем оно надежнее. Но именно небольшие региональные организации на момент приема участников особенно серьезно рассматривают кандидатуры своих потенциальных членов, критерии у них зачастую более жесткие, чем у многих крупных. «Как раз недобросовестные СРО зачастую отличаются зашкаливающим количеством членов — их десятки тысяч, и совершенно непонятно, как отслеживается их деятельность, — рассказывает Ольга Миняева. — А мелкие СРО в состоянии отследить деятельность всех своих членов». Юрий Мишаров в поддержку мнения коллеги привел простые подсчеты: чтобы согласно закону раз в год проверять своих членов, СРО нужны штатные специалисты, а если в партнерство входит несколько тысяч компаний, разбросанных по всей стране, то содержание специалистов становится для СРО непосильной ношей. По словам экспертов, технологии проверки таких партнерств нет. Участники встречи вспомнили недавний случай в Саратове, где прокуратура проверяла СРО с численностью в 2,5 тыс. участников и разветвленной сетью филиалов и нашла только мелкие нарушения — например, свидетельство выдавали не за два дня, а за четыре.

Эти соображения весной 2010 года подтолкнули депутатов Госдумы составить проект федерального закона, вносящего изменения в Градостроительный кодекс РФ в области работы партнерств. В этом проекте предлагалось ограничить максимальное число членов СРО, проводящих инженерные изыскания и подготовку документации, 500 организациями, а членов СРО, осуществляющих строительство, 1 000 компаниями. Однако проект принят не был.

Законодательство также не способствует прозрачности самих партнерств. Перечень информации, которую СРО имеет право предоставлять, оговорен законодательно. Объемы выполненных работ можно показать, только если на собрании СРО все члены единогласно согласились предоставлять такую информацию совету партнерства. Экспертам не удалось вспомнить ни одного подобного прецедента.

Гоняться ли за дешевизной

Еще один больной вопрос — цена допуска. Если общая стоимость лицензии, включая обязательные «конверты», составляла, по оценкам экспертов, около 60 тыс. рублей, то для получения статуса партнера застройщику или проектировщику придется оплатить страховой взнос 30 тыс. рублей, членский взнос от 50 до 300 тыс. в год и, конечно, компенсационный взнос — в разных СРО он составляет от 300 тыс. до 10 млн рублей. Игроки строительного рынка едино­гласно заявили, что в нашей стране ни одна компания таких денег на получение лицензий не тратила. Александр Ушаков возразил, что это цена за возможность решать вопросы в досудебном порядке: «При лицензировании такого не было».

Однако остальные скептически отнеслись к целесообразности высоких взносов. По словам Дмитрия Червова, вступив в СРО, его компания не ощутила значимых перемен: «Сомневаюсь, что компенсационный фонд покроет какой-то крупный ляп любой, даже небольшой строительной организации». Сходного мнения придерживается и Юрий Мишаров, рассказывающий, что в Америке и Европе для участия в конкурсе на госзаказ застройщику необходимо пройти предквалификацию и получить рекомендации СРО — и партнерство несет ответственность за то, что это добросовестная компания: «Все народные инициативы повести отечественный строительный рынок по тому же пути разбиваются о ФАС — а ведь если бы идею поддержали, организации вступали бы в СРО не по принципу «где взнос ниже», а глядя на статус и уровень партнеров».

Финансовый вопрос обострило недавнее принятие изменений в Градостроительный кодекс — теперь партнерствам официально запрещено размещать средства компенсационного фонда в управляющих компаниях. Деньги должны лежать на депозитах в банке без движения, чтобы члены партнерства не подвергались лишним рискам. Эксперты говорят, что управляющие компании уже предлагают способы, при которых средства остаются лежать на депозитах, но при этом фактически управляются, однако держащиеся за свою репутацию СРО отказываются прибегать к подобным схемам, какую бы высокую прибыль они не обещали.