Полный вахтунг

«Вторая индустриализация», крупные инфраструктурные стройки и освоение новых месторождений в Сибири требуют все больше вахтовиков. Как и в ХХ веке, костяк этой рабочей касты, изжившей в себе советский романтизм, составят приезжие — собственного человеческого капитала в сибирских городах для таких проектов не хватит

Рабочие профессии — до сих пор самые востребованные в Сибири

Вахтовый метод работы стал, как сейчас модно говорить, культовым во времена СССР. Советское правительство активно занималось «опролетариванием» населения, для чего рядом с местами добычи природных ресурсов строились промышленные производства, а также объекты инфраструктуры, без которых заводы и фабрики не смогли бы работать. Как справедливо отмечал профессор Иркутского государственного технического университета Марк Меерович, столь массовое «переселение народов» обеспечивалось целым рядом средств: пропиской, трудовыми книжками, распределением и закреплением молодых специалистов, ограничением зоны проживания после отбытия сроков заключения, дефицитом жилья и так далее.

Вахтовый метод в этой системе координат носил двойственный характер. С одной стороны, ряд пустующих районов страны осваивался исключительно за счет «принудительной» вахты — под­невольного труда заключенных или спецпереселенцев. С другой — массовый характер приобрела и «добровольная» вахта. В общественном сознании, в кинофильмах сформировали собирательный образ вахтовика — это был смелый и мужественный человек, почти романтик и всегда оптимист, готовый терпеть лишения, бытовую неустроенность, но за это вознаграждаемый уважительным отношением и высокой зарплатой.

Изменилась страна, поменялись экономические условия, что, безусловно, отразилось и на вахтовом методе работы. Но индустриализация, освоение новых месторождений, строительство дорог и других объектов инфраструктуры — цели остались прежними. Просто во главе этих процессов встали государственные и частные компании, такие как «Газпром», «Роснефть», «Транснефть». Кроме того, поднятый железный занавес открыл Сибирь и всю страну и для иностранных компаний, приход которых в российскую глубинку сильно повлиял на рынок труда и сложившиеся здесь методы работы. В целом вахта претерпела достаточно серьезные трансформации. Но естественно, никуда не делась. И не денется в будущем.

Как это было

Во второй половине ХХ века в ряде регионов Сибири, недра которых богаты природными ресурсами, закладывались новые города, одни из которых стали форпостами освоения ряда крупнейших нефтяных и газовых месторождений, другие — оплотами металлургической, химической и других отраслей промышленности. Это Нижневартовск, Надым, Новый Уренгой, Стрежевой, Братск, Ангарск, Норильск, куда съезжались специалисты со всей страны, прежде всего из уже сложившихся промышленных районов СССР: Азербайджана, Украины, Белоруссии, Северного Кавказа, Татарстана, Башкирии. Города обрастали инфраструктурой и мало-мальски развивались. Как правило, из них отправлялись партии вахтовиков в совершенно труднодоступные места, где велись промышленные или геологоразведочные работы. «Знаете же, что Ямал называли ямало-донецким округом, а Ханты-Мансийский округ — хохло-мансийским? Потому что проектировщики, буровики, производители оборудования были из-за Урала: газовики — в основном из Украины, нефтяники — с Урало-Поволжья», — вспоминал в ин­тервью «Эксперту-Сибирь» доктор экономических наук профессор Валерий Крюков (см. «Извлечь из прошлого уроки и выгоду» в «Эксперте-Сибирь» № 35 за 2011 год).

Все стандарты оплаты, режим и условия работы вахтовиков были официально утверждены лишь в конце 1980-х. В 1987 году на государственном уровне было принято постановление «Об утверждении основных положений о вахтовом методе организации работ», которое законодательно регламентировало данную форму труда. Регламентировало еще по-советски основательно, поэтому все положения об организации процесса труда, выплате зарплаты и компенсаций, отдыхе и отпуске, а также ограничениях по здоровью были расписаны детально и масштабно. Надо сказать, что с тех пор положение практически не пересматривалось, несмотря на то что в экономике произошли серьезные изменения.

Гигантский размах советских проектов продолжался до 1990-х. Потом, по известным причинам, все изменилось. И процветавшие моногорода, и форпосты освоения месторождений, созданные в сложных природных условиях, почувствовали на себе все прелести рыночной экономики. Оттуда начался мощный отток населения, который социологи давно прозвали «западным дрейфом» (в противовес «восточному дрейфу», существовавшему во все времена освоения Сибири и прервавшемуся с крахом СССР). «Условия труда и жизни на месторождениях в постсоветский период заметно изменились. Мне часто приходилось бывать в вахтовых поселках тюменского Севера, и я наблюдал, как там в антисанитарных условиях жили геологи и нефтяники, по очереди спали на замасленных матрацах без простыней. После этого мне довелось испытать культурный шок в вахтовых комплексах компании ВР на Аляске», — описывает нюансы вахтовой жизни последнего десятилетия ХХ века доктор социологических наук профессор Тюменского государственного нефтегазового университета Анатолий Силин.

Актуальная фаза

Сегодня вахта приобрела черты космополитизма. Изменилась прежде всего география. Теперь это не только работа на так называемых северах, но и на Дальнем Востоке, и в столице страны, и на побережье Черного моря, где идет бурная подготовка к Олимпиаде, и даже за границей.

Главными же «законодателями мод» в сфере вахтового труда остается, естественно, добыча нефти и газа. А также проекты, так или иначе связанные с традиционными для России сырьевыми ресурсами — прежде всего нефтепровод Восточная Сибирь – Тихий Океан (ВСТО). Вовлечение в оборот открытых еще в советские годы новых месторождений как правило ведется в районах со слабо развитой инфраструктурой, где нет постоянного населения или проживают лишь коренные малочисленные народы. Соответственно в такие места, как и прежде, привлекаются вахтовики. И также — со всей страны. Достаточно вспомнить возмущение, высказанное бывшим полпредом президента в Сибири Анатолием Квашниным, когда ему доложили о том, кто работает на прокладке трубопровода ВСТО. Оказалось, что сибиряков там немного, зато приехали специалисты из Центральной России и с Юга. Однако такое поведение компаний, реализующих проекты в Сибири, определяется не злым умыслом: просто кадровый голод на местах ощущается намного сильнее.

Условия, которые предоставляют компании своим работникам в труднодоступных районах, в принципе являются показателем «продвинутости» того или иного работодателя. Сегодня на рынке существует устойчивый стереотип о преимуществах работы в иностранных компаниях. Именно они, считают специалисты, повлияли на трансформацию шкалы ценностей вахтовиков. Если в 1990-е безработица в городах толкала людей на труд в любых условиях, даже жестких, которые исторически были нормой практически для всех отечественных компаний, то планка, поднятая иностранными инвесторами, автоматически заставила и наших работодателей пересматривать привычные установки на организацию труда.

Судя по данным таблицы, сегодня для вахтовиков значимыми факторами являются материальное стимулирование и организация производства. «Раньше были холод, сырость, трудность, недосыпание, в общем, достаточно тяжелые условия труда. За год такой работы человек действительно старел и становился больным. На такие вещи как грыжа диска в поясничном отделе позвоночника никто даже внимания не обращал. Работы в городах не хватало, а деньги были нужны, вот все и работали, молча, сжав зубы. Сегодня от этого отходят. Существуют, конечно, маленькие компании, где люди так и работают, но в большинстве своем все изменилось. Дело в безопасности. Вот что самое главное! То, что пришло из-за рубежа, стало укореняться и у нас. Safety first! Появились глобальные программы по улучшению условий и безопасности труда. Человеческая жизнь стала стоить намного дороже. А для некоторых компаний и просто бесценной. Компании стали понимать, что самый ценный актив — это работник. Это, конечно же, проявляется и в мелочах: «Не поднимай больше 25 килограммов, поднимай правильно, на морозе в -40°С каждый час греешься 15 минут и так далее», — говорит руководитель департамента по рекламе и продвижению проекта Oil Career, по совместительству — инженер одной крупной американской сервисной компании Владислав Киричок.

Но если почитать отраслевые форумы, станет понятно, что российским компаниям в этом направлении еще работать и работать. Более объективно можно оценить уровень зарплат. Романтизм давно остался в прошлом — за идею очередного «покорения Енисея» профессиональные кадры работать больше не заставишь (см. «Здесь выдерживают только сильные»). Тем не менее компании, использующие вахту в производстве, на официальном уровне не разглашают размер средней заработной платы своего среднестатистического вахтовика, ссылаясь на коммерческую тайну. Но информации из неофициальных источников достаточно. «В иностранных компаниях, во всех, платят ежемесячную ставку плюс бонусы. Бонус — это надбавка за один рабочий (на вахте) день. Еще выплачивают суточные, на еду. Конечно, оплачивают дополнительные расходы: дорогу, гостиницы. И поэтому в среднем зарплата в иностранных компаниях больше раза в два. В русских же компаниях кроме ставки (маленькой), которую порой платят только когда человек на вахте, существуют премии. Иногда до 100 процентов. А также начисляется множество «допов». Так вот с этими «допами» годовая зарплата может получиться как в иностранной компании. Проблема только в том, что рассчитать их невозможно. В этих начислениях и 13 зарплата, и праздничные, и оплата путевок», — комментирует Владислав Киричок.

Специалисты определяют вахтовую зарплату от уровня средней в регионах. Обычно вахтовый заработок вдвое превышает оклад рядового служащего. Так, анализ имеющегося банка вакансий в Красноярском крае показывает, что уровень предлагаемой заработной платы зависит от отрасли. В нефтегазовом комплексе можно заработать — от 50 до 80 тыс. рублей, в золотодобывающей промышленности — от 30 до 45 тыс. рублей, а в леспроме — от 15 до 25 тысяч. «Что касается, зарплаты, то она, конечно, значительно выше, чем «на земле», как говорят северяне. Например, среднемесячная номинальная начисленная заработная плата одного работающего составила в 2010 году по Тюменской области в целом 35 тыс. рублей, по Ханты-Мансийскому округу — 39 тыс. рублей, Ямало-Ненецкому — 47 тыс. рублей. При этом зарплата занятых в добывающих отраслях более чем вдвое превышает среднюю. Вместе с тем неудовлетворенность оплатой труда и начислением премий остается главной причиной конфликтов и увольнений в вахтовых коллективах», — резюмирует Анатолий Силин.

Дело в том, что размер зарплаты зависит от уровня квалификации специалистов. Высококвалифицированные вахтовики инженерных специальностей могут зарабатывать деньги, сопоставимые с зарплатами топ-менеджеров головных компаний. Но такие кадры — штучные. Количество специалистов со средним профобразованием на рынке вахтовых работ пока еще превалирует. Правда, по всем прогнозам, число квалифицированных специалистов будет возрастать. «Уровень зарплат при работе вахтовым методом напрямую зависит от квалификации специалиста. Высококвалифицированный персонал может получать очень высокую заработную плату — заработок в домашнем регионе можно смело умножать на коэффициент 1,4. Кроме того, при работе вахтовым методом оплачивается и межвахтовый период, перерыв между вахтами. Труд неквалифицированного персонала, который обычно привлекают не вахтовым методом, а релокацией (передислокацией), оплачивается в зависимости от количества смен. Чем больше смен — тем выше оплата. В этом случае мы не можем говорить о действительно высокой оплате труда», — говорит руководитель филиала лизинговой компании «АНКОР» в Новосибирске Ольга Парфенова.

Тенденции и прогнозы

Получить актуальную статистику по количеству вахтовиков, работающих в Сибири, оказалось непросто. Даже специалисты затруднились ответить на этот вопрос. По данным рекрутингового портала Superjob.ru, около 15% всех вакансий, открытых в Сибирском федеральном округе, предполагают работу вахтовым методом. Однако проблема в том, что сегодня само понятие вахты размылось. «Все зависит от того, что понимать под вахтовым методом. Если оформлять сотрудника согласно Трудовому кодексу РФ, то это очень трудоемко с точки зрения учета, трудоустройства и расчета. А самое главное — это очень дорого для компании. Поэтому чаще всего то, что компании называют «вахтовым методом», на поверку оказывается классическим ре­локационным предложением — то есть приглашением на временный переезд на работу в другой город или регион. Работу вахтовым методом в его правильном понимании предлагает очень ограниченное число компаний», — комментирует ситуацию Ольга Парфенова.

Подобная путаница в терминах зачастую играет на руку многим работодателям. Поэтому их почти массовый отказ сообщить нам число занятных на вахте сотрудников становится понятен. Пользоваться приходится оценками чиновников. Так, в агентстве труда и занятости населения Красноярского края нам сообщили, что в регионе вахтовым методом работают более 40 тыс. человек (только на разработке Ванкорского нефтегазового месторождения, которую ведет «Роснефть», с учетом подрядных организаций вахтовиков — более 12 тыс. человек). Например, в Северо-Енисейском и Мотыгинском районах (золотодобыча), в Кежемском районе (достройка основных объектов Богучанской ГЭС), в Богучанском районе (лесопромышленный комплекс). Кроме того, строительные организации используют вахтовый метод по всему краю.

Сегодня красноярские органы службы занятости располагают информацией о 2,3 тысячи открытых вакансий по различным специальностям. Примерно такими же цифрами, показывающими потребность региона в кадрах, оперирует и департамент труда и занятости населения Томской области. За 2011 год в органы службы занятости заявлено 1 853 вакансии с режимом работы вахтовым методом. Наибольшее количество заявлено компаниями, осуществляющими деятельность в сфере строительства — 40,4%; транспорта — 13,4% и добычи полезных ископаемых — 10,6%. Востребованы на региональном вахтовом рынке токари-фрезеровщики, машинисты буровой установки, вальщики леса, водители большегрузного автомобиля, газо­электросварщики, электромеханики, плотники-бетонщики, электрослесари, электромонтажники, механизаторы, мотористы, слесари-сборщики, сортировщики пиломатериалов и даже повары. Но растет спрос и на среднее звено — руководителей коллективов бурильщиков и других бригадиров.

Прогнозы экспертов по оценке рынка вахтового метода скорее можно назвать оптимистичными. Хотя таковыми они выглядят на фоне ряда негативных факторов. Во-первых, молодые высококвалифицированные и амбициозные специалисты устойчиво нацелены на выезд за границу — для работы в иностранных компаниях. «Если хорошо работать, то через три-пять лет вас, возможно, экспортируют, то есть предложат международный контракт. А заработная плата по нему в три раза больше. Так что есть к чему стремиться», — говорит Владислав Киричок. Во-вторых, большинство специалистов и студентов мечтают работать в «Газпроме», но при этом конечным пунктом назначения являются не вахтовые поселки в Сибири, на Ямале и Сахалине, а московский офис или заграничные проекты газового монополиста. Эти две тенденции, впрочем, характерны для рынка труда в целом, а не только для вахтовиков.

В-третьих, из-за демографической ямы и депопуляции, что особенно актуально для сибирских областей, специалистов на рынке с каждым годом становится все меньше и меньше. Поэтому регионам, при условии реализации всех заявленных инвестиционных планов, потребуется приток рабочей силы. «Наблюдается тенденция депопуляции. Негативное влияние демографических факторов привело к тому, что Красноярский край стал «лидером» среди регионов России с убывающим населением. Демографический прогноз по оптимистическому варианту с учетом повышения уровня рождаемости и снижения уровня смертности тем не менее предполагает снижение численности жителей Красноярского края к 2020 году на 80,6 тысячи человек», — прогнозирует заведующая кафедрой управления человеческими ресурсами ИЭУиП СФУ Ирина Воронцова.

Красноярские эксперты считают, что потребность в кадрах при реализации инвестиционных проектов до 2017 года составит порядка 90 тыс. человек, и с учетом их географического расположения это в основном будут места для вахтовой работы. «Для равномерного развития краевого рынка труда необходимо повышать трудовую мобильность населения. Сегодня наблюдается дисбаланс, при котором трудовые ресурсы сконцентрированы в одних территориях, а вакансии в других», — считает руководитель агентства труда и занятости населения Красноярского края Виктор Новиков. Остается добавить, что кроме мобильности в быстром реформировании нуждается и система профтехобразования. В прошлом году проблема озвучивалась на уровне президента страны Дмитрия Медведева. Но воз и ныне там, где остановился еще в советские годы.

Тем не менее очевидно, что вахта в Сибири будет востребована и дальше. При этом повышать трудовую мобильность населения придется не только краевым властям, но и компаниям, производственные цели которых тесно связаны с освоением макрорегиона. Вопрос — какой будет новая вахта? Очевидно, что для ряда созданных в годы советской индустриализации городов вахтовики могут стать серьезным ресурсом развития — как гастрабайтеры, обеспечивающие жизнь своих родных стран. Но для этого нужно, чтобы качество жизни в этих муниципалитетах повышалось. Перспектива же строительства городов на базе временных рабочих поселков, создающихся при производствах, в новых условиях совсем не очевидна. Возможно, ряд территорий все же стоит оставить незаселенными.