Освоить сибирский Север исключительно вахтовым методом не получится. Нужна сеть современных городов, которые станут кадровыми, технологическими и сервисными центрами освоения арктических территорий

Фото: Борис Барышников

Арктика для России — территория особого типа освоения, которая сегодня играет стратегическую роль с точки зрения не только национальной безопасности, но и экономики. По официальным данным, при доле населения, проживающего в арктической зоне страны (см. «Стратегическая территория» на стр. 14), менее 1%, здесь производится 11% национального дохода страны и формируется 22% всего российского экспорта. Еще больше впечатляют перспективы развития этой территории, которые связаны не только с освоением новых месторождений природных ресурсов (показательный пример здесь — Ванкорское месторождение, разрабатываемое с 2009 года «дочкой» «Роснефти» ЗАО «Ванкорнефть»), но и с развитием Северного морского пути (СМП), а также организацией кроссполярных перелетов из Азии в Северную Америку.

Несомненно, в условиях Арктики, основной метод, при помощи которого будут реализованы все эти планы, — вахтовый. Но на таком пространстве применение исключительно этого метода является неэффективным путем. Экономике Арктики в любом случае необходимы опорные точки — современные промышленные города. Вряд ли можно ожидать создание здесь второго Норильска, поскольку ни необходимости, ни ресурсов для этого нет. Создание новых городов будет малоэффективным путем, проще использовать уже имеющиеся поселения, расширяя их функции для решения основных задач, стоящих сегодня перед Арктикой. Для этого прежде всего необходима понятная для бизнеса государственная политика.

Отголоски великих строек

История освоения арктической зоны нашей страны по многим показателям может сравняться, а то и перегнать объемы главных строек СССР. Например, только на создание одного Норильска вместе с комбинатом и всей необходимой социальной инфраструктурой было потрачено в совокупности два годовых бюджета всего Советского Союза. Существенные инвестиции были направлены на создание портовой сети для обеспечения функционирования СМП, по которому в 1989 году было перевезено порядка семи млн тонн грузов. К освоению потенциала Арктики относится и формирование инфраструктуры нынешней главной газовой провинции страны — Ямальского автономного округа.

За исключением тех проектов, которые так или иначе связаны с добычей природных ресурсов, сегодня основные советские начинания свернуты. Тот же СМП фактически сократился вдвое и сегодня используется исключительно для обслуживания Норильского комбината (заполярный филиал «Норильского никеля»). Ожидается, что в 2011 году объем перевозок грузов по СМП составит до 1,5 млн тонн. Сворачивание подобных инфраструктурных проектов во многом привело к оттоку населения из арктической зоны. По некоторым оценкам, с 1989-го по 2008 год эти территории страны покинули более 2,6 млн человек, и отрицательную динамику миграции в целом преодолеть так и не удается.

Со стратегической точки зрения в Арктику мы вернулись только в последние годы. В частности, Арктический пояс наряду с Северным и Южным является основополагающим в Стратегии развития Сибири, принятой летом 2010 года. Тогда же был принят ряд стратегических документов на федеральном уровне, а, скажем, МЧС заговорило о создании в российском секторе Арктики десяти аварийно-спасательных станций, в том числе и в Дудинке. Наконец, в августе этого года в Ненецком АО прошло одно из самых масштабных выездных заседаний Совета безопасности России по Арктике.

Стратегия развития Сибири приоритеты для Арктического пояса определяет вполне четко — это «интенсивная геолого­разведка, освоение новых месторождений природных ресурсов, восстановление и развитие Северного морского пути, сохранение природной среды». Для этого авторы Стратегии предлагают прежде всего развивать Норильско-Туруханский территори­аль­но-производственный комплекс и логистический комплекс в портах Игарки, Дудинки и Диксона, а также осваивать Ванкорское месторождение. В документе затрагивается и вопрос будущего поселений на арктической территории — предлагается «избежать чрезмерного роста численности постоянного населения, возникновения новых стационарных поселений».

Пример освоения Ванкорского месторождения вполне в этом смысле показательный. Уже в 2009 году на реализации этого проекта работали 12 тыс. вахтовиков, для которых был создан поселок Ванкор, типичное вахтовое поселение. Однако такой характер освоения Ванкора, очевидно, стал возможным только потому, что в непосредственной близости от него сформирована необходимая «стационарная» инфраструктура, именуемая Норильским промышленным районом. Этот факт несколько охлаждает сторонников исключительно вахтового освоения Арктики (а встречаются даже такие мнения, что и Сибирь в целом не нуждается в стационарных поселениях, достаточно вахтового труда) и подталкивает задуматься о том, какую роль уже в самом ближайшем будущем станут играть промышленные города в развитии северных территорий.

Статус-кво или развитие

Опыт создания Норильска в этом смысле весьма показателен. Норильский промышленный район — это классический пример решения государственной задачи по обеспечению страны цветными металлами. Ведь был не только построен сам город с комбинатом, соответствующим образом развивались и сопредельные территории. Это и строительство Усть-Хантайской ГЭС, и развитие Мессояхского нефтегазового месторождения. Эти и другие проекты были замкнуты на Норильск, и за годы своего существования город сложился как высококлассный административный центр с очень высокой культурой обслуживания и администрирования, со сбалансированной внутренней средой.

Около 15 лет назад город стал ощущать серьезные проблемы с недостатком средств на модернизацию комбината и социальной инфраструктуры. Финансирование был примерно на том же уровне, что и в центральной части Сибири, а в условиях Крайнего Севера это, конечно, недопустимо. Начиная с 2010 года «Норильский никель» стал активно вкладывать средства в модернизацию производства. Было определено два основных направления: модернизация основного производства и расширение ресурсной базы. Это позволяет говорить о том, что даже если в ближайшее время не будет принято никаких шагов по развитию Арктики, город все равно сохранит свои позиции как крупнейший поставщик цветных металлов в России, сохранит экспортно-ориентированный потенциал. И само собой, при поддержке федерального правительства, краевой администрации и комбината будет поддерживать социокультурную сферу.

Евгения Бухарова: «Северные города хорошовыполняют функции, ради которых они были построены, но и им нужны новые стимулы для развития» sibir_313_12-1.jpg Фото: Пресс-служба СФУ
Евгения Бухарова: «Северные города хорошовыполняют функции, ради которых они были построены, но и им нужны новые стимулы для развития»
Фото: Пресс-служба СФУ

А в 2011 году состоялось еще одно знаковое событие: было подписано соглашение между администрациями Норильска, Красноярского края, правительством России и «Норильским никелем» о вложениях в модернизацию инженерной инфраструктуры города и переселении людей пенсионного возраста на Большую землю. Сам по себе документ знаковый, и оценивать его можно по-разному. Но следует признать, что собственно вложения в инфраструктуру города — это то же самое, что вложения в развитие комбината, потому что у города нет иной задачи, кроме как обеспечение работы заполярного филиала «Норильского никеля».

Кроме того, исходя из стратегии развития комбината, Норильск в ближайшем будущем будет функционировать примерно так же, как и сейчас, пусть и с модернизированным производством. Что это означает для людей? Прежде всего отсутствие перспектив для собственного развития. Да, в ходе модернизации у рабочего будет возможность повысить квалификацию, перейти на новый уровень, но дальше — тупик. Именно из-за отсутствия перспектив город, в частности, покидает молодежь (см. график 1).

В итоге мы получаем вполне определенную картину. Если в ближайшее время не будет активно реализовываться программа развития Арктики, Норильск, конечно, останется перспективным поселением, но пути к расширению его возможностей будут отсутствовать. А если программа по развитию арктической зоны будет инвестироваться, то у города есть возможность позиционироваться совершенно в другом отношении. Например, если мы говорим о Норильском промышленном районе как о транспортно-логистическом узле, то сразу появляется множество профессиональных и социальных лифтов для молодежи, которые могут сделать Арктику привлекательной для проживания.

Нужны современные города

На примере Норильска мы очень хорошо видим главную проблему городов Арктики. Они очень хорошо выполняют те функции, на которые они были «заточены» в момент своего создания, но у них нет перспектив развития, нет принципиально новых путей. Ведь, во-первых, это в любом случае малочисленные поселения, поскольку человек на Севере — это очень дорогое удовольствие. Во-вторых, развивать здесь какие-то виды бизнеса, которые не связаны с обслуживанием локального рынка, в любом случае нерентабельно, потому что затраты по всем статьям увеличиваются в разы. 

Но если мы говорим об освоении Арктики, прежде всего добыче полезных ископаемых и развитии транспортно-логисти­ческих проектов (в первую очередь СМП, см. график 2), то промышленные города на Севере будут как раз кстати. Они станут обслуживающими центрами новых крупных проектов. Причем это будут не новые поселения, а уже действующие города, в которых необходимо будет развивать следующие компетенции.

Первое — обеспечение инфраструктурной обустроенности. Такие территории должны быть в действующих населенных пунктах и в первую очередь в промышленных городах. Например, если мы даже решим проблему транспортировки грузов и продукции на эти территории, здесь все равно должна быть база для ремонта и обслуживания транспорта. Следовательно, именно потенциал городов должен обеспечить сервисное, инфраструктурное развитие Арктики.

Второе — это энергетика, прежде всего привязка к тем генерирующим мощностям, которые сформировались в Норильском промышленном, других районах. Этот потенциал, по всей видимости, будет использоваться более комплексно. Наконец, третья составляющая — современные социальная и инженерная инфраструктуры городов. Это очень важный аспект, ведь уже сегодня освоение Арктики сопряжено с проблемами взаимоотношений с малыми народами Севера. Создание условий для их развития, для обеспечения их высококачественными услугами возможно только на основе действующих населенных пунктов и городов.

Такой опыт уже есть. Например, в Норильске на базе педагогического колледжа осуществляется подготовка кадров для малых народов Севера. Также в этих городах могут быть размещены центры подготовки кадров для развития именно тех отраслей, которые будут размещаться в районах. Существуют проекты и по развитию современной жилищной инфраструктуры. Например, в Инженер­но-строитель­ном институте СФУ для жителей Таймырского муниципального района разработан «чум XXI века». Благодаря использованию облегченных материалов его вес составил всего 70 кг, а собрать его может даже одна женщина. Сравните — для установки традиционного чума весом 700 кг требуется четверо здоровых мужчин.

В зависимости от того, какие именно ресурсы Арктики будут осваиваться, города будут получать те или иные импульсы для развития. «Сейчас идет диверсификация и расширение этой экономики. Думаю, нам пора привыкнуть к тому, что в Арктику надо приходить с тем, чтобы развивать весь спектр направлений, а не для того, чтобы прибежать, схватить плохо лежащие ресурсы и убежать. В Арктику надо приходить всерьез и надолго, надо приходить туда аккуратно, не нарушая ее природы», — заявил на конференции по проблемам освоения Арктики, прошедшей в СФУ в ноябре, председатель Научного совета РАН по геологии и разработке нефтяных и газовых месторождений Алексей Конторович.

Импульсы развития

Очевидно, что для промышленных городов сибирского Севера есть два основных импульса: развитие нефтегазовых месторождений и транспортно-логисти­ческие проекты, прежде всего СМП. Пример того, как освоение нефтяного месторождения может оживить город, прекрасно демонстрирует разработка Ванкора и связанное с этим постепенное возрождение Игарки. Если раньше город, по сути, медленно угасал, то теперь освоение месторождения, расположенного неподалеку, дало ему новый импульс. Самое очевидное — реанимация игарского порта. И теперь бизнес заинтересован, чтобы Игарка стала некой площадкой для формирования потоков товаров и рабочей силы. Этот пример призван доказать простой факт: как только появляется реальная перспектива развития и возможность привлечения инвестиций, города сразу же начинают развиваться.

Следующий ожидаемый шаг — развитие СМП, поскольку экономическое возрождение портов Дудинки, Диксона, Тикси и той же Игарки очень тесно связано с этим проектом. Работа предстоит большая, и в основном это восстановление гидрометеорологических станций, спасательных отрядов, навигационных команд и так далее. И вроде бы первые шаги в этом направлении сделаны. «Могу сказать, что сегодня Министерством транспорта принято решение о реанимации дирекции по СМП. Мы говорим и о том, что необходимо создать орган, который будет координировать работу по Арктике. Пока предлагаем это сделать в рамках Министерства регионального развития», — заявил в начале ноября заместитель министра регионального развития России Александр Викторов. По оптимистичным прогнозам, к 2020 году грузооборот на СМП может превысить 30 млн тонн в год.

Развитие СМП, несомненно, будет влиять на города Арктики. Оживление перевозок, формирование нормального грузопотока по СМП потребуют восстановления старой и создания новой инфраструктуры, благо, что географические условия вполне к этому располагают. Тот же порт Диксона — один из ближайших к европейской части России. Здесь, в частности, может развиваться сервисное обслуживание, техническое сопровождение, перевал «море-река», а это уже тесная связь с Норильском.

В свою очередь кроссполярные перевозки также окажут влияние на развитие городов Арктики. Здесь нужно говорить о создании сложной навигационной системы начиная прежде всего с Красноярска.

В итоге в Арктике, по всей видимости, сформируются несколько ареалов размещения промышленных городов. Это не только Ямальский и Ханты-Мансийский автономные округа, но и Красноярский Север. Здесь бесспорным претендентом на формирование промышленного узла является, конечно же, Норильск, на базе которого будет формироваться норильско-туруханский транспортно-логический узел с соответствующим ростом инвестиций (см. график 3). Последний будет не только связывать районы Крайнего Севера между собой, но и иметь выход на СМП, обеспечивать инфраструктурные проекты между Норильском, Дудинкой и Игаркой. Кроме того, если будет построена железная дорога, связывающая Уренгой и Норильск, последний станет логистическим центром, связывающим нефтегазоносные провинции Западной Сибири и Красноярского края, то есть будет иметь стратегическое транспортное значение. Большие перспективы связаны и с разработкой месторождений углеводородов на Арктическом шельфе — здесь сибирская Арктика будет безусловным лидером (см. график 4).

Государство должно начать

Конечно, все эти проекты не должны реализовываться исключительно за счет государственных капитальных вложений. Но государство должно дать понять бизнесу, что эти начинания принесут дивиденды, что будет гарантирован товарный поток. Только тогда можно ждать частные инвестиции.

Несмотря на некоторые сдвиги, в России по-прежнему наблюдается кризис стратегического целеполагания относительно Арктики. Так, декларативные «Основы государственной политики РФ в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» были приняты только в сентябре 2008 года. Однако следующий шаг — принятие Стратегии развития Арктики — по-прежнему не сделан и уже вряд ли будет сделан в этом году, несмотря на давние обещания. Не будет принят в этом году и анонсируемый министром транспорта России Игорем Левитиным в октябре Федеральный закон «О Северном морском пути», который правительство обещало внести еще в Государственную думу пятого созыва.

Вместе с тем нельзя не признать, что управление развитием арктической зоны требует особых инструментов. Хотя бы потому что Арктика охватывает даже не несколько регионов, а несколько федеральных округов. И объединить всю эту территорию в один мегарегион не удастся. Поэтому переход к программе конкретных действий в Арктике должен сопровождаться подготовкой вопросов о формировании специальных методов управления этими территориями.

Например, Арктика может быть признана специальной зоной, и тогда необходимо сформировать один набор инструментов. Либо следует создать некий специальный стратегический комитет по управлению Арктикой с соответствующими полномочиями со стороны федерального правительства. Причем на самом деле ничего особенного в этих предложениях нет. Все это уже отработанные инструменты, например, как парадоксально это ни звучит, на строительстве олимпийских объектов в Сочи, где для управления определенной государственной задачей созданы специальные структуры. Ни конституции, ни федеральному законодательству это не противоречит. Найти сообразную поставленной задаче форму управления можно. Но в любом случае на первых порах главную роль здесь должно играть государство. Оно должно посылать сигналы бизнесу, чтобы он пришел в Арктику.  

Численность населения Норильска при различных сценариях развития
Динамика объема перевозок по Северному морскому пути
Динамика инвестиций в основной капитал в Норильске при различных сценариях развития
Распределение начальных суммарных ресурсов углеводородов в недрах морей России

Новости партнеров

«Эксперт Сибирь»
№48 (313) 5 декабря 2011
Освоение Арктики
Содержание:
Вахтой не обойтись

Освоить сибирский Север исключительно вахтовым методом не получится. Нужна сеть современных городов, которые станут кадровыми, технологическими и сервисными центрами освоения арктических территорий

Реклама