Больше и сложнее

Стоимость денег растет, и лидерам, готовящимся к росту рынка в обозримой перспективе, предстоит искать новые инструменты финансирования, чтобы выиграть в гонке с региональными и федеральными компаниями

Фото: Виталий Волобуев
К будущему росту нужно готовиться сейчас, считают эксперты

Эксперты круглого стола «Инвестиции в развитие бизнеса: стратегический инвестор, IPO, финансовые инструменты», прошедшего в рамках форума «Эксперт-Сибирь-400. Какая Сибирь нужна России?» в конгресс-центре DoubleTree by Hilton Novosibirsk не скрывали своего пессимизма в отношении 2012 года. Взрывного роста рынков никто не ожидает, впрочем, это вовсе не означает, что лидеры к нему не готовятся. Любое затишье — это время для перегруппировки, подготовки к лучшему периоду. «Смена менеджмента, внедрение новых инструментов работы, выстраивание прозрачной структуры — все это происходит в тихий сезон. Любые изменения в высокий сезон, когда надо просто собирать деньги, вредят компании, мешают ей работать», — говорит генеральный директор компании «Посуда Центр Сервис» (вошедшей в первый сибирский рейтинг динамично развивающихся компаний — «газелей» со среднегодовым темпом прироста выручки 119% с 2006-го по 2009 год) Алексей Красовский.

За год, прошедший после кризиса, компании успели привыкнуть к низким банковским ставкам и доступным кредитам. Банки, не испытывавшие проблем с ликвидностью, могли предоставлять ее за 6,5–7% годовых. «Сейчас ситуация меняется. Вы видите, что происходит на внешних рынках, какая экономическая ситуация сложилась в Европе. Стоимость денег для банков, которые они привлекали в том числе и с внешних рынков, растет. А значит, неизбежно вырастут и ставки по кредитам для наших клиентов. Это объективная ситуация, никто и не ожидал, что стоимость денег будет оставаться столь низкой долго», — подчеркивает сотрудник департамента по работе с корпоративными клиентами инвестиционного банка «КИТ Финанс» Александр Теньтюков.

В то же время усложняющейся российской экономике требуется все больше средств для развития. Заместитель генерального директора Сибирской юридической компании Анна Левенсон характеризует начальный этап роста бизнеса как «покупку китайского утюга в кредит» — компании выбирали простейшие финансовые инструменты, приобретали импортное оборудование и завоевывали небольшой рынок, обеспечивая себе достаточную маржу для оправдания дорогого кредита. Но для тех, кто выиграл на старте, простых инструментов уже не находится — обычные кредиты становятся слишком дорогим и рискованным инструментом, к тому же размеры и структура залога просто не позволяют многим из них получить финансирование требуемого объема.

Сложные продукты

Банкиры понимают, что в сложившейся ситуации упускать растущих клиентов — отпускать их на поиски финансирования из других источников и терять возможные прибыли. Поэтому они начинают активнее использовать сложные продукты, включающие в себя не только прямое финансирование, но мониторинг и непосредственное участие в корпоративном управлении.

«В случае со сложно-структурирован­ным финансированием мы переводим все обороты по проекту на счета банка, чтобы всегда отслеживать движение денежных средств, проводим мониторинг как финансовой, так и операционной деятельностей, имеем возможность привлекать экспертные организации для технического или строительного надзора», — говорит директор клиентского управления инвестиционного банка «КИТ Финанс» Татьяна Герасимова. В замен компании получают возможность диверсифицировать залоговый портфель среди нескольких участников проекта, снизить размер этого залога до 70% и получить дополнительный эффект от взаимодействия с банком и привлеченными организациями. Впрочем, основной итог — рост самой суммы возможного кредита. В случае с «КИТ Финансом» потолок поднимается до 1,5 миллиарда рублей.

Предлагаемые схемы финансирования могут потребовать вхождения представителей банка в состав учредителей (например, для возможности контроля над лицензией на добычу полезных ископаемых), выкупа долей в уставном капитале, дополнительного инжинирингового аудита. Кроме того, в проект могут вовлекаться другие финансовые организации. «Сейчас мы все активнее сотрудничаем с лизинговыми компаниями. У нас нет ограничений по количеству возможных партнеров или по их размеру. Мы заключаем отдельный договор, выделяем лимиты. С факторингом пока отношения не столь тесные, но здесь тоже могут появиться интересные проекты», — считает Татьяна Герасимова.

Покупка и продажа

Впрочем, недостаток любых долговых инструментов, по мнению директора по сопровождению сделок слияния и поглощения PwC Дмитрия Левина, заключается в увеличении долговой нагрузки и расходов на обслуживание долга. При этом компания вряд ли сможет рассчитывать на объем заимствований свыше 3–4 EBITDA (см. таблицу).

Возможный вариант — частичная или полная продажа бизнеса стороннему инвестору. По подсчетам PwC, только за первые 10 месяцев 2011 года на рынке была заключена 221 сделка. Из последних в Сибири — покупка «Радио Спорт» кузбасским холдингом «Сибирский деловой союз» за 10 миллионов долларов, продажа «За­байкальской лесной компании» частному инвестору за 27 миллионов долларов.

Впрочем, суммы сделок могут исчисляться и тысячами долларов, если речь идет о венчурном инвестировании или покупке-продаже небольших региональных игроков рынка. «В таких сделках, особенно для малых компаний, важно сразу решить вопрос, каким образом рассчитывается цена — включаются ли туда налоги, стоимость дополнительных услуг и так далее. Как показывает практика, зачастую покупатель и продавец, говоря об одной и той же цене, называют совершенно разные цифры», — подчеркивает Анна Левенсон.

Одновременно важно не терять бдительности в переговорах, понимая, что если речь идет о продаже бизнеса конкурентам или бывшим партнерам (поставщикам или покупателям), раскрытие коммерческой информации ставит компанию в зависимое положение. «Конечно, каждый предприниматель должен на первых же этапах понимать, с кем он имеет дело. Потому что риск рейдерского захвата, пусть и неявного, все равно существует. Конечно, вы не приходите на первые переговоры с полным пакетом своих документов и не выкладываете их, но прежде чем вы договоритесь о цене, вам все равно придется открыть какие-то свои показатели», — рассказывает Алексей Красовский.

Оптимальным решением в случае заключения сделки о покупке-продаже бизнеса, по мнению Анны Левенсон, будет сочетание общего изучения объекта, обзорного аудита и риск-ориенти­рованного правового обследования. При этом стороны должны заранее договориться не только о сроках проведения такой комплексной проверки, но и о том, насколько ее результаты будут влиять на условия покупки.

Если речь идет о среднем или крупном бизнесе, тем более лидере рынка, то у собственника есть возможность выбора покупателя. Принципиальные решения, которые ему предстоит принять  — когда и кому продавать свою компанию. «Вопрос выбора времени для сделки очень важен. Например, «Лента» была продана очень дешево. А компанию «Инмарко» собственники продали за 3 месяца до кризиса по наивысшей цене. Сейчас не время продавать доли в бизнесе, потому что рынок к этому не готов, никто не даст хорошей цены», — считает исполнительный директор «Посуда Центр Сервис» Игорь Васюков.

Вопрос «кому?» сводится к выбору между стратегическим и финансовым инвестором. Первый может дать солидную премию за возможность выйти на новый рынок или занять большую долю на уже существующем. Его может слабо интересовать существующий бренд (как в случае со сделкой «Ростикс»–KFC) или имеющиеся технологии. Речь идет о слиянии компаний, и собственник лишается права управления. В случае с финансовым инвестором компании предстоит доказать свою перспективность — возможность динамичного роста на протяжении ближайших трех-пяти лет в зависимости от сроков финансирования. Кроме того, определить перспективного покупателя доли инвестора по окончании этого периода.

По словам Игоря Васюкова, опыт общения и с теми и с другими показывает принципиальную разницу в подходах определения цены бизнеса: «В случае с Фондом прямых инвестиций важно доказать, что вы сможете обеспечить, например, 30-процентный рост в течение определенного периода, сможете затем выкупить долю фонда или найти покупателя, иметь прозрачную структуру и так далее. Если вы сможете доказать, что ваш бизнес будет расти нужными темпами, то вы получите финансирование, объем которого определяется по итогам всех переговоров. В ситуации со стратегом вас постоянно дисконтируют. На первом этапе вы договариваетесь о цене, а затем вам начинают показывать — здесь у вас неправильно составлен договор, здесь есть опасность претензий от поставщика. И за каждый такой минус дисконтируется сумма сделки».

В случае крупных сделок с начальных этапов к процессу подключаются консалтинговые организации. «Процесс продажи среднего по размерам бизнеса занимает около полугода, однако сложные сделки могут длиться до двух лет. Как правило, клиенты принимают решения о том, нужно ли продавать или покупать ту или иную компанию, самостоятельно, в соответствии со своей стратегией. Мы выступаем экспертами, и наша задача — закрыть сделку с максимальной прибылью для нашего клиента. Мы работаем на его стороне и именно ему стремимся обеспечить максимум от будущей сделки», — говорит Дмитрий Левин.

Впрочем, основной риск любой сделки продажи-покупки или привлечение большого объема финансовых средств — это неготовность компании переварить весь объем ликвидности и стремительно вырасти с ее помощью. «Нужно заранее понимать, что вы все время готовитесь к старту. Приводите в порядок структуру, подбираете команду, утрясаете юридические вопросы. Все это делается для того, чтобы, когда вы получите необходимое финансирование, вы могли очень быстро «бежать». Потому что деньги надо будет вернуть через какое-то время, и вы должны обеспечить достаточный рост, иначе просто не получится сохранить компанию», — говорит Игорь Васюков.