Пора пожить для себя

5 марта 2012, 00:00
  Сибирь

Редакционная статья

«Хотя ваша область индустриальная, тем не менее, нельзя мириться с весьма низкими темпами развития сельского хозяйства. Промышленные районы должны иметь сельскохозяйственную базу и обеспечивать себя продуктами и животноводства, и овощами. Надо организовать дело так, чтобы, например, свежие овощи были в магазинах круглый год. Разве этого нельзя сделать? Можно и надо сделать, а не ввозить их, скажем, с юга или из других областей», — прозвучало на одном из «высоких собраний» в Иркутской области.

Парадокс в том, что без приписки ко времени встречи и составу участников сложно определить, кто именно и когда сказал эту фразу — настолько она применима к любому периоду развития Сибири, начиная со второй половины ХХ века. Между тем цитата взята из газеты «Правда» за 1978 год, а выступающим был никто иной, как Леонид Ильич Брежнев. Слушали и записывали его слова члены иркутского обкома КПСС.

Что изменилось с этих пор? Лица и названия организаций, но не суть выступлений. Разве что, свежие овощи и фрукты теперь везут не из Черноземья и Молдавии, а из Китая, Турции, Египта и прочих заморских территорий. Сибирь не могла обеспечить себя огурцами и яблоками ни в советский период, ни сегодня.

Причины столь неприятного на фоне ударных комсомольских и прочих больших строек многообразны, но есть, на наш взгляд, главный стержень всех бед. Если повнимательнее присмотреться с любому сколь либо крупному проекту, реализованному в Сибири за последние полтора века, мы увидим, что все они, в общем-то, создавались вовсе не ради этой территории. Транссиб строился как трасса для снабжения военных объектов на Дальнем Востоке. Переселение крестьян и освоение непаханых земель (так называемая «столыпинская реформа») — следствие необходимости решения проблемы перенаселения европейской части страны. Советские стройки — вообще классический пример того, как можно создавать большие проекты, ориентированные на экспорт, будь то экспорт электричества или алюминия.

В этих условиях местная, приземленная, вросшая в быт экономика в Сибири никому, в общем-то, не была нужна. Нужны были поселки и города, обслуживающие ГЭС и заводы. Досадная необходимость в обеспечении населения этих городов одеждой, продуктами питания и прочими товарами легко решалась в советской плановой экономике. И еще легче она решается в экономике рыночной — путем импорта.

Современная структура экономики Сибири также весьма очевидна — главная роль в ней принадлежит добывающим отраслям и энергетике, а также связанными с ними производствами. А также оборонному комплексу, который появился здесь и «благодаря» военным переездам предприятий, и потому, что подобные заводы необходимо было равномерно распределить по территории всей страны. Все это предприятия, которые производят продукцию не для Сибири, а потому вся ее добавленная стоимость сразу вывозится с этой территории.

Напротив — отрасли, которые ориентированы на внутреннее потребление, например легкая промышленность или сельское хозяйство, находятся если не в кризисе, то точно в стагнации. В этом свете альтернатива развития Сибири видится вполне определенно — наряду с крупными промышленными объектами, необходимо развивать экономику, ориентированную на внутреннее потребление. Для этого нужны налоговые льготы, особые режимы администрирования и т.д. Иначе бизнес все также будет заниматься самым выгодным — ресурсами и энергетикой. Не потому, что бизнес — тотально безответственный, а потому что компании занимаются только тем, что им реально выгодно. В этом ведь и состоит суть предпринимательства.

Нельзя забывать и о научно-образовательном комплексе. Авторы стратегий Сибири, как и авторам проектов типа «Сколково», словно невдомек, что в Сибири находится одна из самых мощных сетей научных учреждений (за что спасибо оборонному комплексу). Это система академгородков, а также закрытых городов типа Железногорска в Красноярском крае и Северска в Томской области. Все это — научный и технологический потенциал региона, который может быть использован для собственного блага Сибири.