Вакцина креативности

Ульяна Ольховская
19 марта 2012, 00:00

Спрос на творческие специальности в регионах Сибири минимальный. Между тем во всем мире именно креативный класс считается основой новой экономики и двигателем общественного прогресса

Фото: Александр Чеверда

Согласно данным кадровых агентств, по итогам 2011 года большинство компаний окончательно вышли на докризисные показатели по набору персонала. Но состав трудоустраиваемых работников не оставляет иллюзий относительно модернизации экономики. В цене по-прежнему менеджеры по продажам (рост спроса на них по сравнению с 2010 годом фактически стопроцентный) — они занимают 20% рынка вакансий. Представители так называемых креативных специальностей (программисты, бизнес-аналитики, журналисты, музыканты, дизайнеры и так далее) находятся в хвосте рейтинга популярности на фоне других отраслей экономики. Да и среди креативных львиную долю занимает ИТ-сектор: программисты, системные администраторы и веб-дизайнеры.

Именно креативные кадры, судя по опыту западных стран, а в последнее время и Китая, должны стать основой для строительства новой, постиндустриальной экономики. Таким образом, по этому показателю Сибирь отстает не только от иностранных государств, но и от европейской части России. Однако это не означает, что регион не имеет никаких перспектив в этой отрасли. Напротив, в Сибири в последние годы складываются «островки» креативных индустрий, у которых вполне есть шанс в будущем существенно изменить структуру экономики.

Люди будущего

Понятие «креативная экономика» появилось в западной прессе в 2000 году как результат рассуждений о том, что ждет транснациональные корпорации в XXI веке. Креативность признали следующей общественно-экономической формацией, которая гарантирует всей цивилизации (или хотя бы некоторым ее частям) новые горизонты развития.

В следующем, 2001 году профессор и член консультационного совета по креативной экономике Организации Объединенных Наций Джон Хокинс в своем одноименном произведении «Креативная экономика» предлагает универсальную формулу, где индекс развития креативной экономики равен количеству копирайтов и патентов, умноженному на число транзакций или сделок купли-продажи. Хокинс строит свои умозаключения на анализе креативных индустрий, производящих интеллектуальную собственность в виде авторских прав, патентов, торговых марок и оригинальных разработок. Он приходит к выводу, что развитие креативных отраслей во многом определяет конкурентоспособность государств в мире, а также помогает этим государствам преодолевать кризисы менее болезненно.

Несмотря на то что оценка потенциала творческой экономики в той или иной стране кажется из-за эфемерности объекта практически невозможной, такие исследования все же проводятся. Так, для оценки креативной составляющей стран, групп и регионов конференция ООН по торговле и развитию (UNCTAD) использует такие параметры, как  соотношение объема импорта и экспорта креативных продуктов.

Креативным здесь считается продукт с превалированием (более 50%) творческой составляющей в его стоимости. В результате все вычисляется довольно просто: сначала надо разложить стоимость продукции на нематериальную и материальную составляющие, а потом из нематериальной составляющей выделить творческую. Таким образом, экономистами и социологами был сформирован перечень продукции креативных отраслей, где основную добавленную стоимость составляет творческий вклад. А также определены сами креативные отрасли.

Подходов к их идентификации существует множество. К примеру, так называемая британская схема, согласно которой в креативную экономику входит реклама, архитектура, ремесла, дизайн, кино и видео, графический дизайн, развлекательное программное обеспечение (компьютерные игры), живая и записанная музыка, исполнительское искусство, телевидение, радио и интернет, визуальное (изобразительное) искусство и антиквариат, писательское и издательское дело, музейная деятельность. Существуют и еще несколько подходов, однако все они имеют общий знаменатель — как бы ни назывались креативные отрасли, их объединяет одно — производство интеллектуального продукта.

На основании данных по импорту и экспорту креативной продукции можно оценить вклад той или иной страны (региона) в мировой (государственный) объем креативной экономики (см. таблицу 1). Согласно данным UNCTAD, за период с 2002-го по 2008 год объем экспорта товаров креативной индустрии увеличился в два раза, составив 600 млрд долларов. Эксперты ООН отмечают, что объемы экспорта продукции креативной индустрии сохранили тенденцию динамичного роста (с 2002-го по 2008-й годовой прирост составил 14%), притом что экономический кризис 2008 года оказал сильное влияние на многие сферы. Тогда объем мировой торговли снизился на 12%.

Показатель дефицитности специалистов креативных профессий в Сибири, февраль 2011 год

Примечательно, что лидером роста среди «творческих» держав является Китай, который пока считается страной с только развивающейся экономикой. Он обеспечивает почти четверть мировой торговли креативной продукции, являясь в этой отрасли безусловным лидером. Только в 2008 году Китай экспортировал креативную продукцию на сумму 84,807 млн долларов (это 21% мирового объема), опережая США в 2,5 раза. Впрочем, переходные экономики, к которым специалисты ООН относят Россию, также показывают высокие темпы роста объемов торговли креативной продукцией — около 19%, против 10% роста развитых стран и почти 14% развивающихся.

Кадры решают все

Другой подход к определению новой формации креативности продемонстрировал известный американский социолог Ричард Флорида. Он пришел к понятию креативной экономики на основе роста доли креативных профессий. Флорида выделяет несколько классов в обществе: рабочий, обслуживающий, аграрный и креативный, состоящий в свою очередь из креативных профессионалов и суперкреативного ядра.

К разряду «супер» относятся профессии в областях программирования и математики, архитектуры и инженерного дела, естественных и социальных наук, образования, воспитания и библиотечного дела, искусства, дизайна, развлечений, спорта, СМИ. Креативными профессионалами считаются: специалисты в области бизнеса и финансов, права, здравоохранения, а также менеджеры.

По подсчетам Флориды, креативный класс США составляет более 30% рабочего населения, преобладая над рабочим и аграрным классами вместе взятыми. На рубеже 1990-х креативный класс обогнал рабочий по количеству и по общей доле, таким образом, креативный класс США идет вторым после обслуживающего (см. график 1). По оценке степени влияния, креативный класс занимает лидирующую позицию, так как в данном секторе оседает наибольшая часть доходов, вдвое превышающих доходы обслуживающего класса. «Снижающиеся долевые и приростные темпы обслуживающего класса на фоне стабильного расширения креативного класса позволяют констатировать факт предельного развития и последующего заката сервисной эры», — констатирует экономист, сотрудник Приволжского (Казанского) федерального университета Андрей Дацык.

Креативный класс существует и в России. Причем является достаточно весомым. «Даже согласно самым строгим из моих критериев, в России сейчас около 13 миллионов представителей креативного класса, то есть ей принадлежит второе после США место в мире по абсолютному числу работников, занятых в креативных профессиях. Напротив, в моем мировом индексе креативности — комбинация разного рода показателей технологий, таланта и творчества — она попадает на несколько менее впечатляющее 25-е место. Другими словами, есть поводы для оптимизма, но впереди еще много работы», — говорит социолог.

По данным целого ряда исследований, количество представителей креативного класса возросло за период 2000–2008 годов более чем на 40% по сравнению с приростом 9% обслуживающего класса и сокращением рабочего класса на 3%, а аграрного класса — на все 35% (см. график 2). Следуя количественной динамике, представители российского креативного класса в скором времени должны обогнать рабочих, а позднее и обслуживающий класс, что свидетельствует о появлении новой общественной формации, смещающей предшествующую, заключили казанские ученые. Но пока, действительно, не все так оптимистично.

В Сибири труд креативщиков пока низкооплачиваем sib_324_014-1.jpg Фото: Виталий Волобуев
В Сибири труд креативщиков пока низкооплачиваем
Фото: Виталий Волобуев

Сегодня, по данным кадрового web-сайта hh.ru, рейтинг наиболее востребованных работодателями позиций в Москве возглавляют менеджеры по продажам (около 10% от общего количества запросов), секретари (4,4%) и продавцы-консультанты (4,1%). Креативные профессионалы (юристы 1,1%, экономисты 0,7%) присутствуют в рейтингах топ-20 рекрутингового портала на нижних строчках, а специалисты из категории суперкреативщиков не фигурируют там вовсе.

В Сибири картина та же, но более гипертрофированная. Львиную долю рынка вакансий (около 20%) занимают специалисты по продажам и бухгалтеры. В 2011 году динамика роста спроса на продажников по сравнению с 2010 годом была практически стопроцентной и подавляющей на фоне других специальностей. При этом креативщики также находятся в аутсайдерах.

Креативный андеграунд

Поэтому пока креативный класс, как в России, так и в Сибири, — понятие сугубо теоретическое. Официально понятия «креативная экономика» и «кадры для креативной экономики» никак не определены и не введены в правительственные документы. Хотя во многих странах креативность уже считается отдельной отраслью экономики. К примеру, Великобритания стала одной из первых стран, где на правительственном уровне была признана приоритетность задач креативных индустрий для социально-экономи­ческого развития, следствием чего стало учреждение в 1998 году при Министерстве культуры, медиа и спорта департамента развития программ креативных индустрий.

Сегодня в России понятие креативности имеет неопределенный статус. Такое заключение можно сделать хотя бы потому, что даже в кадровых агентствах, опрошенных «Экспертом-Сибирь», затрудняются с определением вышеназванных понятий, а в списках вакансий такие позиции, как искусствовед, кинорежиссер или промышленный дизайнер — даже не редкость, а сенсация. А компании, которые по мировым критериям следует относить к креативным индустриям, удивляются, когда узнают, что они принадлежат к этой творческой сфере экономики.

Однако примеры успеха креативной экономики в Сибири все же есть. Прежде всего это компании-космополиты, которые могут продавать свои продукты и произведения на международном рынке. К примеру, достаточно комфортно чувствуют себя в России производители компью­терных игр, так называемая игровая индустрия. «Каждая игра, которую мы делаем, изначально ориентирована на международный рынок. Чтобы достичь необходимого международного уровня качества у нас в издательстве работает команда экспертов-продюсеров, которые помогают разработчикам с созданием игры, планированием развития проекта, продвижением продукта. Также мы помогаем игровым студиям, с которыми сотрудничаем, локализовать игры на более чем 25 языков, наладить каналы дистрибуции в самых разных странах. Россия составляет лишь 30 процентов от наших продаж, поэтому можно сказать, что казуальные игры — это тот продукт, который идет на экспорт», — говорит директор по стратегии компании Alawar Entertainment Татьяна Чернова. Кроме того, усилиями уже работающих в Новосибирске ИТ-компаний на рынке едва ли не каждый год появляются успешные бизнес-команды, производящие игры. Один из самых ярких проектов последнего времени — студия Grizzly Jr., которую организовали студенты НГУ. Выпущенная студией совместно с Alawar мобильная игра Robber Rabbits была признана экспертами Apple Store игрой недели для iPhone и iPad в локальных магазинах на многих языках — английском, немецком, французском, испанском и китайском.

Есть компании, которые прекрасно вписались и в формат внутреннего рынка. В основном это бизнес из все того же ИТ-сегмента, который производит различные виды софта и платформ, проектирует интерфейс. Понятно, что подобные компании нуждаются в программистах. И здесь, в Сибири, их готовить умеют. «Если говорить об образовании сотрудников новосибирского офиса «Яндекса», то оно очень разноплановое. Около 20 процентов учились в НГУ, 20 процентов — в НГТУ, а остальные 60 процентов — выпускники еще восьми вузов Сибири», — отмечает региональный представитель компании «Яндекс» по Сибири и Дальнему Востоку Сергей Вепренцев.

Зарплаты востребованных креативных специалистов за 2011 год

А вот на специалистов, которых в мире относят к суперкреативщикам, спрос в Сибири пока штучный. В результате инженеры, ученые, художники, преподаватели, воспитатели, журналисты, музыканты и другие создатели интеллектуальных продуктов либо получают здесь символическую заработную плату, либо стараются уехать в Москву или за границу. Некоторая же часть в качестве энтузиастов пытаются внедрить креативность в социальную и экономическую среду.

«В Новосибирске креативные кадры есть, их профессионально готовят в вузах музыкальных, художественных, архитектурных и других. Но показать себя, проявить, реализовать и оставить после себя заметный след здесь довольно трудно. Для этого нужна подходящая среда определенного качества и насыщенности — эдакий художественный бульон. Если он жидковат, а он здесь жидковат, то люди будут уезжать в другие места, где концентрация дает лучшие возможности для полноценной художественной жизни. В Новосибирске есть художественная жизнь, но она очень разбавлена. В Омске, Томске, Кемерове она еще жиже. Поэтому уезжают в столицу, на Запад», — утверждает архитектор Татьяна Тайченачева. Поэтому проблема не только в работодателях, базовый дисбаланс в том, что большинство населения не воспринимает креативную индустрию всерьез. Причем здесь мы даже не говорим о современном искусстве, которое пока так и не прижилось в сознании жителей Сибири как вид творчества.

Полноценная экономика

Вопрос в том, сможет ли феномен креативности интегрироваться в сферу экономики России так же, как это произошло в других странах. Некоторые эксперты отвечают отрицательно. «В России нет плодородной почвы для роста культурной экономики и креативной индустрии в западном понимании. Ни с экономической точки зрения, ни с социальной, ни в первую очередь ментальной. И это в основном потому, что страна страдает от трудностей переходного периода и советского прошлого», — говорит директор московского агентства «Творческие индустрии» Елена Зеленцова.

Тем не менее опыт многих (даже развивающихся) стран показывает, что креативную и в том числе экономически развитую среду можно создать не только в обществах с высоким уровнем жизни и социальными предпосылками для экономической креативности, но и в отсталых с точки зрения современной экономики культурах.

Так, в докладе UNCTAD приводятся реальные примеры удачно функционирующих креативных экономик более чем в 40 развивающихся странах. Инновации и творчество охватывают широкий круг производственных сфер, которые включают в себя индустрию моды в Африке и Азии, производства телесериалов в Мексике и Бразилии, индийскую киноиндустрию, музыкальную индустрию Ямайки, а также карнавалы в Бразилии и странах Карибского бассейна и так далее. К примеру, в последние годы динамично развивается киноиндустрия Нигерии. Страна уже стала третьим крупнейшим кинопроизводителем в мире, здесь ежегодно производится более 1 000 фильмов и создаются тысячи новых рабочих мест. Благодаря государственной политике создание кино в стране стало второй базовой от­раслью, уступая место лишь нефтяной промышленности.

Любопытно, что, приводя результаты достижений креативной экономики в России, специалисты ООН упоминают только один пример поддержки креативной экономики на государственном уровне — реставрацию Большого театра в Москве.

В результате пока креативность как экономическая величина в России присутствует фактически параллельно основному вектору социально-экономического развития страны. Государство только еще готовится к формированию такой экономической и культурной политики, которая позволила бы креативным индустриям полноценно существовать в России. Такая политика создала бы условия для предприятий малого и среднего бизнеса, производящих креативные товары и услуги и до сих пор испытывающих трудности с развитием.