Музей Советского Союза

Тема недели
Москва, 03.12.2012
«Эксперт Сибирь» №48 (356)

Проектом «100 крупнейших компаний Восточной Сибири» мы завершаем цикл публикаций, посвященных исследованиям бизнес-лидеров региональной экономики. Главный вывод — экономика Сибири паразитирует на остатках советского промышленного наследия, все больше превращаясь в одну большую торговую площадку.

Мы проанализировали крупнейшие регионы Сибири — это стало хорошим дополнением к традиционному ежегодному рейтингу «400 крупнейших компаний Сибири». Кстати, последний в этом году был выпущен в десятый раз. Итоги противоречивы. Формально с 2002-го год от года выручка крупнейших компаний постоянно росла — с 2005-го она удвоилась, а за десятилетие — утроилась. Но промышленность здесь не при чем — главными героями становятся неиндустриальные отрасли (и это в Сибири, с ее «Норильским никелем» и угольными копями Кузбасса). Так, в 2002 году доля промышленного сектора в экономике округа составляла 82%, а в 2012-м — уже 70%.

При этом специализация регионов ничуть не изменилась — несмотря на постоянные увещевания губернаторов по поводу диверсификации местных экономик. Было бы наивно полагать, что Кузбасс вдруг станет сельско­хозяйственным регионом, а Алтай — цитаделью промышленности. Хотя когда-то нам обещали это на полном серьезе. В Красноярском крае, очевидно, будет и дальше расти зависимость от сырьевого сектора и федеральных холдингов. Алтайский край официально строит промышленность, но в реальности — лишь восстанавливает потерянные в последние двадцать лет позиции. В Кузбассе развитие непрофильных отраслей может только «сгладить» монопрофильную структуру его экономики — сложившийся сырьевой и промышленный секторы слишком масштабны и инертны, чтобы рассчитывать на их деформацию. Экономика Омской области, целиком построенная на ВПК и сырье, стремительно превращается в вотчину торговых компаний: доли промышленных и непромышленных отраслей в общей выручке компаний нашего рейтинга сегодня примерно равны — 48,6% и 51,4%. Томская область хотя и строит десять лет инновационную экономику, остается типичным сырьевым добытчиком. А в Иркутской области налицо тренд на сокращение значения промышленности в пользу нефтетранспортной и энергетической отрасли (спасибо дешевизне электричества в регионе). О Новосибирской области и говорить не приходится — главным кормильцем местной экономики давно стали торговля и логистика, благодаря которым за регионом закрепился статус главной барахолки и транспортного узла Сибири.

Что мы создали принципиально нового за последние двадцать лет, кроме новых торговых сетей и сотен ИТ-компаний, обслуживающих западных клиентов на западном же оборудовании? Обычно в ответ на это приводится проект освоения Ванкорского месторождения в Красноярском крае как созданного уже в новой России, да еще и с нуля. Но зачем себя обманывать? Ванкор на самом деле лишь приложение к уже существующим на Ямале и в Ханты-Мансийском автономном округе месторождениям — он связан с ними инфраструктурно и даже геологически. Фактически это продолжение разработки западносибирской нефтегазовой провинции.

Ответ на вопрос о новшествах нужно искать на предприятиях на два, а то и три порядка меньших, чем «Ванкорнефть», да и то с необходимыми оговорками. Например, компания «Эвалар» — производитель БАДов из Бийска — смогла стать действительно федеральным игроком. Главная причина ее успеха — реклама на общероссийских теле­каналах. Много ли еще сибирских компаний могут похвастаться этим? Еще один пример — Новокузнецкий вагоно­строительный завод, частное предприятие, рискнувшее выйти на мутный рынок производства вагонов. Можно было бы порадоваться за Яйский НПЗ, начавший работу на севере Кузбасса — по сути, это крупнейший первенец независимой нефтепереработки в Сибири (правда, пока не выпускающий бензины). Но его мощности вряд ли хватит на весь макрорегион, хотя в рамках Кемеровской области он и сможет сыграть роль стабилизатора цен на ГСМ. Общий ренессанс российской металлургии запомнится тем, что на заводах Evraz Group в Новокузнецке было запущено производство 100-метровых рельсов — основы будущих скоростных железнодорожных магистралей.

Однако общий котел среднестатистических данных имеет горький привкус. Но есть и утешение — мы деградируем вместе со всей страной, причем порою и не так быстро. В прошлом номере «Эксперта» был проведен анализ промышленного потенциала современной России. Выводы неутешительны. Например, по производству электромоторов, генераторов и трансформаторов мы отстаем от США в 2,6 раза, от Германии — в 5,2, а от Финляндии — в 14,6. По одежде бесстрастная статистика фиксирует следующие разрывы: с Америкой — в 5,9 раза, с Германией — в 4,4, с Южной Кореей — в 16,4. Даже с Бразилией разрыв двукратный. Выработка бумажных изделий в Финляндии превышает российскую в 52 раза (большая часть тиража самого «Эксперта», к слову, печатается именно там). Это — о действительной значимости для экономики предприятий типа Байкальского ЦБК.

Впрочем, через несколько десятков лет в Сибири вполне сможет расцвести пышным цветом туризм. Регион будет интересен в том числе и иностранным туристам — где еще можно будет лицезреть остатки промышленных гигантов (этакие пирамиды современности) и пообщаться с аборигенами, живущими в домах без водопроводов и батарей?

У партнеров

    «Эксперт Сибирь»
    №48 (356) 3 декабря 2012
    100 крупнейших компаний Восточной Сибири
    Содержание:
    Восточносибирский экспресс

    Восточная Сибирь, а именно Байкальский регион, сегодня находится в зоне повышенного внимания федерального правительства. Хотелось бы так же сказать и про инвесторов, готовых хоть завтра вкладывать в разработку полезных ископаемых, в перерабатывающие предприятия и производства, но это пока еще далеко не так

    Реклама