По ком плачет пенсия

Спецвыпуск
Москва, 03.12.2012
«Эксперт Сибирь» №48 (356)
Корпоративные пенсионные программы хорошо зарекомендовали себя за рубежом. При определенных условиях они могли бы стать реальным источником дохода для будущих пенсионеров в России. Но включатся ли российские работодатели в эти программы — большой вопрос

Фото: Виталий Волобуев

Дискуссии о повышении пенсионного возраста и отмене накопительной части пенсии продолжаются — пенсионная реформа, стартовавшая десять лет назад, никак не может завершиться. Главные положения стратегии, разработанной Минтрудом, базируются на реформировании накопительной части пенсии (вероятно, ее полной отмене) и увеличении пенсионного возраста. Однако точка в данном вопросе еще не поставлена.

Мы уже писали о том, что существующая государственная пенсионная система совсем не плоха (см. «Новая пенсионная идеология» в «Эксперт-Сибирь» № 16 за 2012 год). Но для ее эффективной работы необходим экономический рост страны, а также увеличение количества работающих, которые могут своими отчислениями создавать «пенсию» для пожилого населения. Сегодня у нас нет ни того, ни другого; особых видимых предпосылок для улучшения демографической и экономической ситуации тоже не наблюдается.Что в результате будет с третей пенсионной реформой, также пока окончательно не ясно. Поэтому надо искать альтернативные пути обеспечения себя в старости. Таким запасным вариантом могут стать корпоративные пенсии. Мировая практика продемонстрировала позитивный опыт интеграции корпоратива в пенсионную систему. Корпоративные пенсии за границей считаются одним из самых надежных механизмов, который обеспечивает пожилое население средствами к существованию.

Эффективный инструмент

Наибольшее распространение негосударственное пенсионное обеспечение получило в промышленно развитых странах с высоким уровнем доходов населения и относительно низким уровнем национальных пенсий — в Великобритании, Нидерландах, США, Бельгии, Швеции, Швейцарии, Франции, Японии, Канаде и Австралии. При этом предоставление корпоративной пенсии в большинстве стран является законодательным требованием к работодателю. С начала 1980-х годов в этих странах прошли реформы, смысл которых заключался в налоговом стимулировании добровольного участия населения в частных пенсионных программах. В этих программах, организованных предприятиями, часть пенсионных взносов поступает из заработной платы работников, часть — из прибыли предприятий (которые вычитаются из налогооблагаемой базы). Создана практика, при которой частные пенсионные программы инвестируют в корпоративные акции и в паи взаимных фондов (аналогов российских ПИФов) около двух третей пенсионных денег.

В годы экономического подъема эти финансовые инструменты показывали высокую доходность и активы пенсионных фондов быстро росли. В США, например, пенсионные резервы населения в конце 2010 года составили 17,4 трлн. долларов. На эти деньги можно было скупить все корпорации страны, материальное имущество которых оценивалось тогда в 15,1 триллиона. Сегодня в большинстве развитых стран на пенсии, полностью или частично сформированные работодателем, приходится в среднем от 30 до 50% дохода пенсионеров. Самая высокая степень включения наемных работников частного сектора экономики в систему негосударственного пенсионного обеспечения отмечается в Нидерландах — около 70%, США — 45% и Германии — 42%.

Крупные НПФ по итогам 2011 года

«В России корпоративные пенсии — это дополнение. «Пенсионный минимум» должен формироваться под государственным крылом. Для граждан с заработными платами в пределах 500–600 тысяч рублей в год этот минимум будет обеспечивать замещение утраченного дохода на 40 процентов. Для граждан с более высокими заработками компенсацию утраченного дохода до уровня 40 процентов обязаны обеспечивать работодатели», — говорит исполнительный директор негосударственного пенсионного фонда (НПФ) «Райффайзен» Елена Горшкова. Но пока столь значительного включения населения в частные пенсионные программы, как за рубежом, не предвидится. Для этого в России просто нет объективных предпосылок.

Степень сознательности

В России большинство крупных НПФ начинали свою деятельность в качестве корпоративных. С течением времени часть из них превратилась в открытые НПФ. На сайте Пенсионного фонда России можно найти информацию о крупнейших частных фондах: это «Газфонд», «Благосостояние», «ЛУКойл-Гарант», «НПФ электроэнергетики», «Норильский никель», НПФ Сбербанка и другие. В конце 2011 года в России действовало 148 НПФ, из них — 9 с наиболее крупными пенсионными резервами. На долю остальных 139 приходилось лишь 13,8% всех пенсионных резервов. Однако капиталоемкость этих финансовых институтов оценивается аналитиками невысоко. «В конце 2011 года пенсионные резервы во всех НПФ составляли 670 млрд рублей (около 22 млрд долларов). Эта сумма выглядит мизерной в сравнении с пенсионными резервами населения США в рамках добровольного пенсионного страхования (около 13 трлн. долларов) и свидетельствует о зачаточном состоянии НПФ в России», — отмечает главный научный сотрудник Института экономики и организации промышленного производства СО РАН Николай Дементьев. Поэтому эффективность российского негосударственного пенсионного обеспечения (НПО) пока величина относительная.

К тому же в последние годы система НПО находилась в стагнации (чему немало способствовал и наступивший кризис). «К 1 октября 2011 года количество участников по НПО даже сократилось по сравнению с 1 октября 2007 года. Пенсионные резервы за эти четыре года увеличились в 1,51 раза, однако в реальном выражении (с учетом инфляции) прирост составил менее пяти процентов», — комментирует Дементьев. При этом аналитики не считают российские НПФ высокодоходными институтами, а одной из причин низкой рентабельности называют высокие административные издержки фондов. В 2010 году, например, расходы всех НПФ по размещению пенсионных резервов составили 49 млрд рублей, или 8,7% от суммы всех пенсионных резервов на начало 2010 года.

Поэтому кроме усиленного привлечения средств населения из системы ОПС, повышение доходности НПФ может обеспечить развитие корпоративных программ. Сегодня любой гражданин, а также работодатель, планирующий обеспечить корпоративными пенсиями своих работников в будущем, может стать клиентом НПФ. Но массового наплыва желающих стать клиентами НПФ в рамках корпоративных программ не наблюдается. Одним из объяснений является факт, что российские компании, которые могут платить своим сотрудникам зарплату выше 40 тыс. рублей в месяц, — редкость. А именно это условие является индикатором способности компании быть социально ответственной за накопительную часть пенсии своих работников.

Крупнейшие НПФ по объему собственного имущества на 30.06.2012 года

«Какой компании показана корпоративная пенсионная программа? Компании, сотрудники которой получают больше 500–600 тысяч рублей в год, являются достаточно востребованными на рынке труда и в которых эта компания заинтересована», — отмечает Елена Горшкова. Компаниями с зарплатами выше 40 тыс. рублей в месяц в стране по-прежнему остаются гиганты добывающих отраслей и отраслевые монополисты — к примеру, «Газпром», РЖД, «ЛУКойл», «Норильский никель». В этих организациях работник, вышедший на пенсию, имеет право получать наряду с трудовой еще и корпоративную пенсию, размер которой может составлять 40-60% от трудовой пенсии в зависимости от продолжительности трудового стажа, периода отчислений в фонд и других параметров. Однако специалисты со скепсисом относятся к актуальному массовому подключению работодателей к корпоративным программам. «Создание полноценного НПО, которое гарантировало бы значительной части населения страны весомую прибавку к пенсии, — задача будущего. Дело в том, что российское государство в лице Министерства труда и социальной защиты связывает развитие корпоративных пенсионных систем прежде всего с так называемыми досрочными трудовыми пенсиями для лиц, работающих в особых условиях труда. Но нужно отметить, что компании, которые в этом заинтересованы, уже реализуют такие программы, а новые участники не появляются в силу различных причин. Особенно это касается компаний из сферы среднего и малого бизнеса. Есть цифры, свидетельствующие о том, что объем пенсионных резервов в НПФ (это средства, перечисляемые предприятиями в рамках корпоративных пенсионных программ) за последние два года вырос всего на 24 процента, при том что объем накоплений — более чем вдвое», — отмечает завкафедрой трудового и экологического права Юридического института СФУ Елена Петрова.

То, что население и работодатели неактивны в отношении распоряжения финансами, тем более финансами, предназначенными на такой долгосрочный период, это факт. До сих пор основная часть работающего населения проявляет полное безразличие к накопительной части страховой пенсии и не считает даже нужным заявить о выборе управляющей компании или тем более НПФ для своих пенсионных накоплений. По закону накопления «молчунов» передаются Внешэкономбанку. В конце 2010 года в управлении этой госкорпорации находилось 80% всех пенсионных накоплений, несмотря на то что их доходность в 2005–2010 годах была в среднем на 3–5% ниже, чем в большинстве НПФ. Поэтому, по оценкам аналитиков, незначительна и доля работающего в настоящий момент населения в стране (в возрасте 25–40 лет), претендующая на достойную финансовую поддержку в преклонном возрасте. «Только 20 процентов работающего экономически активного населения страны может обеспечить себя адекватной пенсией в пенсионном возрасте. Это люди, работающие в высоко­доходных сферах, а также имеющие корпоративные пенсионные программы, небольшая часть бюджетников и «слуги народа», — отмечает ведущий инвестиционный консультант УК «СОЛИД Менеджмент» Сергей Звенигородский.

Время «Ч»

Для массового же развития корпоративных пенсионных программ необходимо провести ряд закрепленных в законодательстве мероприятий, чтобы мотивировать работодателей и работников к формированию пенсионных сбережений. К примеру, в форме налогового стимулирования работодателей, как это было сделано за рубежом. Пока же перспективы корпоративных пенсий в России очень неопределенные. Но тем не менее шанс на включение их в круг первоочередных потребностей населения есть. Хотя бы потому, что известно, что на пенсию, которая формируется без личного участия гражданина, прожить будет просто невозможно. «Сегодня средней пенсией считается замещение заработка в 40 процентов (по мировым стандартам), в СССР соотношение цифр было другое (средняя пенсия — 40–70 процентов от заработка гражданина). Достичь этого уровня можно при отчислении 10–20 процентов от заработной платы при среднем работоспособном периоде 25–35 лет. Отчисления достаточно производить в рамках государственного пенсионного страхования. Но этой пенсии хватит только на удовлетворение базовых потребностей человека и оплату необходимых платежей (ЖКХ, медицина). Чтобы иметь возможность на пенсии не только существовать, но и участвовать в жизни общества, нужно иметь средства на черный день. Накапливать их можно через различные финансовые институты. Лучше всего для этого подходят страховые компании, ПИФы управляющих компаний и НПФ. Банки не имеют реальных долгосрочных программ (ставки по депозитам изменяются ежегодно), а вложения в драгметаллы выгодны только крупным собственникам. Поэтому наиболее комфортный в финансовом и психологическом плане вид сохранения и приумножения средств — вложение через пенсионные программы с помощью работодателя и НПФ», — говорит Сергей Звенигородский.

Однако осознание, что корпоративные программы являются мерой необходимой, может произойти еще не скоро, тогда, когда работающее население поймет глубину падения с актуального уровня дохода до уровня реальной средней пенсии. «Опросы, проводимые на рынке труда такими уважаемыми компаниями, как, например, PriceWaterhouseCoopers, показывают, что корпоративные пенсии мало востребованы. И на самом деле мало интересуют нынешних работников. По нашему мнению, это связано с тем, что армия наемных работников, начавшая формироваться в постперестроечное время и привыкшая к достаточно высоким доходам, еще не достигла в своей массе пенсионного возраста и не столкнулась с проблемами, связанными с утратой значительной части дохода. Вот когда эти люди увидят, к чему они пришли, тогда мы услышим их голос — возможно, к ним прислушается нынешняя молодежь и не будет столь беспечно относиться к своему будущему», — считает Елена Горшкова.  

У партнеров

    «Эксперт Сибирь»
    №48 (356) 3 декабря 2012
    100 крупнейших компаний Восточной Сибири
    Содержание:
    Восточносибирский экспресс

    Восточная Сибирь, а именно Байкальский регион, сегодня находится в зоне повышенного внимания федерального правительства. Хотелось бы так же сказать и про инвесторов, готовых хоть завтра вкладывать в разработку полезных ископаемых, в перерабатывающие предприятия и производства, но это пока еще далеко не так

    Реклама